Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )


Alexsoliya
Отправлено: 1 Ноябрь 2015, 13:30





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Музыка, в этот раз подходит прямо идеально, как я хотела.

Position Music – Gravity
Position Music – Fight for Freedom
Position Music – Kingdom Of Avilion
_______________________


Каждый раз, когда чего-то боишься, опасаешься, страх находит тебя, заставляя дрожать, преклоняться перед тем, чего ты опасался. И ты застываешь, будучи парализованным перед своим самым страшным кошмаром. Ты ничего не можешь сделать перед ним. Ты бессилен…
Абсолютно каждый чего-то боится. Такова природа. У каждого есть своя слабость. Нет абсолютного совершенства. Нет абсолютного страха. Нет абсолютного бесстрашия.
Пока ты чего-то боишься, ты жив, ты не безумен. Пока ты борешься со своими страхами, ты не бессилен. Но стоит лишь прекратить бороться, оставить их без внимания…
Лея думала, что после того, как она сумела возродиться, как феникс, из пепла, ей потом не будет ничего страшно. Но она ошибалась. Она боялась, дрожа всем телом. Каждую ночь к ней вновь и вновь приходил один и тот же кошмар. И она мужественно боролась с ним, пытаясь выгнать прочь из разума страшный, дикий ужас. Но он преследовал ее, будто голодный хищник, почувствовавший запах добычи.
Кого приказывал убить тот искуситель, полностью скрывшийся в темноте, во мраке, за богатым троном? Что он хотел от нее? Хотел ли он заставить ее пасть, принимая в свою душу Темную Сторону? Хотел ли он убить ее? Или просто заставлял избавиться от той черной тени, которая молча стояла в углу, ожидая своей участи?
Прошло уже порядочное время, однако, она так и не приблизилась к разгадке. Рассказывать о своем кошмаре отцу не хотелось. Он итак был на грани, когда узнал, что Палпатин вызвал их к Эндору, якобы для проверки строящегося секретного объекта. Вейдер слишком хорошо знал, на что способен его учитель. Он слишком хорошо знал всю степень его коварства.
На душе Леи с каждым днем было все тяжелее. Будто тысячетонный камень, тщательно скрытый страх давил, высасывая из нее все, что могло с ним бороться. Он лишал ее любых средств защиты.
Лея была уверена – стоит ей когда-нибудь увидеть тот самый зал, и она упадет, будучи не в силах ничего предпринять. Жуткая, страшная боль прокатывалась по телу каждый раз, когда перед глазами вставали уже заученные наизусть картинки.
День за днем она пропадала за тренировками в зале, вновь и вновь доводя до совершенства очередной прием. Кто знает… Может быть эти тренировки смогут спасти их, когда тот самый кошмар станет явью. В том, что рано или поздно он сбудется, Лея не сомневалась. В последнее время отец часто думал о Падме, о кошмарах, которые предупреждали его. И его кошмары оставляли в душе такой-же осадок, как и у нее.
Боль, смешанная с ужасом. Страх грядущего… От него было нельзя избавиться. Он преследовал каждую секунду. Любой звук, любое, хоть крохотное напоминание, прозвучавшее слишком близко, заставляло ее нервно вздрагивать.
И вот сейчас, увидев перед собой новую, еще строящуюся Звезду Смерти, Лея вновь вздрогнула, пытаясь прогнать липкий, будто смола, ужас.
Тогда, у Явина, несколько лет назад, она уничтожила ее прототип, прилагая все силы к тому, чтобы это страшное оружие перестало существовать, но Палпатин решил построить новую. Но на этот раз она не сможет уничтожить ее. На этот раз она была по другую сторону баррикад.
Отец почувствовал ее страх, молча, ничего не говоря, посылая ей очередную поддерживающую капельку Силы. Будто надкушенная каким-то страшным зверем, миниатюрная копия щербатой татуинской Луны надвигалась, постепенно занимая собой все небо, закрывая от нее звезды.
Стараясь побороть кричащие во весь голос эмоции, Лея до боли закусила губу, выставляя вокруг разума плотные щиты. Да, против Вейдера они теперь не помогали. Слишком уж их Сила смешалась между собой. Ментальные щиты были теперь слишком слабы, практически не защищая их от друг от друга.
Но защитят ли ее щиты от Палпатина? Лея была уверена, что по отношению к нему ее защита осталась такой-же плотной, как и раньше. Она должна была действовать. Слишком многое было поставлено на карту.
Император не должен был знать о том, что произошло в их отношении друг к другу. Лея слишком хорошо понимала, чем это грозит. Помешанный на власти Сидиус никогда не допустит такой угрозы. Методично тренируясь в залах «Исполнителя» день за днем, Лея знала, что рано или поздно все это пригодится. Рано или поздно он вызовет их «на ковер».
Для начала Сидиус попытается уничтожить привязанность, а если это не удастся – или отец или дочь, умрет. Один заменит другого. И единственным выжившим по мнению Палпатина, непременно должна была быть Лея. Еще в тронном зале, заметив его жадный взгляд, она поняла, что Сидиус мечтает заменить Вейдера. Заменить его ей.
