Творчество, старый архив Опции

[Donal]

раз уж народ так жаждет поделится творчеством не относящимся к теме -тут ему самое место. Дерзайте, господа и дамы!
Раз так, я и начну.
В сущности, так. ни о чем, как здесь принято последнее время. Переезд на бумаге.
Палач

Уступая чужой жестокости
Ненавидя злые случайности,
Презирая законы общности,
Находя утешение в крайностях,

По бескрайней дороге Вечности –
Без малейших надежд на истинность
Уходить, никем не замеченным
Лабиринтами неизбывности.

Задыхаясь, кидаться в крайности,
Умирая, искать взаимности,
Не поверить в свое отчаянье,
Потому что не все разыграно.

Посмотреть в глаза обреченности –
Изучить все моменты истины
И увидеть последним отблеском –
Наказанья клинок начищенным….


Ничего более пристойного в радиусе нет. В понедельник запощу, если кому надо.

Сообщение отредактировал Donal -

[V-Z]

Оурил
Спасибо.
Да, сие есть начало - и продолжение будет.
Насчет архивов... эмм... боюсь, что нет. Просто никогда этого не делал. Впрочем, кто мешает сохранить веб-страницу?

Witch
Понятно.) Насчет "мирно вошли" - я эту компанию рассматриваю все же не как бандитов, а как наемников. Пришли, взяли кого надо, и спокойно ушли - без лишнего шума. Иначе поступать... непрофессионально.)

Ну, и в таком случае... Второй рассказ про ту же пару.

Партия в память
– Вниманию пассажиров: мы готовимся к переходу в гиперпространство. Просьба оставаться на своих местах до начала движения корабля.
«Какие же у них резкие голоса, – недовольно заметил Тойо. – Уши просто скручиваются».
«Это для твоего слуха, – ответил мирной мыслью Лазер. – Для нас эйсехское мурлыканье вообще почти неслышно».
«А вам и не надо», – высокомерно отозвался серый кот. Точнее, эйсех; правда, отличить представителя этой расы от обычного кота мог разве что специалист по редким расам. Для всех остальных Тойо казался обычным образчиком центаврианского туманного, пусть и довольно крупным.
Лазер неспешно огляделся по сторонам, оценивая салон лайнера. Ну что тут сказать, обычный пассажирский корабль малой дальности. Удобные кресла, поставленные не слишком близко друг к другу (все же лайнер, а не простая «сардинница»*). Стены мягких цветов. Представители множества рас вокруг.
Он невольно усмехнулся, заметив, как рядом с невысоким риветом** разместилась летающая камера. Вполне логичная предосторожность; рептилиям-технократам постоянно хотелось что-нибудь отремонтировать или соорудить… а для этого – сперва разобрать. Нередко бывало так, что собрать обратно ривету так и не удавалось, так что на кораблях их предпочитали держать под наблюдением.
Впрочем, они не обижались.
На голографическом табло менялись цифры – время, оставшееся до перехода в гиперпространство.
Тойо, кинув взгляд на табло, устроился поудобнее на коленях партнера, запустив когти в светлую куртку. Лазер на это внимания не обратил – привык.
Эйсехи всегда нервничали при входе в гиперпространство. Пожалуй, это роднило их с обычными животными; впрочем, Тойо страшно возмущался, если на это указывали.
Зато псионические способности были куда лучше, чем у многих других. Точнее – среди эйсехов было очень мало не-псиоников.
Это и помогало Тойо и Лазеру работать вместе; пока один переставлял фигуры или рассматривал карты, другой подсказывал ему, что именно делать. Уловить эту связь было исключительно сложно – эйсехи прекрасно умели скрывать передачу мыслей.
Но жульничества не было никогда. Тойо не читал в разумах других игроков их карты и планы; просто он действительно был великолепным игроком. Лазер и сам неплохо играл, но до партнера ему было очень далеко.
При всем этом Тойо был совершенно равнодушен к славе, спокойно относясь к тому, что репутация великого игрока достается не ему. Эйсеху была важна сама игра, и чем интереснее – тем лучше. Даже на выигрыш он обращал внимание лишь в связи с игрой.
Лазер иногда задавался вопросом: где Тойо вообще научился чуть ли не всем известным играм Галактики? Когда они повстречались, эйсех уже обладал огромными знаниями по этой части.
Впрочем, партнер упорно отмалчивался, если ему задавали такие вопросы.
Затихло гудение двигателей, и Лазер расслабился – сейчас произойдет переход.
Он не раз видел, как это происходит: корабль замирает, отключив двигатели. Потом в гиперотсеке нарастает неслышимый, но ощутимый гул иного двигателя; корпус окутывает полупрозрачное сияние экрана Лайгера***.
И корабль исчезает, растворяясь в пространстве. На деле же – просто переходя в иное пространство, где межзвездные перелеты занимают не так уж много времени.
А потом на корпусе загорается золотистый обруч и начинается сам полет в гиперпространстве.
Тойо незаметно выдохнул и втянул когти. Недовольно покрутив головой, прикрыл глаза: теперь ощущения пришли в норму.
«Не люблю эти лайнеры, – пожаловался он. – Говорил тебе, корабль с фандрайвом покупать надо. Деньги же есть».
«Я пилот нулевой, – заметил Лазер. – Сам же знаешь. И еще для фандрайва навигатор нужен, а у меня воображение не дотягивает».
Тойо сердито фыркнул, но отвечать не стал. Просто прикрыл глаза и, казалось, заснул.
Лазер улыбнулся; на периферии зрения мелькнуло что-то белое, и он резко повернул голову. Нет, все в порядке, просто какая-то дама в светлом платье.
Хорошо. Партия полугодовой давности еще из памяти не стерлась.

