Любимый герой в книге Опции

[Werio]

только есть одно но:книги с героями фильмов не считаются

[Jaina J.]

Хм... как это не женились? Давно и счастливо, у них даже ребенок есть, малютка Бен.

Могу привести открывок из книги Грега Кейеса. Новый Орден Джедаев Край победы 2: Возрождение.
Там Мара как раз была беременна)

(-У тебя ужасные идеи, - с неохотой признала Мара Джейд Скайуокер, запрокидывая голову, отчего на ее золотисто-красных распущенных волосах заиграл солнечный свет.
В таком положении, с закрытыми глазами, на фоне голубой полоски моря Мара выглядела настолько красиво, что у Люка перехватило дыхание.
Зеленые глаза Мары открылись, и она посмотрела на него задумчиво и нежно, но затем насмешливо приподняла бровь.
-Переводишь на меня все свои отцовские инстинкты?
-Нет, - сказал он мягко, - Только думаю, как просто до смешного мне повезло.
-Эй. У меня итак гормональные изменения. Уж не пытаешься ли ты меня расшевелить? – но она взяла и сжала его руку. – Ладно. Пойдем немного погуляем.
-Уверена, что поднимешься?
-Что, хочешь понести меня? Конечно, поднимусь. Я беременная, а не калека. Думаешь, ребенку будет лучше, если я стану лежать дни напролет, посасывая урп?
-Я просто подумал, что ты хочешь отдохнуть.
-О, абсолютно. А это расслабляет. Мы совсем одни на красивейшем острове. Ну, вроде того. Да ладно тебе.
Песок под босыми ногами Люка был теплым. Он неохотно согласился идти без обуви, но Мара настояла, ведь что еще делать на пляже, как ни ходить босиком. К своему удивлению, Люк обнаружил, что это ему приятно напоминает о юности на Татуине. Люк мысленно вернулся в ту пору: в довольно прохладные ранние вечера – редкие моменты, когда оба пылающих солнца почти сели – он иногда снимал обувь и чувствовал еще теплый песок меж пальцев. Конечно, если только дядя Оуэн не видел, ведь тогда старик пускался в долгие разъяснения о предназначении обуви, о ценности влаги, которую Люк теряет со ступней.
На мгновение он почти смог услышать голос дяди и ощутить запах тушеных джилу тети Беру. Это его побудило надеть обувь.
Оуэн и Беру стали его первой личной потерей в битве против Империи. Люка бы удивило, если б они знали, за что умерли.
Он скучал по ним. Анакин Скайуокер может и был его отцом, но Ларсы были его родителями.
-Интересно, как там Лея и Хэн? - громко поинтересовалась Мара, прерывая его мысли.
-Уверен с ними все в порядке. Они улетели только несколько дней назад.
-А должен ли был Джейсен лететь с ними?
-Почему нет? Он уже не раз доказал свои способности. И они его родители. Кроме того, за ним гоняется пол Галактики, и ему лучше быть в движении.
-Правильно. Я только думаю, может так хуже для Джайны. Ей очень трудно ничего не делать, зная, что ее брат вне битвы.
-Я знаю. Но, вероятно, «Эскадрилья Бродяг» позовет ее обратно довольно скоро.
-Конечно, - ответила Мара. – Конечно, позовут.
В ее голосе совсем не было уверенности.
-Ты так не думаешь? – спросил Люк.
-Нет. Они бы с удовольствием, но сейчас ее способности Джедая делают ее политической помехой.
-Когда это «Бродяг» заботила политика? Кто-то тебе что-то сказал?
-Не недвусмысленно, но кое-что слышала, а я тренирована распознавать скрытый смысл тех или иных слов. Я надеюсь, я ошиблась, ради Джайны.
Ее чувства задели Люка в Силе, принося беспокойство, подтверждающее ее слова.
-Мара, - сказал Люк, - моя любовь, когда я поверю в твои слова, что собирать паразитов на странном пляже – расслабляюще…
-Вздор. Этот пляж такой же стерильный, как изоляционная лаборатория. И гулять босиком совершенно безопасно. И тебе это нравиться.
-Ну, если ты говоришь. Но я запрещаю больше говорить о политиках, Джедаях, войне, юужань-вонгах и тому подобном. Мы здесь, чтобы расслабиться, и забыть обо всем этом хоть бы на день или около того. Только день.
Мара сузила глаза и посмотрела на него.
-Ты один из тех, кто думает, что весь мир разрушится, если ты не будешь поддерживать его вращение.
-Я же не беременный.
-Скажи еще что-нибудь подобное, и я заставлю тебя пожелать этого, - отозвалась она немного резко. – И между прочим, если мы сделаем это снова, будет твоя очередь.
-Мы разыграем партию в сабэкк и узнаем, - ответил Люк, стараясь сохранить непроницаемы вид, но у него не получилось.
Люк поцеловал ее, и она ответила, страстно.
Они продолжили путь вдоль берега мимо разбросанных то тут, то там крючковатых корней и тонких гигантских листьев слий. Волны начали плескаться о берег, и это означало, что они оказались на пологой стороне «острова».
Конечно, это был не совсем остров, а тщательно сконструированный парк, находящийся на вершине блуждающей массы полимерных клеток, наполненных инертным газом. Сотня или около того плавало по искусственному западному морю Корусканта, их построили богатые торговцы еще во времена Старой Республики. Император не одобрил такую расточительность, поэтому большинство островков пришвартовали на десятилетия, и они пришли в непригодность. Однако некоторые остались в довольно сносном состоянии, и их можно было еще обновить, а в ранние годы Новой Республики несколько сообразительных бизнесменов купили часть островов и добились успеха. Не удивительно, что одним из таких был Ландо Калриссиан, старый друг Люка. Ландо предложил ему пользоваться островом, когда бы тот не пожелал. Прошло нимало времени, прежде чем он воспользовался предложением.