Но чтобы там ни было, чтобы там не приготовило грядущее, она будет сражаться до последнего. Если придется – даже пожертвует собой. Лея слишком хорошо понимала, что не сможет одержать победы над столь сильным противником. Да, она могла пройти даже тренировочный уровень из пяти дроидов, настроенных на самый сложный уровень, но Палпатин… Он был самым известным, самым сильным ситхом за всю историю существования Темной Стороны. Вряд ли она сможет побороть его.
И вот сейчас тот самый, решающий момент приближался.
Толстая дверь отъехала в сторону, открывая глазу такой огромный, темный зал. Он был знаком ей… Но чем?
В голову упрямо не шли мысли, лишь странные, размытые чувства вспыхнули внутри. Что они хотели донести до нее? Тьма, окутавшая зал, подавляла их, заставляя почувствовать себя полностью изолированной от предупреждений Силы. Силясь подавить негативные эмоции, поднимавшие голову внутри, Лея подошла ближе, заставляя себя встать на одно колено перед человеком, полностью скрывшимся за драгоценной спинкой трона.
Огромная, колоссальная тяжесть повисла в воздухе, до боли давя на поясницу, на плечи… В механической руке, поставленной взамен утерянной, вспыхнула искра фантомной боли.
Желтые, смертельно опасные глаза опустились вниз, сканируя ее, казалось, всевидящим взглядом.
- Как же я рад видеть вас, моя дорогая, - шипящий, но такой глубокий, сильный голос проникал в самые потайные уголки души, заставляя тело покрыться мурашками. – После того случая… у «Дома-1», я всерьез опасался за ваше здоровье.
Будь девчонка сильно покалечена, она утратила бы значительную часть своей Силы. Но она потеряла лишь руку… Малая жертва, ничуть не уменьшающая связи с энергией.
Упрямая девчонка полезла предупреждать своих друзей об опасности. Но откуда она могла узнать о том, что он готовил Восстанию? Палпатин долго, безумно долго размышлял над этим вопросом, но так и не нашел ответа. Да, Лея умела хранить свои тайны. Умела доставать нужную информацию. Из нее получится идеальный боец… Она будет гораздо сильнее Вейдера. Но и усилий придется потратить куда больше.
Если разум Вейдера он постепенно завоевывал с самого детства, постепенно подчиняя его, то Лея была крепким орешком. Она была упряма, своевольна… Она свято верила в то, что называла своими идеалами.
- Ваши опасения были напрасны, - аккуратно, будто ступая по минному полю, произнесла Лея, наблюдая, как Палпатин натянул страшные, испещренные морщинами губы в улыбке.
«Пора начинать».
- Позови своего отца, дитя. Нам нужно о многом поговорить…
Внутри все вздрогнуло, заставляя ее сжаться. Вот оно. Это была не рядовая проверка. Сидиус все-же знал, знал о их связи. Это не было пустыми, беспочвенными догадками… Кошмар расправлял свои страшные, уродливые крылья.
Воздух сгустился, становясь похожим на густой кисель. Лея безумно хотела встать, выбежать отсюда, крикнуть отцу, чтобы он бежал, спасался. Однако, он и сам слишком хорошо знал, чем может грозить визит к Императору. Но он не побежал… Предпочел, как и она совсем недавно, увидеть опасность в лицо.
Молча, разрезая воздух резкими движениями черного плаща, Вейдер вошел в зал, медленными, грубыми шагами приближаясь к трону. Сердце сжалось, покрываясь коркой льда. Опасность была все ближе.
Змея, свернувшаяся в комок перед атакой, вставала все выше, оголяя свои зубы, с которых капал смертельный яд.
В груди засосало. Странное ощущение тошноты подбиралось все ближе, захватывая ее целиком, накрывая, будто цунами. На блестящем, мраморном полу вдруг отразились яркие всполохи. Будучи не в силах сопротивляться внезапно возникшему магнетизму неизбежного, Лея повернула голову, растерянно изучая пейзаж, расположенный за транспаристилом.
Страшный, липкий ужас окончательно расправил крылья, закрывая ее свой тенью.
За огромным окном бушевала битва, битва, принесенная сюда прямиком из ее кошмара. Не отдавая себе отчет, Лея поднялась на ноги, с замиранием сердца подходя все ближе к транспаристилу. Она не слышала ядовитых слов Императора, не ощущала даже той давящей Тьмы, распростершей над ней свою руку…
За иллюминатором бушевала страшная, смертоносная битва. Все последние силы, принадлежащие Альянсу, собрались здесь, сражаясь с Империей. Алые вспышки, смешанные с зеленым светом. Но сегодня здесь сражались не просто Империя и Альянс.
Каким-то уголком души, который не задел страх, Лея поняла, что здесь происходило сражение, куда больше значащее в вечности, чем простая битва. Здесь сражалось добро и зло. Сегодня должен был измениться баланс Силы, баланс, удерживающий мир в равновесии. Это был судьбоносный день…
Все осколки страшного кошмара встали на свое место. Темный зал. Фигура, скрытая за богатой спинкой трона… Этой фигурой был Сидиус.
«Могла бы и раньше догадаться», - холодно, равнодушно подумала Лея, понимая, как же близко от поверхности лежала разгадка.
Пойми она все раньше, можно было бы спастись… Улететь, скрываясь за пределами Внутреннего Кольца. Но сейчас было слишком поздно.
