Jedi Padme, Прилив вдохновения... Рейтинг Опции

[Jedi Padme]

Запретная

Да, я нарушил обет.
О, как тебя я любил!
Помнишь ли те времена?
Я ничего не забыл.

Помнишь ли светлые дни?
Ночи запретной любви?
Звезды сияли с небес,
Но ярче очи твои.

Что ж, бросить Орден теперь?
Нет, никогда, никогда!
Сущность Джедая во мне
Стала важней, чем вода.

Как же забыть о тебе,
Больше себя не губя?
Нет ведь судьбы без потерь-
Но не могу без тебя.

Что ж, тайна скроет пускай
Деву с печальным лицом.
Да, я нарушил обет-
Но не жалею о том.

31.10.2006.

Энакину-Вейдеру.

-Скайуокер, что случилось?
Ты Падме погубил?
Она тебя любила...
-И я ее любил.

-Страдать ее заставив,
Ей сердце ты разбил.
Судьба ее печальна...
-Но я ее любил!

-Ты был жестоким смертным,
Ее не оценил.
Ушел твой ангел в небо...
-Но я ее любил!

-Она теперь звездою
Сияет средь светил
Нездешним нежным светом...
-НО Я ЕЕ ЛЮБИЛ!!!

...Дарт Вейдер, так случилось-
Ты Падме погубил.
Она тебя любила-
А ты ее убил.

27.11.2006.

[Jedi Padme]

Разговор.