К счастью для партнеров, зверей-талисманов приносили с собой многие игроки, так что доступ в казино животным не запрещали. Конечно, в больших игорных домах встречались свои псионики, следящие за тем, чтобы не было жульничества… но они сканировали только тех, кого считали игроками.
А у Лазера псионических способностей не было никогда. Передавать мысли он мог только своему партнеру, и то именно благодаря умениям последнего.
Проверить же кота никто не удосуживался; позже, уже во время игры, засечь их связь было почти невозможно – слишком тонко работал Тойо. Да и не отслеживал никто связи зверя и хозяина; обращали внимание лишь на воздействие одного игрока на другого.
А зря.
Тогда они сыграли неплохо: пять партий в звездный джет, четыре в сейфах, и две в кьесу****. Выигрыш был значительным, хотя и не настолько, чтобы серьезно обеспокоить владельцев казино. Впрочем, Лазер все равно на всякий случай прикинул пути отхода.
«Уходим?» – мысленно поинтересовался он.
«Давай, – в голосе Тойо слышалось откровенное удовольствие. – Вечер – чудо…»
– Прошу прощения, не уделите мне внимания?
Словно подуло свежим ветром, столь неожиданным в казино. Вкупе с вежливой манерой речи это позволяло почти безошибочно назвать говорившего, и Лазер, поворачиваясь, уже знал, кого увидит.
Светлое одеяние, похожее на сутану священника; только ткань куда легче и кажется невесомой (хотя и совершенно непрозрачна). Ощущение свежего ветра и мягкая пластика движений. Темные волосы, правильное, спокойно-вежливое лицо и искорки иронии в серых глазах.
И высокий, облаченный в черное охранник за спиной.
Китерианский Чародей*****.
– Конечно, – столь же вежливым тоном откликнулся Лазер. – Чем могу быть полезен?
– Я наблюдал за вашей игрой, – улыбнулся Чародей, – и хотел бы попросить о любезности. Не сыграете партию со мной******?
Лазер постарался остаться спокойным, но внутренне напрягся. Чародеи имели заслуженную репутацию мощнейших псиоников, и он не сомневался, что китерианин куда сильнее местного контролера.
«Соглашайся», – мелькнула мысль Тойо.
«Что?»
«Не отступать же, когда пригласили сыграть?»
– А во что именно партию? – уточнил Лазер.
– В рейт.
Уже лучше.
Рейт, изобретенный в Империи Центавра, был достаточно сложной стратегической игрой; считалось, что мастер рейта будет и минимум неплохим полководцем. Лазер понятия не имел, каков его партнер в качестве командира, но игру Тойо освоил блестяще.
Как и всегда.
– Хорошо. Прямо сейчас?
– Есть какой-то повод откладывать? – улыбнулся Чародей. – Прошу к столу.
Он двигался совершенно беззвучно, будто вообще даже не шел, а скользил над землей. Зато охранник ступал твердо, как и все его коллеги.
Свободный стол для рейта нашелся мигом – эта игра не пользовалась особенной популярностью.
Садясь, Лазер по привычке взглянул в глаза оппоненту; у него неплохо получалось читать чужое настроение по взгляду.
Но только не сейчас. Вежливый интерес, за которым – стена. Никаких чувств, допускаемых наружу; не надо быть псиоником, чтобы это понять.
Что ж, придется работать так.
Лазер перевел задумчивый взгляд на доску, придвигая еще один стул и пересаживая на него Тойо. Где-то в глубине сознания отозвалась очень тихая мелодия; эйсех установил постоянную связь. Теперь все, что видит человек, увидит и настоящий игрок.
– Ставки? – поинтересовался Лазер, и Чародей назвал сумму. Неплохо, хотя и не так уж много. Но пойдет.
Фигуры они позволили расставить китерианину, тем самым получив право на первый ход. Теперь можно было и начинать. Слушая подсказку в глубине разума, Лазер двинул туманный корабль.