- Как видишь, Альянс терпит поражение, - будто бы с сожалением произнес Палпатин, не поворачиваясь к ней. – Сегодня изменится баланс Силы. Займи место своего отца. Присоединись к Темной Стороне. Это твоя судьба, Лея.
Слова, сочащиеся ядом, проникали в самое сердце. Вот он, тот выбор, о котором ее предупреждали во сне.
Но она никогда не сделает того, что хотел Палпатин. Перед глазами невольно встала концовка сна. Яркие, смертоносные молнии, разрезающие воздух… Пусть. Все равно было нельзя ничего изменить.
Сжимая ладонь в кулак, заставляя ногти впиться в кожу, она отвернулась от окна, впиваясь взглядом, полным ненависти, в старика, сидящего на троне.
- Никогда.
Желтые глаза сверкнули.
Неужели девчонка пойдет на открытый конфликт? Она же прекрасно понимает, чем это кончится. Чем это ей грозит… Но он еще не задействовал свой главный козырь. Может быть, он изменит все…
- Ты привязана к своему отцу больше, чем я ожидал… Но ты не знаешь всей правды, - холодно, заполняя воздух вокруг холодом, произнес Палпатин, краем сознания отмечая реакцию Леи.
Где-то она уже слышала эту фразу.
«Ты не знаешь всей правды».
Именно это сказал ей отец, прежде чем предать огласке историю своего падения. Историю, конец которой отдавался долгим эхом в будущем. Лея сжалась в комок, ожидая страшных слов, которые ей собирался поведать Палпатин.
- Твою мать убили не трудные роды. Ее убил твой отец.
Внутри что-то сжалось, будто пружина, чтобы затем разорваться на мелкие кровоточащие осолки. Перед глазами вспыхнули строки из медицинского свидетельства. Для смерти Падме не было никаких видимых причин… Разве может погубить женщину, только что родившую двоих детей, простое нежелание жить? Сидя в тайных архивах, Лея пришла к выводу, что ее погубила Сила.
Было ли это правдой? Да. Ее погубила Сила. Натянутая струна внутри лопнула, порождая цепную реакцию, сносящую все вокруг.
С дикой, странной радостью Палпатин наблюдал метаморфозы, происходящие в Силе.
Она была почти готова. Оставалось лишь спустить последний механизм, удерживающий готовую сорваться вперед, рвать и метать девчонку.
- Убей… - жуткий, змеиный голос проникал в саму душу, заставляя руку ухватиться за сейбер.
Страшная, первобытная энергия заструилась внутри, придавая сил. Лея чувствовала себя так, будто смогла бы свернуть горы одним движением пальца… Одним коротким взглядом. Хотелось сорваться с места, кричать, бить все вокруг, но… нужно было убить лишь одно. Темная Сторона еще никогда не была так близка.
Одним движением она достала сейбер из кобуры, активируя его.
Алое лезвие на миг осветило зал, подсвечивая такую знакомую фигуру, стоящую в углу, молча ожидающую своей участи. Точно так, как во сне…
Внутри растекалась горечь, заполняя собой все ее существо. Будто кислотой она прожигала вены, медленно подбираясь к сердцу. Один короткий, немой вопрос, заданный через Силу.
«Неужели ты правда убил ее?»
Но она не хотела, не могла ждать ответа. Он должен был быть произнесен прямо сейчас.
Одним движением снося все его щиты, Лея проникла в разум, пытаясь докопаться до правды. Внутри тела, наполовину сотканного из механики, была лишь боль, смешанная с глубоким раскаянием. Откидывая в сторону всю шелуху, она полезла глубже, бередя старые раны…
«Да, я совершил много ошибок».
Изо всех сил сжимая левую, механическую руку, Лея сделала молчаливый шаг вперед, разрезая, наполняя воздух гудением смертельно опасного лезвия. Она хотела его крови. Хотела его смерти…
Тьма всколыхнулась внутри, затмевая все инстинкты.
Одним резким, стремительным движением, Лея бросилась вперед, поддаваясь ей. Возможно, ей и вправду суждено обратиться ко Тьме.
Время замедлилось, в глазах потемнело. Внезапно в каком-то странном, таком далеком уголке, в памяти возник крохотный кусочек того, что она силилась вспомнить уже довольно долгое время.
То, что она пережила на грани между жизнью и смертью… Лея не могла вспомнить этого сейчас. Лишь короткие осколки при каждой попытке манили ее, окатывая непонятным шлейфом опасности и загадки. Но сейчас они соединились в одно целое, открывая ей полную картинку.
Там была мгла, заполняющая все уголки сознания. Там была вечность… Казалось, сделаешь еще шаг вперед, и обнимешь всю галактику, принимая ее в себя. Но она не сделала этого. Она шагнула назад, к боли, вымаливая себе второй шанс.
Долгий, бесконечно долгий путь сквозь огонь. Жгучая почва под ногами. Ощущение вечности, ощущение вселенной… Помнится, тогда она ощущала всех, кого когда-либо знала. А потом лишь резкий толчок, возвращающий в реальность.