И был рад этому – казалось, Маре здесь нравилось. Конечно, она была права. Сейчас столько всего происходит в мире, что не думать об этом отдыхе, как о пустой трате времени очень сложно.
Но некоторым чувствам нельзя доверять. Мара была примером этому, у нее был круглый, выпирающий живот, внутри которого был их сын, и она страдала от физического дискомфорта, как страдают все женщины в подобном положении. Никакие из ее тренировок убийцы, контрабандистки, рыцаря Джедая не готовили к такому состоянию, и хотя она очень любила их еще нерожденное дитя, Люк знал, физическая слабость бесит Мару. Ее замечание на счет Джайны она могла также обращать и к себе.
Были и другие проблемы, а этот «карманный рай» совсем не помогал забыть их, но, по крайней мере, они могли сделать пару глубоких вдохов и притвориться, что находятся в далеком необитаемом мире, а не в гуще ужаснейшего беспорядка, случившегося после поражения Империи.
Нет, отбрось это. Империя угрожала уничтожить свободу, несла Темную сторону Силы своим правлением. Враг, с которым они столкнули сейчас, угрожает истребить отпечатки всего живого.
Так в надвигающихся сумерках Люк гулял со своей женой, стараясь не думать о подобных вещах, зная, что Мара почувствует его подавленное настроение.
-Как мы его назовем? – наконец спросила Мара.
Солнце исчезло в линзе на горизонте, и Корускант начал разрушать иллюзию нетронутой природы. Отдаленные подпорки твердого массива заблестели, а небо на горизонте осталось насыщенно багряным. Только в некоторых местах оно напоминало ночное, как на других безлунных планетах, но в основном виднелись причудливые вспышки огней транспорта и звездных кораблей, следовавших своими определенными путями, кто домой, кто из дому, а кто просто прибывал в другой порт.
Миллионы маленьких огоньков, каждый со своей историей, отпечатком в Силе, следовавшим за ними, окружающим их, пронизывающим.
Здесь нет иллюзии. Все было живым. Все было прекрасным, если только ваши глаза способны разглядеть эту красоту.
-Я не знаю, - вздохнул Люк. – Я даже не знаю, с чего начать.
-Это всего лишь имя, - сказала Мара.
-Ты можешь так думать. Но, кажется, каждый верит, что имя важно. С тех пор, как мы придали огласке нашу новость, ты не поверишь, сколько предложений я получил, и из стольких странных мест.
Мара остановилась, и на ее лице неожиданно отразилось сильное изумление.
-Ты боишься, - сказала она.
Он кивнул.
-Думаю да, думаю, что не считаю имя «лишь именем», когда оно исходит от таких людей как мы. Посмотри на Анакина. Лея назвала его именем нашего отца, указывая на того, кто стал Дартом Вейдером, признавая, что он победил Темную сторону и умер хорошим человеком. Это было ее примирение с ним, и знак того, что рубцы Галактики излечимы. И мы можем простить и двигаться дальше. Но для Анакина имя стало испытанием. Когда он был маленьким, он боялся обратиться на Темную сторону, как его дед. Всего лишь имя, но оно стало настоящим бременем на его плечах. Могут пройти годы, прежде чем мы узнаем о других последствиях решения Леи.
-За все это я и восхищаюсь твоей сестрой, она политик, и думает как они. Это хорошо для Галактики, но не так хорошо для ее детей.
-Точно, - с неохотой признал Люк. – И нравиться мне или нет, Мара, но из-за нас ребенок унаследует часть нашего бремени. Я только боюсь не взвалить на его плечи больше меры. Предположим, я назову его Оби-Ван, в честь моего старого учителя. Будет ли он думать, что это значит, я хочу, чтобы он вырос и стал Джедаем? Будет ли думать, что должен быть достоин репутации Бена? Почувствует, что его принуждали сделать выбор?
-Вижу, ты много думал об этом.
-Думаю, да.
-Заметь, как быстро твои рассуждения вернули нас к тем вещам, о которых по твоим словам мы не должны говорить.
-Ох. Да.
-Люк, мы те, кто мы есть, - сказала Мара, легонько ударяя его по плечу. – И не можем отрицать подобное, будь мы даже одни на острове.
Она окунула ноги в прибрежные волны. Люк закрыл глаза и почувствовал ветерок на своем лице.
-Может быть и нет, - признал он.
-И что тогда? – сказала она, игриво брызгая немного воды на его брюки.
Но затем ее лицо снова стало серьезно.
-Есть одна важная вещь, которую я бы хотела сказать, прежде чем мы снова отправимся по берегу, - проинформировала его Мара.
-Что же это?
-Я очень проголодалась. Очень, очень, очень. Если я сейчас не поем, то засолю тебя в морской воде и проглочу.
-Ты будешь разочарована, - сказал Люк. – Тут свежая вода. Поспешим. Нам недалеко, и тебя уже ждет еда.