Чародей ответил немедленно, переставив звездную птицу. Тойо на мгновение задумался, но тут же велел ходить крылатым странником.
– Кстати, а как ваше имя? – поинтересовался Лазер.
– Райен, – отозвался Чародей, глядя прямо в глаза оппоненту.
Такое бывало нередко; хватало игроков, предпочитавших не отводить взгляда, и заставлять противника нервничать. Это действовало… но не в этом случае. Что бы не чувствовал Лазер, на состояние Тойо это не влияло – не на него же смотрели.
В детали, аллегории и сложную философию рейта Лазер никогда и не пытался вдаваться; пусть даже и изобрели его люди. Видимо, чтобы ее понимать, нужно было с рождения пропитаться военным духом Центавра… а отнюдь не Лиранской Республики, в которой он и появился на свет.
Или же надо было быть Тойо с его страстью к игре.
«Хрустальные воины на левый фланг» .
От них Чародей закрылся королями тумана; на это эйсех ответил звездным мечом в центре. Китерианин блокировал ее звездной птицей, выстраивая весьма мощную оборону.
«Когда ж он перестанет в лицо смотреть? Гипертвари*******, будь я псиоником, ощутил бы… или нет?»
«Лазер, перестань нервничать, мне ходы трудно передавать».
«Легко говорить, не на тебя же он таращится».
Через пару ходов Лазер вообще перестал понимать смысл того, что делают его руки. Фигуры с причудливыми названиями скользили по доске в не менее странном танце; для несведущего было совершенно непонятно, к чему приведет тот или иной ход.
Но сам он нервничал все больше; Чародей по-прежнему не отводил взгляда от лица оппонента, лишь иногда посматривая на доску. Что он делает-то? А если просканирует чужой разум и все поймет?
Лазер мимоходом глянул на партнера; эйсех расслабился, слегка поводя хвостом из стороны в сторону. Явный признак того, что Тойо доволен и наслаждается ходом игры.
Хорошо.
Вновь вернув внимание доске, лиранец все же сумел опознать одну из комбинаций. Кажется, то, что выстраивал Райен, называлось «Каменным драконом» – методика, рассчитанная на оборону с внезапными ударами. Похоже, что можно записывать проигрыш; если противник начинал обороняться, то шанса на выигрыш ему Тойо обычно не давал.
Интересно, сколько еще продлится игра?
Как выяснилось – недолго. Еще через пять минут Тойо руками Лазера окончательно разбил построение противника и не отказался от красивого финала, поразив императора звездным лучником.
Чародей чуть наклонился вперед, рассматривая доску. С сожалением развел руками.
– Да, ничего не поделаешь. Признаю свое поражение. Вы действительно превосходный игрок.
– Репутация так просто не зарабатывается, – усмехнулся Лазер. – Как насчет выигрыша?
– Конечно, – кивнул Райен. – Асток…
Охранник молча извлек из кармана инфочип и считыватель. Протянул Лазеру; тот вставил в разъем свой чип, и охранник перевел деньги с одного на другой.
«Похоже, правда, что Чародеи предпочитают не касаться электроники, – подумал Лазер. – Странно. Впрочем, они вообще странные».
Насколько он знал, охранники при Чародеях были прежде всего для работы с электроникой. Отбиться же от нападения они могли и сами, причем превосходно. Да и дураков не находилось на них нападать.
– Благодарю за игру, – улыбнулся Райен, поднимаясь из-за стола. – Возможно, мы еще сыграем в будущем.
– Буду рад, – ответил улыбкой Лазер.
Глядя, как китериане уходят, он мысленно обратился к партнеру:
«Он ничего не заметил?»
«По-моему, нет, – без особенной уверенности отозвался Тойо. – Сканировать вроде не пытался, я бы заметил… наверное».
«Уже легче… – кивнул Лазер. – Пошли, заберем выигрыш».
Несмотря на заверения в радости, второй раз играть с Чародеем Лазер бы не хотел. От китериан вообще старались держаться подальше.