Затопляя светом каждый уголок сознания, в голове возникло еще одно воспоминание. Во время той катастрофы около «Дома-1» она думала, что выполнила все свои жизненные цели. Она была готова умереть. Лея смотрела смерти в глаза со странным спокойствием, понимая, что ей больше нечего сделать.
Но тогда, когда она шла сквозь мглу, за своим вторым шансом, ей сказали кое-что совсем другое… Ее настоящей целью в этой жизни было исправить то, что сделал ее отец. Ее целью было восстановление баланса Силы…
Гулкое, тягучее ощущение выплеснулось в кровь, расставляя все на свои места. Те сны были лишь предупреждением. Даже та катастрофа у флагмана Альянса лишь предупреждала ее.
Время сжалось обратно, будто пружина, выталкивая ее в реальность. Алое лезвие взмахнуло прямо перед лицом, возвращаясь в рукоять.
Судорожно хватая воздух, Лея остановилась на полпути, борясь с уже осязаемой Тьмой, приказывающей ей убить, уничтожить то, что осталось от ее отца. Но не это было ее целью. Ее целью был человек, полностью скрывавшийся под тенью мантии…
Палпатин замер. Она сумела остановиться на полпути. Девчонка сумела отбросить в сторону эмоции. Возможно, все несколько хуже, чем он думал. Она не сможет убить Вейдера. Ну что-ж… Он давно сделал свой выбор. Пора было привести приговор в исполнение.
Дикая, давящая глыба навалилась на ее плечи, приминая к земле. Энергия вокруг сгустилась, изменяя силу тяжести, заставляя девчонку оставаться на месте.
- Что-ж… Я сделаю выбор за тебя.
Медленно, будто в замедленной съемке, черная фигура встала с трона.
Змея была готова выпустить клыки, впиться под кожу, впрыскивая смертельный яд…
Лея лишь могла смотреть на оживающий в памяти кошмар. Ужас сковал ее, приковывая к месту. С ним было невозможно бороться. Она оказалась в самом аду, сотканным из ее кошмаров… Тьма наступала. Каждая молекула тела, еще не до конца оправившегося после едва не ставшего фатальным полета, молила, просила ее отступиться. Упасть на сверкающий пол, прижаться к нему, поддаваясь тяжести, ложащейся на плечи… Уснуть, забыть все то, что будет, что было.
Но Лея слишком хорошо знала, что произойдет дальше. Он убьет ее отца.
Молча, группируясь в готовую сорваться вперед пружину, она активировала меч, готовясь к атаке. Молнии, сотканные из чистейшей энергии, вспороли воздух, заставляя картинку расколоться надвое. Сокрушающая, дикая сила… У нее был лишь один шанс спасти его. Лишь один шанс…
Одним резким, стремительным движением она бросилась наперерез смертельному заряду, в прыжке активируя меч. Сумеет ли она отразить молнии, сотканные из Силы? Достаточно ли для этого ее мастерства? Это можно было узнать лишь на практике.
Алое лезвие встало на пути у смерти, частично впитывая ее. Остаток молнии передался прямо по рукоятке в измученное тело, заставляя Лею растянуться на полу, скручиваясь в клубок от жгучей боли.
В ушах зазвенело. Несколько секунд она не слышала ничего, но дикий, дьявольский смех раздался, казалось из самого пространства, наполняя темный зал от края до края.
Палпатин смеялся над ней, над ее преданностью.
- Глупая, наивная девчонка… В таком случае, я убью вас обоих.
Аккуратные, тихие шаги подходили все ближе. Нужно было собраться, встать на ноги, дать ему бой. Показать, что все те часы, проведенные в тренировках, были проведены не зря. Перед глазами возникла запыленная картинка родом из казалось, такого далекого прошлого. Точно так же тогда ее швырнул о каменную стену Вейдер. Но она нашла в себе силы подняться, дать ему бой… Так почему она сейчас должна отступить?!
До боли стискивая челюсть, Лея заставила воющие от боли мышцы работать. Шатаясь, она поднялась на едва слушающиеся ноги, крепко сжимая в руке сейбер.
Короткий взгляд, направленный на отца.
Не сговариваясь, они бросились на Палпатина с двух сторон. Огонь и лед, действующий вместе. Три алых сейбера, сражающиеся друг против друга. Ровные, сильные удары, заставляющие Мастера, вокруг которого клубилась осязаемая Тьма, отступить назад. Казалось, победа была так близка…
Одна короткая контратака Сидиуса резко изменила исход битвы. Один короткий взмах алого лезвия, принадлежащего Палпатину, отрубил Вейдеру механическую кисть, откидывая его в сторону новой вспышкой молний.
Внутри растекся смертельный, жуткий холод. Еще одна парализующая вспышка страха. Едва сдерживая дрожь в груди, Лея обратила свой внутренний взгляд в сторону отца.
Он был жив, но… теперь ей одной надлежало противостоять самому злу. Больше Вейдер ничем не мог помочь ей.
Подавляя ужас, она сделала аккуратный шаг вперед, парируя стремительный, будто бросок кобры, удар Палпатина. Ненависть захлестнула ее с головой, придавая сил. Сама того не ведая, она шагнула на Темную Сторону, черпая оттуда энергию. Но Темная Сторона не была ее частью. Лишь благодаря отцу она могла пользоваться ею… Сейчас в Лее текли сразу две энергии, наполняя ее чистейшей Силой.