Мара и Люк ели на свежем воздухе за столом из полированного желтого селонианского мрамора, а цветы вокруг них издавали тихую музыку и испускали приятное благоухание. Люк одновременно ощущал веселое баловство и немного вины, но старался расслабиться и поднять себе настроение.
Но настроение было испорчено, когда вмешался павильонный протокольный дроид.
-Мастер Скайуокер, - сказал дроид. – Приближается воздушный транспорт, и требует пропуск сквозь периметр охраны.
-Вы получили сигнал?
-Конечно.
-Передайте голоизображение на стол.
-Как пожелаете, сэр.
Голографическое изображение мужского лица появилось над остатками их еды. Оно было человеческое, вытянутое, с аристократическими чертами.
-Кент Хамнер, - сказал Люк, у него зародились нехорошие предчувствия, - Чем обязаны такому удовольствию?
Полковник в отставке коротко улыбнулся.
-Ничего важного. Просто визит старого друга. Могу я садиться?
Что скрывалось за его словами. Лицо Кента выражало нечто совсем другое.
-Конечно. Соединись с корабельным компьютером, и он направит тебя куда-нибудь в подходящее место. Надеюсь, тебе нравиться жаренный нилог?
-Одно из моих любимых блюд. Увидимся.
Через несколько минут Кент в сопровождении дроида появился на одной из нескольких троп, ведущих к павильону.
-Глядя на вас двоих, мне снова захотелось стать молодым, - сказал Хамнер, улыбаясь и оглядывая их.
-Мы не так молоды, и не так стары, - ответила Мара.
Хамнер отвесил ей короткий поклон.
-Мара, ты выглядишь лучше, чем когда-либо. И мои глубочайшие поздравления, с наступающим событием.
-Спасибо, Кент, - к Маре вернулась благосклонность.
-Присядем, - сказал Люк. – Может дроид принесет тебе чего-нибудь?
-Возможно какой-нибудь холодный среднестимулирующий напиток. Удиви меня.
Люк отослал дроида с этими довольно расплывчатыми инструкциями, а сам повернулся к Хамнеру, который уже сидел.
-Ты прибыл сюда только, чтобы поздравить нас, так?
Кент печально покачал головой.
-Нет. Я прибыл предупредить вас. Борск Фей’лия утвердил ордер на твой арест. Он должен быть выполнен в течение шести часов, начиная с данного момента.)