И вот сейчас, увидев мелькнувшую белую одежду, лиранец припомнил ту партию. Интересно все же, с чего вдруг Чародей проявил интерес к игре? Хотя их все равно не поймешь.
«Как там называется планета?» – внезапно вмешался Тойо.
«Канрай, – отозвался Лазер. – Когда ты, наконец, запомнишь?»
«Делать мне больше нечего, человечьи планеты запоминать, – недовольно фыркнул эйсех. – Наши бы я не забыл».
«У вас она всего одна».
«Вот именно».
По мнению Лазера, соплеменники Тойо по отношению к миру недалеко ушли от настоящих кошек. Но любой намек на это вызывал бурю возмущения и подробные лекции на тему того, что эйсехи живут дольше, и разумом куда выше.
Да какая разница-то? Различия эстов******** лиранца не интересовали никогда. Конечно, он мог отличить друг от друга представителей разных рас и неплохо знал, как их надо убивать. Но не более того.
Да ладно. Приятно все же, что цель – Канрай; все-таки лиранская территория, родина, так сказать. Та ее частичка, на которой еще никогда не бывал.
Собственно, Лазер и не знал почти ничего о Канрае. Исключая факт, что там имеются игорные дома… которые им и были нужны.

– Вы выиграли, – с очень кислой физиономией сообщил банкомет. Лазер мог его понять – за последний час Тойо выиграл с десяток партий. Увы, отобрать деньги потом было нереально – казино располагалось совсем рядом с полицейским участком; а на Канрае за порядком следили весьма строго.
Собственно, потому лиранец именно это заведение и выбрал.
«Ну что, пойдем? – поинтересовался Лазер. – Доволен вечером?»
«Еще бы, – Тойо блаженно потянулся, перебираясь на руки к партнеру. – Последние три партии – просто блеск, давно не попадалось таких хороших противников. Но я все равно лучше».
«Кто бы сомневался», – усмехнулся Лазер, забирая у банкомета чип и поднимаясь. Легкий сегодня был день, даже руки не устали.
– Прошу прощения?
Подошедший был облачен в мундир центаврианского торгового флота; впрочем, по выправке он ничем не отличался от своих военных коллег. Нашивки капитана, светлые волосы, но слегка раскосые глаза… обычное для центавриан сочетание признаков.
– Капитан Эндрью Итикава*********, – представился он. – Я наблюдал за тем, как вы играли и, признаться, поражен. Не согласитесь ли сыграть и со мной?
– Во что именно?
– В рейт, конечно, – улыбнулся Итикава.
Лазеру живо вспомнилось аналогичное предложение от Чародея; к счастью, партия с центаврианином таких острых ощущений не обещала.
«Как, примем?» – мысленно обратился он к партнеру.
«Давай, – азартно согласился Тойо. – Я уже три месяца в рейт не играл».
– Хорошо, – ответил лиранец. – Прямо сейчас?
– Да, конечно, – кивнул капитан.
– Какие ставки?
Названная сумма не впечатляла, но и возмущаться из-за нее не было смысла. Итикава, похоже, к аристократии не принадлежал и богатством похвастаться не мог. А подобные деньги он как раз мог проиграть без ущерба для себя.
Как и в тот раз, свободный стол для рейта нашелся быстро.
Лазер действовал как привык: сел напротив оппонента, пересадил Тойо на соседний стул, чуть расслабился, в ожидании мелодии, всегда сопровождавшей связь…
…и ничего.
«Тойо?» – мысленно позвал лиранец, удивляясь тому, что партнер расслабился.
Молчание.
«Тойо? Тойо, ты чего?»
Никакого ответа. И… нет никакого признака уже столь привычной ментальной связи.