Мозг работал бесперебойно, стараясь выискать слабое место. У него оно должно быть… Оно было у всех. Но Палпатин не открывался ни на секунду. Он был настоящим мастером… Он знал свое дело от первой и последней буквы. Император сражался играючи, легко отражая ее атаки, каждый раз вновь и вновь откидывая прочь.
Против него не стоило рисковать… Но Лея допустила ошибку.
«Тебе не хватает терпения».
Помнится, отец еще давно сказал это ей… Но она так и не усвоила этого урока.
Лея подпрыгнула высоко вверх, обрушиваясь сильными, короткими ударами. Палпатин откинул ее одним движением алого сейбера, буквально впечатывая в пол.
Темная энергия заструилась вокруг, не давая подняться. Короткий удар молниями заставил разжать руку, выпуская оружие, теряясь в бесконечном океане боли.
Лишь желтые смеющиеся глаза насмешливо взирали, празднуя свою победу.
- Жаль терять такой потенциал, - хрипло выдохнул он, делая короткий шаг назад. – Ты рождена для Темной Стороны. Раз Вейдер не сумел отнять у тебя свободу, это сделаю я.
Лея прикрыла глаза. Внутри растекалось странное, уже привычное чувство. Она ощущала его перед тем, как взорвался ее крестокрыл. Она ощущала его на пороге смерти.
Спокойствие, смешанное со стремлением уйти на пике. Маленькая, едва заметная капля гнева. Гремучая смесь…
Она вернулась сюда не ради того, чтобы просто сдаться, не для того, чтобы стать новой игрушкой Палпатина. Она вернулась сюда ради того, чтобы убить его. Уничтожить зло. Это было ее целью, тем, что она должна была претворить ее в жизнь.
«Я сделаю это».
Мучительным до боли усилием, заставляя двигаться едва живые мышцы, она поднялась на ноги, готовясь принять последний бой.
- Свободу нельзя отнять. Нельзя отнять веру. Нельзя отнять любовь. Нельзя отнять ничего из того, что находится здесь, - Лея указала себе на грудь. – Свободу нельзя найти, нельзя приобрести. В ней нужно родиться, в ней нужно изначально пребывать.
Палпатин усмехнулся, до предела натягивая испещренные морщинами губы.
Наивная. Слишком наивная… Можно отнять все. Можно изломать любого, затем вновь собирая по частям так, как тебе удобно.
- Все можно уничтожить, дитя.
И он уничтожит ее. Нет, не убьет… Такой потенциал нужен живым.
Энергия вновь сгустилась… через секунду появятся молнии. Они уничтожат ее, разорвут на части. Лея знала это. Но все же стояла, впитывая в себя все то, что витало в зале. Будто воронка, она засасывала в себя все эмоции, все чувства.
Картинка раздвоилась, выпуская наружу ослепительно яркую, режущую глаза, молнию, сотканную из Тьмы. Все происходило будто в замедленной съемке.
Собрав в одну точку всю решимость, Лея бросилась вперед, пропуская энергию через себя. На этот раз она не боялась… Дикая, режущая на частички боль не заставила себя долго ждать. Призывая к себе сейбер, активируя его, она сделала шаг вперед, не обращая внимания на молнии, проходящие сквозь нее, на боль, заполняющую тело с головы до пят.
Даже у Палпатина была слабая сторона. Он был слишком самоуверенным. Он не думал, что она сможет взять в руки меч, идти вперед, стремясь уничтожить его. Молнии грызли ее, заставляя остановиться. Они усиливались с каждой секундой, подтачивая решимость…
Желтые глаза смотрели прямо ей в душу, ожидая, когда же упрямая девчонка свалится, моля о пощаде… Сейчас. Сейчас…
Один стремительный, будто бросок кобры, прыжок.
Желтые глаза ярко сверкнули, когда алое лезвие вонзилось в тело, заставляя его опасть безвольным мешком.
Палпатин не верил в такой вариант развития событий. Он даже думать не думал, что она может пойти напролом, противостоять дикой боли от молний, пронзающих тело… Он просчитался. Первый и последний раз…
Чудовищный по масштабу взрыв темной энергии потряс зал, откидывая едва живую Лею в сторону, впечатывая в пол… Палпатина, Дарта Сидиуса, Императора больше не было. Энергетический взрыв слишком ясно подтверждал это. Он погиб. По крайней мере его тело.
В мире остался лишь дух, принадлежащий повелителю Тьмы, полный самой черной энергии. Он мчался вперед, горя желанием уничтожить станцию, отомстить всем, кто остался на ней.
Уничтожить девчонку. Уничтожить Вейдера…
Последняя месть.
Но Лея была еще в сознании. Темные, почти черные глаза видели этот дух. Его нужно было уничтожить. Из последних Сил она втянула последнюю частичку Палпатина в себя. Нельзя было допустить гибели стольких живых существ… Глаза закрылись.
Битва еще не была окончена… Последний, заключительный этап страшной битвы предстоял внутри разума. Тело истощило свои резервы.

… Странный, полный черного цвета медицинский отсек. Меддроиды, облачающие обожженное, искалеченное тело в такой знакомый черный костюм. Лея видела это все будто со стороны…
- Связь с Силой сохранена? – холодный, такой знакомый голос.