Я сидела в небольшой уютной и тихой кантине на верхнем уровне Корусанта. Наслаждалась вкусом и ароматом чая, иногда смотрела на корабли и спидеры, проплывающие за окном. И ждала того, с кем у меня была назначена встреча. Погруженная в раздумье о высших сферах, я и не заметила, как некто подошел сзади к моему столику. Я только внезапно услышала, как приятный глубокий мужской голос за моей спиной произнес:
- Приветствую, таинственная незнакомка. Это с вами у меня назначена встреча?
Я отставила чашку и обернулась. Передо мной стоял высокий статный мужчина, закутанный в просторный коричневый плащ с низко надвинутым на лицо капюшоном. Он подошел так бесшумно, что его приближение для меня осталось незамеченным. Я встала, поклонилась и улыбнулась.
- Приветствую вас, уважаемый джедай. Я наслышана о вас, рыцарь Джинн.
- Что ж, приятно. Мастер Джинн, с вашего позволения, - он поклонился в ответ.
- Простите мне мое неведение, мастер-джедай, - я снова поклонилась.
- Прошу вас, оставьте церемонии, - он откинул капюшон и улыбнулся. – Присядем.
Мой собеседник оказался молодым мужчиной с волевым лицом, свидетельствующем о сильном характере. Его длинные и густые светло-коричневые волосы были зачесаны назад и каскадом ниспадали на спину и плечи. А пронзительно-голубые глаза светились мудростью и спокойствием. Но была в них и затаенная печаль…
- Откуда вы? – спросил он. – Откуда прилетели, таинственная незнакомка?
- Я с планеты… планеты Терра.
- Терра? – переспросил джедай и приподнял брови. – Никогда не слышал об этом мире.
- Еще бы. Вы вряд ли могли знать о нем. Я из Неизведанных Регионов. Мой мир находится там.
- Видно, вы очень хотели встретиться со мной. Впрочем, как и я с вами.
- Приятно, Куай-Гон. Вы, я вижу, хотите обсудить со мной нечто…
- Чай пьете? – спросил он. – Это хороший выбор, – джедай велел официанту подать ему чаю.
- А как насчет вина?
- Джедаям можно немного алкоголя, - ответил мой собеседник. – Но я обычно предпочитаю чай. Чай сохраняет ясность мысли и помогает расслабиться. И в то же время энергизирует.
- Это так, мастер Джинн. У нас считают, что собеседникам, пьющим чай, легче понять друг друга.
- Вы можете звать меня Куай-Гон. А как зовут вас?
- Куай-Гон… Мне нравится ваше имя. Оно похоже на… на свежий ветер, который гонит тучи в небесах, на раскат грома, на воздух, напоенный озоном после удара молнии. В нем есть нечто… гневное…
- Гневное? – джедай удивленно посмотрел на меня. – Да… вы угадали. Мое имя значит «Вестник Гнева», - он поморщился. – Не стоит говорить, как я получил его. Лучше скажите, как ваше имя.
- Вы можете звать меня Падме.
- Падме… красивое имя. Что оно значит?
- «Падме» значит… светлый цветок, растущий на чистой кристальной воде.
- Цветок… есть много прекрасных цветов на просторах Галактики.
- Вы, быть может, хотите поговорить о них, Куай-Гон? Или вы станете отрицать, что я навела вас на нужный разговор?
- Нет. Я не стану отрицать. Я хотел поговорить о цветах… о цветке. Об одном цветке. Есть много прекрасных цветов на просторах Галактики, но этот – прекраснее всех.
- Что же, этот цветок лишил вас покоя, хотя и радует вас? – спросила я.
- Вы проницательны, Падме. Да, он лишил меня покоя еще давным-давно, когда расцвел на моем жизненном пути. Но тогда он был полураскрытым бутоном, а сейчас он раскрылся полностью. Это самый нежный и прекрасный цветок, который я когда-либо видел, - глаза моего собеседника загорелись, голос стал мягче и глубже, чего я не могла не заметить.
- Вы любите, джедай, - тихо сказала я. – Вот откуда исходит ваша печаль.
- Увы, - отозвался мой собеседник после небольшого молчания и опустил глаза в свою чашку. – Я понял, что это был не вопрос, а, скорее, констатация факта. – Да. Я люблю. К несчастью.
- Отчего же к несчастью? Хотя, возможно, с другой стороны – это правда? Насколько я понимаю, любовь взаимна?
- Вы правы… Мой запретный цветок мог бы прилететь в мои объятия, стоило бы мне сказать одно слово. Но я не могу. Я не могу не то что сорвать его, но даже подойти и коснуться его нежных лепестков. Я могу любоваться им только издали.
- Только не надо цитировать Кодекс! Не ударяйтесь в банальности, Куай-Гон. Прошу вас. Не говорите, что вы джедай и этим все сказано.
- Но тем не менее… я джедай… а это объясняет многое.