Лазер бросил мимолетный взгляд на эйсеха; тот, как и всегда, уютно устроился на стуле… только вот хвост метался из стороны в сторону. Еще одно сходство эйсехов с кошками – знак того, что Тойо очень взволнован. Или рассержен.
Еще пара признаков, заметных только хорошо знакомому с ним Лазеру показали – да, Тойо в полной растерянности и недоумении. И даже думать не надо было – почему.
– А почему вы обратили на меня внимание? – поинтересовался Лазер, глядя, как центаврианин расставляет фигуры.
– Мне подсказал человек, который с вами ранее играл, – охотно отозвался Итикава. – Да вот он, у стола для сейфаха.
Лазер повернулся в указанном направлении и окаменел.
Светлое одеяние. Темные волосы. И охранник за спиной.
Чародей. Причем совершенно конкретный.
Заметив направленный в его сторону взгляд, Райен улыбнулся и вежливо кивнул. Лазер автоматически кивнул в ответ и перевел взгляд на доску.
– Что с вами? – обеспокоенно спросил Итикава. – Вы как-то побледнели…
– Устал просто, – слабо улыбнулся лиранец. – Не очень хорошо себя чувствую… впрочем, давайте начнем.
Мысли, правда, были очень далеки от игры. Благодаря Тойо Лазер достаточно разбирался в псионике, чтобы понять, что случилось.
Райен попросту поставил что-то вроде барьера между их с Тойо разумами. И теперь общаться мысленно партнеры не могли, по крайней мере, пока Чародей близко.
А псионик казино, если он тут есть, этого не засек – видимо, возможности Чародея превосходят его. Конечно, можно поднять скандал… но тогда Райен попросту расскажет о том, что понял и скажет, что пресекал жульничество.
«Чтоб ты сдох», – мысленно пожелал Лазер китерианину, не сомневаясь, что тот сейчас улыбается.
– Прошу вас, начинайте, – пригласил Итикава.
Лазер выругался про себя, глядя на доску. Конечно, фигуры и правила он знал – трудно было не научиться. Но среди опытных игроков он себя и близко не числил.
И как выигрывать?
Что ж, можно припомнить ту партию…
Лазер передвинул туманный корабль, смутно надеясь, что Итикава ответит знакомым ходом. Не вышло – центаврианин пошел небесным серпом.
И что теперь делать?
Лиранец был почти уверен, что быстро проиграет. Может, извиниться, сослаться на плохое самочувствие, и уйти? Конечно, это означает проигрыш, но сумма-то невелика, они сегодня вчетверо больше выиграли…
Он снова бросил мимолетный взгляд на Тойо. Тот лежал полностью неподвижно, грустно уставившись в пол. Видимо, понял то же самое.
Значит, надо уходить и проигрывать?
По логике – да.
Но…
Лазер и Тойо создали себе репутацию безупречного игрока. Они не проигрывали еще никогда… и черта с два он даст какому-то центаврианскому капитану хвастаться легкой победой!
Он был плохим игроком – но, наблюдая за сотнями партий игрока великого, трудно чему-то не научиться. А уж на память Лазер не жаловался никогда.
Лиранец улыбнулся, передвигая небесного копейщика, и вспоминая, как отвечали на этот ход противники Тойо. Лучший способ нейтрализовать копейщика – блокировать его туманным кораблем, и если Итикава…
Так и случилось. Капитан передвинул туманный корабль, защищая свои фигуры.
А на это следует ходить небесным серпом…
«Смотреть в глаза Итикаве. Прямо в глаза, пусть нервничает. И улыбаться, все время улыбаться! Чтобы это было заметно, чтобы он себе голову ломал – какую комбинацию я строю?»
Звездный мечник сломал серп, но его самого поразил небесный копейщик. Итикава наморщил лоб, вводя в бой звездного лучника.
«Как по учебнику… наверное, так и есть. Правильные, самые эффективные ходы против каждой из фигур.