Казалось, что это она произнесла эту фразу. Но это было не совсем так. Это было совсем далекое воспоминание, затерянное в прошлом… Но ее не могло быть здесь.
Ужас всколыхнулся внутри, заставляя тело покрыться мурашками. Она попала в воспоминания Палпатина… Как выбраться отсюда? Выхода не было. Лея была заперта…
Тьма вокруг всколыхнулась, создавая портал в пространстве.
«Вейдер не сможет выжить».
Перед глазами возникло знакомое лицо. Белые стены. Женщина, лежащая на кушетке… Темные волосы, карие глаза.
Страшный, душераздирающий крик.
Сила присосалась к ней, высасывая жизненную энергию, перекачивая ее в искалеченное тело, лежащее на операционном столе. Палпатин высасывал энергию Падме, перекачивая ее в Вейдера.
Роды закончились.
- Лея, - произнесла женщина, любуясь маленьким свертком, который ей показал такой знакомый мужчина…
Оби-Ван?
- Люк.
Такие знакомые, теплые глаза закрылись.
- Мы теряем ее. Она не хочет жить…
«Он не сможет выжить без ее энергии».
Боль прокатилась по телу Леи. Ее убил не Вейдер. Ее уничтожил Палпатин. Он перекачал всю энергию ее матери в Вейдера…

… - Что с Падме? – короткий, глухой вопрос, произнесенный механическим голосом.
Внутри человека, заточенного в доспехах, была боль, смешанная с горьким, будто уксус, раскаянием.
- Ты убил ее в гневе, - старательно изображая сожаление, проговорил Сидиус.
Оставалось лишь надеяться, что ученик не заметит того, что чувствовал энергию Падме, которая пополнила его силы, возвращая к жизни.
Жуткий крик, полный боли огласил черный отсек, вызывая смещение в Силе. Дроиды, разрываемые на кусочки, посыпались прочь.
- Нет!!

Вокруг была лишь Тьма. Не та мгла, что она испытывала раньше… нет. Вокруг был дух Палпатина, растворенный в ее сознании.
Зачем он показал ей это? Или она сама влезла в его воспоминания, вычленяя то, что интересовало ее?
«Ты совершила ошибку, девчонка. Ты никогда не сможешь убить меня, пока я нахожусь здесь. Ты все же станешь адептом Темной Стороны. Даже после моей смерти» …
Молча, ничего не отвечая, Лея попыталась понять, осознать, насколько сильно Тьма затаилась в ее сознании. Казалось, она была везде, заполняя каждый уголок сознания, пытаясь подчинить ее, лишить воли.
Последний бой – самый трудный.
Несколько коротких шагов вперед, сквозь Тьму, сквозь мглу. Он должен был уйти. Это ее мир, это ее сознание.
«Здесь может находиться только то, что принадлежит мне».
Гулкий, язвящий хохот.
«Я теперь принадлежу тебе. Ты сама пустила меня сюда!»
Он лгал. Темная сторона всегда лжет… Высвобождая все то, что было внутри, Лея выпустила наружу Свет, освещая каждый уголок своей личной вселенной.
«Тебе здесь не место!»
Холод прокатился по пространству, пытаясь заставить ее свернуть, отступиться. Но это была бесполезная попытка. Лея лишь расширяла радиус, вычищая липкую, склизкую сущность из каждой клеточки сознания, освещая казалось непроглядную мглу.
«Уходи».
Испуская последний, страшный вопль, Тьма разорвалась на кусочки.
«Я еще вернусь… Ты пожалеешь».
«Может быть. Но не сегодня».
Такой знакомый резкий толчок…
Казалось, будто она находится на дне океана, наблюдая отблески солнца с его поверхности. Все звуки были приглушены, доносясь будто через тысячу километров. Дикая боль. Но с ней не было ничего страшного.
Травмы, полученные у «Дома-1» были куда страшнее. Сейчас она точно выкарабкается. Аккуратно, пытаясь разорвать мглу, Лея попыталась прислушаться к окружающим ее звукам. Медленно, будто приобретая формы, они трансформировались, превращаясь в слова.
- Лея! Лея! – знакомый механический голос, вдруг утративший холод. – Очнись! Что с тобой?
Знакомое, теплое прикосновение Силы, придающее энергии. Мгла таяла, возвращаясь ее в реальный мир. Боль приближалась, накрывая ее с головой. Мир приближался…
Одним резким, будто искусственным, запрограммированным движением она открыла глаза, ощущая в Силе волнение, сменяющееся спокойствием.
- Все кончено, - тусклый, едва слышный шепот. – Эта эпоха закончилась.
Отныне все будет по-другому. Не будет больше войны Альянса и Империи. Не будет больше Палпатина.
Зло было уничтожено. Ситхи были уничтожены. Она вернула себе отца. Она убила в нем Вейдера, возвращая к жизни Энакина Скайуокера.
Сколько же всего ему нужно было рассказать… Теперь, когда не было Палпатина, ищущего любой способ для манипуляции, она могла открыть отцу правду.
Правду о детях. Лея не была его единственным ребенком. Еще был Люк…
Правду о причине смерти матери, которую она узнала несколько минут назад. Пробив его щит, Лея поняла, что отец до сих пор винит себя в ее смерти. Но он никогда не убивал Падме. Ее убил Палпатин.