- Я слышала о вас как о джедае-мятежнике. О джедае, чье мнение зачастую идет вразрез с мнением Совета… и Кодексом.
- Вы допускаете, что джедай может так поддаться запретному чувству и искушению, что забудет о долге перед Орденом, забудет об обетах, которые сковывают его? Этот цветок растет на краю пропасти, и если я сорву его, она поглотит меня. Безвозвратно. Гораздо легче сохранить чистоту и незапятнанную репутацию, чем поддаться минутному порыву. Легче – но и труднее тоже. Гораздо труднее. Я должен закрыть глаза и сердце, чтобы избежать этого пагубного падения.
- Знаете, Куай-Гон, сейчас вы говорите как самый «правильный» джедай, который считает неукоснительное соблюдение Кодекса своим долгом. Разве вы не видите и не чувствуете, как ваш цветок тянется к вам? Но что, если обманутый в своих лучших ожиданиях, найдет себе новое солнце? Хотя нет… этого не может быть . Ваш цветок увянет быстрее, если вы не сорвете его, - джедай покачал головой.
- Если я сорву его, он увянет тем скорее. Его прелесть исчезнет…
- Да если вы сорвете его, он расцветет для вас еще ярче! Только для вас… Разве вы не видите, этот цветок предназначен именно вам!
Между нами воцарилось напряженное молчание. Чтобы разрушить эту атмосферу и направить разговор в более легкое русло, я спросила:
- Позвольте поинтересоваться. Сколько стандартных лет исполнилось молодому джедаю?
- Молодому джедаю недавно исполнилось тридцать стандартных лет, - в тон мне ответил Куай-Гон и слегка улыбнулся.
- Поздравляю… позвольте вам задать один нескромный вопрос. Неужели вы никогда?..
- Никогда! – резко ответил мой собеседник, предугадав мой вопрос . И покраснел. – Не забывайте, Падме, что говорите с джедаем!
Я тоже порозовела и опустила глаза.
- Успокойтесь, Куай-Гон, - тихо ответила я. – Я так и предполагала. Интуитивно.
- Вы осуждаете меня за это? – он, скрывая смущение, стал накручивать на палец прядь волос, как будто она могла помочь ему.
- Нет, о чем вы. Я вовсе не осуждаю вас. Но вы же не считаете себя существом бесполым?
Джедай покраснел еще больше.
- Ну, судя по вашему виду, не считаете. Вы… хороший джедай, я знаю. Но будь вы даже самым великим из джедаев, в первую очередь вы мужчина. И у вас есть возможность любить ту, которая давным-давно отдала вам свое сердце!
Снова настало молчание. Мы были погружены каждый в свои мысли.
- Послушайте, Куай-Гон, - сказала я, стараясь избегать его взгляда. – Быть может, вы думаете сейчас о том, что следует изменить что-то в Кодексе? Привнести нечто новое, отменить какие-то запреты? Не оглядываться все время назад, а идти вперед? Вдохнуть в Орден новую жизнь?
Джедай внимательно всмотрелся в меня. Я не поднимала глаз, но чувствовала на себе пристальный завораживающий взгляд его проницательных глаз, казалось, проникающий мне в самую душу, равно как и его глубокий, бархатный голос. А обладатели такого взгляда и такого голоса…
- Почему вы не смотрите на меня, Падме? – спросил Куай-Гон.
- Хотите правду, мастер Джинн? – я собралась с духом и выпалила: - Боюсь влюбиться. Вас нельзя назвать красавцем, но…
- А вас нельзя назвать стеснительной и робкой, - иронически фыркнул он. – Хотя, конечно, вы правы, здесь я не могу спорить с вами.
- Могу ли я расценивать это как комплимент? – спросила я. - Мое поведение… зависит от ситуации, в которой нахожусь. А вы вызываете меня на откровенность. Я должна сказать вам… Да, вас нельзя назвать красавцем, но в вас есть нечто… Вы способны покорить любую женщину, сами не желая этого. Вот и я уже не хочу покидать вас навсегда, хотя и знаю, что вы всего только сон, мой удивительный сон, - я осмелилась протянуть руку и коснуться мягких блестящих волос.
- Но я не хочу никого покорять! – выкрикнул мой собеседник.
- Не обманывайте сами себя, Куай-Гон. Ничто не может отнять у вас обаяния, которое чувствуют все вокруг вас, которое почувствовала я сейчас. Того особенного обаяния, которое присуще некоторым мужчинам . Мне продолжить? – я отхлебнула несколько глотков чая, чтобы придать себе сил. И твердо заглянула в синие глаза джедая.
- Продолжайте, - лукаво улыбнулся Куай-Гон.