Ха.
Я пытаюсь вспомнить, как играл Тойо, а он вспоминает, как надо играть по правилам.
Это уже не рейт, а партия в память, прямо-таки…»
Копейщик ушел с доски два хода спустя – Лазер им намеренно пожертвовал, вспомнив аналогичный ход партнера. И сделал то же самое, что и эйсех тогда – отвлек этим внимание противника и бросил в бой небесного рыцаря.
Итикава закусил губу, спешно выстраивая оборону, и тем дал Лазеру немного времени на воспоминания – как следует бороться с такой тактикой. Последовала атака небесными рыцарем и лучником, но второго капитан очень быстро вывел из игры.
– Похоже, ваш питомец интересуется нашей партией, – заметил центаврианин.
Действительно, Тойо привстал на задние лапы, положив голову на стол и внимательно глядя на доску.
– Разумеется, – улыбнулся Лазер, вновь возвращая взгляд к оппоненту. – Дурной пример заразителен.
«Так, как ходить теперь? Проклятье, помню же, что такой же ход Тойо чем-то блокировал…гиперт-твари, почему я тогда внимательно не смотрел, идиот?
А, вспомнил!»
Неожиданный ход принцем нарушил оборону на левом фланге Итикавы, и тому пришлось изменять боевой порядок. Но и он доставил немалые проблемы противнику, выдвинув небесного рыцаря.
«Проклятье, уже почти ничего не помню, какие там еще хорошие тактики есть… так, а что он такое хитрое выстраивает? Ничего не понимаю, не помню такого порядка…»
Через пару ходов Лазер вдруг понял, что делает Итикава, и оцепенел.
Такое построение называлость «Крепостью без врат» – сильнейшим возможным в рейте. И теперь лиранец, глядя на доску, осознал – эту оборону не пробить. Любая из его фигур попадет под удары противника и будет убрана раньше, чем сумеет разрушить построение.
И теперь капитану оставалось только медленно выдвигаться вперед, добивая противника.
Тойо бы победил. Да что там победил – Тойо бы распознал формирование «Крепости» и не дал его закончить.
«Райен, сволочь, я не знаю, что с тобой сделаю!»
Взгляд Лазера заметался по доске: он отчаянно пытался нащупать хоть какой-то путь к победе. Вспоминал все правила рейта, которые тут можно было применить.
Не получалось.
Итикава торжествующе улыбнулся. Еще несколько секунд, и он предложит сдаться…
И вот тут лиранец заметил фигуру на своем левом фланге, до этого никак не участвовавшую в партии. Оба игрока про нее просто забыли.
А сразу после этого – и мелкую щель в обороне Итикавы. Никакая фигура не смогла бы там пройти… кроме этой, у которой подобные передвижения и являлись основным плюсом.
«Крепость без врат» была выстроена, но император стоял далеко позади нее, у края доски.
И Лазер стремительно передвинул туманного шпиона, проводя его сквозь щель в обороне – к беззащитному императору.
– Все, – выдохнул лиранец, стараясь скрыть облегчение.
Итикава вскочил с места, изумленно глядя на доску. Наклонился; на лице отобразилась отчаянная надежда, что противник как-то нарушил правила… но нет. Ход был верным, и они оба это знали.
Еще пару секунд центаврианин искал лазейки, а потом покачал головой и поклонился.
– Вы выиграли. Благодарю вас за игру… честно признаюсь, я восхищен. Уверить противника в победе, а потом одним ударом вырвать ее – это действительно высокое мастерство.
– Не стоит, – выдавил улыбку Лазер.
«Высокое мастерство, гипер-ртвари… скорее везение идиота», – констатировал про себя лиранец и порадовался, что у него вместо рук протезы.
Иначе бы они сейчас дрожали.