Она сумела отомстить за отца, вернуть его. Она считала, что его уничтожил Вейдер. Но это было еще одной искусной ложью… Его уничтожил Сидиус, его уничтожил Палпатин.
Что будет дальше? Точного ответа не было.
Лишь одно Лея могла сказать, делая дальносрочный прогноз.
В этот момент, прямо сейчас, начиналась новая эпоха. Новая жизнь… Утопия безвозвратно уходила, превращаясь в реальную жизнь.
Второй шанс, который ей дали, был реализован. Оставалось лишь жить. Просто жить…
_____________________________

Вот и закончена эта история. Спасибо всем огромное, что читали ее, переживали вместе со мной smile.gif Надеюсь, вам понравилось.
Сразу, чтобы не было вопросов: эпилога не будет. Писать эпилог - все равно что обрывать всю повесть, ставить надпись "КОНЕЦ".
Нет, я хочу, чтобы у вас оставался простор для фантазии. Чтобы вы сами придумали, что будет с героями. Думаю, это самый лучший вариант концовки для любого произведения.
Спасибо вам еще раз, что были со мной эти две недели, что писался фанфик.
Желаю удачи!)
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348452 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 1 Ноябрь 2015, 13:30





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Музыка на этот раз у нас действительно шикарная.

1. Wolfgang Amadeus Mozart – Requiem (Lacrimosa Dies Illa)
О реквиеме стоит сказать подробнее. Если кто-то не знает - это похоронная песнь (нет, не для Леи. Просто подходит по атмосфере), которая несколько столетий назад использовалась в Европе, преимущественно при похоронах богатых людей. Каждый раз, когда я слушаю его реквием, меня продирают мурашки. Дело в том, что незадолго до смерти к уже беднеющему великому композитору пришел человек и заказал ему этот реквием. Едва Моцарт успел его закончить, он умер (по одной из версий, был отравлен).
Даже не знаю, подходит ли сюда такой великий композитор как Моцарт... Судить вам smile.gif

2. Thomas J Bergersen - Cry
Еще одна композиция, от которой у меня мурашки. Не могла не всунуть ее сюда. Думаю, подойдет.
__________________________________

Огненное облако взметнулось ввысь, раскидывая по темному полотну горящие искры. Защитила ли ее Сила? Спасла ли от неминуемой участи?
Изо всех сил сжав механические пальцы на штурвале, Вейдер подвел шаттл к искорёженному обломку, оставшемуся от истребителя Леи. Маленький кораблик разнесло в клочья… Лишь кабина, в которой находилась Лея, не разорвалась под воздействием губительного вакуума. Да, она была измята, искорежена, но целостность нарушена не была. Однако, человеческое тело было куда более хрупким, чем металл истребителя. Если так досталось железному кораблю, то страшно было представить, во что превратилась его дочь, заточенная в уничтоженном корпусе.
- Притяните обломки, - механическим, бесчувственным голосом объявил Вейдер.
Шаттл подошел ближе, притягивая в мобильный док чудом уцелевший обломок. Он не мог потерять этот последний, маленький осколок, связывающий его с человеческим прошлым. Без нее он окончательно превратится в киборга.
Стараясь отвлечься от страшных мыслей, Вейдер бросил короткий взгляд на радар. Три огонька истребителя 501-го уходили в глубины космоса, отгоняя маленькие кораблики, принадлежащие Восстанию.
Опасность миновала. Но пережила ли ее Лея? Пережила ли ее его дочь?..
Стыковка к «Исполнителю» прошла успешно. У трапа уже висели в воздухе носилки.
Вопреки всему, вопреки всем законам, она была жива, когда ее вытащили из распиленной кабины. Однако, жизнь, вернее ее крохотный, безумно маленький, такой теплый, но гаснущий огонек висел на волоске. Будто костер под страшной бурей.
Лея могла умереть в любой момент… Ее ощущение в Силе было слишком размытым. Будто провели влажной кистью по только что нанесенной краске. Поднесешь к холсту тряпку – сможешь легко стереть мазок, не напрягаясь, не оставляя от него даже следа. Но Лея не была картиной. Она не была мазком. А тот проклятый истребитель, выпускающий по ней огонь, не был кистью.
Она выживет. Вопреки всему, она должна выжить. Перед глазами встали страшные картинки почти забытых, уничтоженных кошмаров, в которых Падме погибала, производя его детей на свет. Тогда, когда Палпатин сказал, что Падме умерла, он похоронил вместе с ней и мечту о ребенке, закапывая ее под тысячетонным слоем земли. Его ребенок, Лея, умерла для него тогда.
Но он не мог потерять ее во второй раз… Не мог. Неужели нужно было, чтобы его дочь оказалась на грани смерти, чтобы понять, что еще не все внутри погибло? Когда он потерял Падме, казалось, что мир остановился. Казалось, что больше никогда не будет ярких красок…
Он столько лет винил себя, что она погибла из-за него. Столько лет он убивал свои чувства по отношению ко всему живому. И вот тогда, когда выпал новый шанс вернуть все, начать заново, он допустил ошибку. Критическую, безумную ошибку.