- «Продолжайте», - говорите вы. – В вашем голосе я уловила опасные интонации. Скажу честно – такие мужчины, как вы, опасны. Очень опасны. Независимо от рода их деятельности. Несмотря на вашу джедайскую сущность, вы, Куай-Гон… вы хищник. Не отрицайте, - решительно добавила я, видя, что он хочет что-то возразить. - Не отрицайте, я тоже упряма, как и вы. Практически любая женщина и девушка сказала бы вам то же самое. Неужели женщины Храма втайне не смотрят на вас? Вы словно хищник, который незаметно и неслышно подкрадывается к тебе на мягких лапах и завораживающе смотрит. Он сама невозмутимость, само спокойствие. Ты вслушиваешься в его бархатный голос, любуешься роскошной гривой, - здесь мой собеседник, видимо, смутился и поправил и без того идеальную прическу. - И ты не заметила, как уже подпала под его власть. Казалось бы, он сама безмятежность. Он спокойно сидит и спокойно созерцает течение окружающего мира… Но спокойствие это обманчиво. Под оболочкой внешней невозмутимости скрывается порой такое… Малейшее потрясение – и он уже готов выпустить когти, готов сокрушить любую опасность быстрее, чем молния сверкает в небесах и исчезает.
- Падме…
- Не стоит говорить, что вы не ожидали услышать от меня эти слова, Куай-Гон. Не думайте, будто я хочу запятнать вашу репутацию. Ведь я считаю вас более непогрешимым джедаем, чем другие, несмотря на сказанное мной. Но… но вы только пытаетесь убедить себя в том, будто любовь ваша безмятежна, как огонек свечи. Иногда, когда вы приближаетесь к ней, вы чувствуете, как у вас в груди разгорается костер. Вы мучаетесь, видя другого рядом с ней, представляя, как другой обнимает ее. Она сознает это. Вы мучаете не только себя, но и ее тоже.
- Страсть – родная сестра ярости, Падме. А ярость к Темной Стороне привести может. Поэтому…
-… страсть может привести к падению во тьму. Но я слышала, самый верный способ избавиться от страсти – поддаться ей. Тогда ваша любовь станет чистой и безмятежной и будет ровным светом согревать ваш цветок, который вянет без вас.
- С логическим мышлением у вас все в порядке, - грустно улыбнулся джедай. – Но она… она окружена поклонниками, они так и вьются вокруг нее. И когда я вижу кого-то рядом с ней, я готов… - он сжал кулаки, глаза его сверкнули . – Но какой толк, если бы я растерзал, раздавил ее, чтобы она больше не вселяла в меня непокой? Для меня это – все равно, как если бы я сам вырвал свое собственное сердце. Я хочу забыть о ней… но я никак на это не способен.
- Куай-Гон-Куай-Гон… Ну почему , почему вы так упрямы? Вы можете любить ту, которая любит вас и будет любить всю жизнь. Скажите же мне, джедай, кто дороже для вас: она ли или миллионы потенциальных спасенных, тех, которые, вероятно, и не увидят вас? Вам вовсе не стоит покидать Орден ради нее, да она и не приняла бы такой жертвы. Если вы не сорвете свой цветок – пожалеете потом. Но будет поздно. Орден джедаев , оставаясь без изменений тысячи лет, в конце концов изживет себя, захиреет и угаснет. Вы не можете не понимать этого.
- Вы правы, усталость коснулась Ордена . Уже коснулась, увы, - грустно ответил джедай и замолчал.
- Я вижу, что вы колеблетесь, - с жаром сказала я. – Я скажу честно – я завидую вашему цветку. И жалею ее. Но пожалеете ли ее вы? Или оставите гаснуть? Идите же к ней, любите ее – и да пребудет с вами Сила. И да не осудит вас она.
Джедай несколько мгновений сидел, низко опустив голову.
- Дайте мне вашу руку, - мягко попросил он.
Я протянула ему руку, и он вдруг легко погладил мою ладонь кончиками пальцев. Я сидела с пламенеющими щеками, завороженная этим магнетическим прикосновением. По моей руке как будто пробежал ток. Как будто легкая светлая пелена упала на мои глаза, а когда я словно бы очнулась, джедая рядом уже не было. Только лежал на столе тонкий маленький предмет. А под ним – лист бумаги. Я взяла его и прочла:

«Простите, Падме, что я так внезапно исчез. Я поступлю так, как… должно. В знак благодарности за наш с вами разговор и на память об этой встрече я оставляю вам свою падаванскую косичку. Помните мятежного джедая и его запретный цветок. И да хранит вас Сила. С наилучшими пожеланиями,
Куай-Гон Джинн.»

Я улыбнулась и протянула руку к тонкой длинной косичке… и вдруг проснулась .Проснулась как всегда в своей комнате, и солнце моей планеты светило мне в лицо. Но у меня по-прежнему стояло перед глазами то удивительное видение. Та планета, та кантина, тот удивительный человек. Я ясно помнила наш разговор, словно это было наяву.
- Помоги тебе Сила, джедай, выбрать верный путь, - тихо сказала я.

27. 06. 2010