Окончательно в победу Лазер поверил, когда они перешагнули порог номера, и за ними закрылась дверь. Лиранец добрался до ближайшего кресла и рухнул в него, наконец ощутив жуткую усталость.
Тойо прошел к дивану и вспрыгнул на него, свернувшись клубком. Их связь восстановилась, как только партнеры вышли из игорного дома, но эйсех с того момента не промолвил ни слова.
– Чародеи – сволочи! – с чувством сказал вслух Лазер то, что ранее очень хотел произнести. – Никогда больше ни с кем с Китера не заговорю.
Тойо промолчал.
– Ты чего? – лиранец приподнялся в кресле. – Не волнуйся… ну блокировал он нашу связь, ну и что? Сам же говорил, что он куда сильнее тебя.
«Не в этом дело», – мрачно отозвался эйсех.
– А в чем?
Тойо помедлил, словно не решаясь ответить.
«Ты отлично сыграл».
– Спасибо. Но это что, повод для печали?
Вновь пауза, куда более долгая.
«Без меня».
Лазер непонимающе нахмурился… а потом вдруг дошло. Ну конечно же…
Тойо заслуженно гордился своим мастерством, и не раз подкалывал Лазера за отсутствие интереса к играм. А теперь лиранец сыграл сам, без всякой помощи от партнера, и выиграл. Причем сыграл отлично – как сам Тойо признавал.
Лазер вздохнул, выбрался из кресла и пересел на диван. Искусственные пальцы мягко взъерошили серую шерсть.
– Тойо, подумай немного. Меня эта партия вымотала до предела, а ты бы выиграл, и хвостом не поведя. И ты бы этого капитана разбил за втрое меньшее время, чем я. Да и вообще… я сумел выиграть только потому, что вспоминал твои партии. Там от силы пару ходов делал со своего разумения.
«Правда?» – приподнявшись, эйсех с надеждой посмотрел в глаза партнеру.
– Чистая правда, – заверил Лазер. – Игра – твоя стихия, и мне туда соваться не стоит.
Ответом было довольное мурлыканье, очень похожее на присущее обычным кошкам.
Лазер улыбнулся, машинально почесав эйсеха за ухом… и тут ему в голову пришла еще одна мысль. Странная на первый взгляд.
– Тойо, а сколько тебе лет?
Эйсех неожиданно напрягся, но ответил:
«Тридцать четыре».
– По чьему счету?
Молчание.
– Тойо? По чьему счету тридцать четыре?
«По нашему», – очень неохотно ответил эйсех.
– А в земных********** это сколько?
Опять молчание.
– Тойо, каков ваш год по отношению к земному?
«Два наших – один земной», – очень тихо прозвучало в ответ.
Лазер посчитал.
– То есть… гипертвари! – он просто не мог не рассмеяться. – Так у меня в напарниках настоящий вундеркинд!
«Заткнись!» – взвился Тойо.
– А когда мы повстречались, тебе вообще тринадцать лет было, – давясь от смеха, выдохнул лиранец. – Дитятко…
«Лазер, я тебя сейчас покусаю!»
– Кусай, – боец с улыбкой протянул руку. – Синтеплоть тонкая, а выигрыша тебе на новые зубы точно хватит.
Тойо сердито отвернулся и совершенно по-кошачьи фыркнул.
Прозвучал мелодичный сигнал – кто-то подошел к двери номера. Все еще смеющийся Лазер поднялся с дивана и пошел открывать.
Вернулся он несколько озадаченный, с конвертом в руках. Несмотря на проникшую всюду электронику, встречались еще люди, предпочитавшие писать от руки и на бумаге.
«Что там?» – сердитое настроение все же оказалось слабее любопытства.
– Сейчас, – Лазер надорвал конверт и извлек плотный лист. Он уже догадывался, кто мог воспользоваться таким старомодным способом…
Так и оказалось. На белой бумаге четко выделялись строки, написанные уверенным, красивым почерком. Пробежав письмо глазами, Лазер прочел его вслух.
Поздравляю вас с победой. Порекомендую в ближайшем будущем обучить своего партнера неким боевым навыкам; никогда нельзя знать, когда придется исполнять чужую роль, не так ли?
Райен
«Он еще и издевается», – констатировал Тойо.
– Чародеи – сволочи, – согласился Лазер.
26.02.2008 – 11.03.2008

*«Сардинница» – обиходное человеческое название пассажирских кораблей низкого класса; обычно в них стараются перевезти побольше пассажиров, экономя на комфорте. Отсюда и прозвище.
**Риветы – разумные рептилии с планеты Риветия, размером метр пятьдесят – метр шестьдесят, обычно с чешуей зеленых, синих или розоватых оттенков (очень редко встречается белая). Убежденнейшие технократы, риветские фирмы – одни из лучших производителей техники и электроники в Галактике.
***Экран Лайгера – человеческое название поля, защищающего от воздействия гиперпространства, открыт в 2104 году на Марсе Аттином Лайгером. На военных кораблях эту обязанность исполняют силовые щиты.
****Звездный джет – лиранская карточная игра, развившаяся из земного покера. Сейфах – фелисианская игра, немного напоминающая шахматы. Кьеса – риветская игра, требующая внимательности и технических знаний.
*****Китериане – обитатели одноименной планеты и всех подвластных ей миров. Очень высокоразвиты. Теоретически люди. Теоретически миролюбивы. Теоретически очень опасны. Практически – ничего достоверно не известно.
Чародеи – по общему мнению, китерианские псионики; хотя многие признают, что таланты Чародеев выходят за рамки обычных псионических.
******В крупных казино Галактики допустимы партии между игроками, от которых казино ничего не получает. Точнее, они служат для привлечения внимания; такие вызовы обычно практикуются между весьма опытными игроками.
*******Расхожее ругательство, идет от давнего поверья, что в гиперпространстве обитают некие создания, пожирающие корабли. На самом деле, их не существует; а вот в фан-пространстве подобные существа действительно могут встретиться.
********Эст – от итальянского «estero» – «внешний, иностранный». Земной термин для обозначения всех не-людей.
*********В свое время система Центавра была заселена выходцами по большей части из Британии, славянских стран и Японии. Поэтому подобные сочетания имени и фамилии для центавриан обычны, встречаются и куда более экзотичные варианты.
********** Столицами трех человеческих государств стали планеты с не очень отличающейся длиной суток и года. Так, на Прайм-Центавре год лишь на несколько дней длиннее земного; год Лиры-Прим, наоборот, на несколько дней короче. Человечество приняло земной год за стандарт, как среднюю величину.