Вместо того, чтобы меняться самому, он решил поменять Лею, изломать, и собрать на кусочки по новой. Это была школа Палпатина. Вынуть все живое, перемешать, и положить обратно. Именно так в свое время он поступил с ним. Да что там Палпатин… Он сам поступил так с собой.
Слишком много ошибок. Но сейчас было поздно что-либо менять. Можно было лишь надеяться, что она выживет. Ему нужен был второй шанс. Начать все заново, исправить все, что возможно, все, что поддается исправлению.
Она была его шансом. Лея была подарком, способным поменять его бесцветную жизнь, раскрасить ее красками. Неужели чтобы понять такую простую вещь, требовалось пройти такой долгий путь?
Перед глазами невольно возникли уже потерявшиеся в памяти картинки. Сегодняшнее утро. Можно ли было бы все предотвратить, знай он что должно случиться?

… - Милорд, ваш агент сообщил, что ваша дочь только что попала в руки повстанцев, - вытягиваясь по струнке, дрожащим голосом заявил адъютант.
Он знал, что за такие новости можно и головы лишиться… Но все же пришел сюда. Храбро.
- Свободен.
Сегодня он получил свою жизнь, получил свой шанс. Но получит ли его Лея? Ее сострадание сыграло плохую службу. Он приложил все силы, чтобы удалить его с корнем… Но она оказалась куда крепче, чем можно было предполагать. Сильный, смелый характер. Ее было невозможно сломать.
В Альянсе ее ждет смерть. Вейдер прекрасно знал характер Мотмы – предатели должны были быть мертвы. Такие как Лея – особенно. Он сам позаботился, чтобы создать ей имидж девушки, преданной отцу и Империи. Но сейчас это выходило боком… Мог ли он позволить себе потерять ее? Возможно.
Где-то внутри, там, где он столь долгое время хоронил все человеческое, что-то запротестовало. Нет. Он не мог позволить себе потерять Лею, причем по многим причинам… И то, что она обладала той Силой, которой не было ни у одного человека во всей Галактике, вовсе не было главной причиной.
Одним движением Лорд поднялся на ноги, направляясь на мостик.
Все еще можно было исправить. Ему было прекрасно известно местоположение «Дома-1». Просто придется провести операцию по окончательному уничтожению Альянса немного по-другому… Нужно для начала вытащить оттуда Лею. Разберемся по ходу дела.
- Курс к «Дому-1», - безапелляционным тоном приказал он адмиралу, стоящему у штурвала.
Тот послушно кивнул, задавая координаты для гиперпрыжка. Оставалось лишь ждать. Самое ненавистное, неблагодарное занятие. Несмотря на то, что он учил Лею вырабатывать терпение, сам до сих пор не сумел приобрести это такое полезное качество. Оно губило его еще с малых лет… Впрочем, сейчас уже нельзя было ничего исправить. Нужно было делать это раньше.
Короткий кивок в сторону адъютанта.
- Записи из доков мне на стол.
Пора было узнать, какой безмозглый идиот ее выпустил. Он понесет заслуженное наказание.

Раздражающий монотонный писк прибора, поддерживающее едва бьющееся сердце в рабочем состоянии. Маленькое, бледное изломанное тело, сливающееся с простынями. Она была на грани смерти уже во второй раз. И каждый раз – из-за него.
Палпатин лгал… Темная сторона не давала власти над жизнью. Она давала лишь власть над смертью. С ее помощью можно было лишь разрушать. Созидать с помощью зла невозможно. Он слишком хорошо усвоил этот урок, еще в самом начале своего пути. Но почему она выжила? Тьма не могла спасти Лею. Нет, это было что-то совсем другое. Но что? Уже много лет он был просто невосприимчив к Свету.
Каким-то странным, чудовищным усилием ему удалось спасти ее от чудовищной взрывной волны. Но все же Лее досталось, да еще как.
Мог ли он изменить события?
«Хватит», - резко приказал себе Лорд.
Слишком много лет он думал об этом, пока еще вспоминал события на Мустафаре. Нет, прошлое нельзя было изменить. Слишком редко давался такой шанс… Вполне вероятно, что свой он только что упустил.
- Все зависит от нее самой, - недовольный новым появлением Леи в мед отсеке, хмуро пробормотал Робертс.
Мало того, что в первый раз ему четко дали понять, что за любой промах – голову с плеч, так теперь еще и Темный Лорд никуда не собирался уходить. Борясь с желанием выброситься в космос, чтобы избежать долгих мучений в случае смерти девчонки, доктор молча удалился в процедурную. Ему срочно требовалась еще одна доза успокоительного виски.
Вейдер прекрасно считал реакцию молодого врача. Мисс Стафф… Жаль, что так вышло. Она относилась к пациентам с заботой, в отличии от Робертса, который видел в них лишь то, что нужно было вылечить и выкинуть за порог.
Похоже, за время пребывания в этом проклятом, пропахшем лекарствами месте ему придется многое переосмыслить… Раньше он никогда и ни о чем не жалел. Сделал – забыл. Вся жизнь проходила будто под анестезией, будто являясь одним большим кошмаром, начавшимся прямиком с присяги Палпатину.
Тогда он думал, что по-другому нельзя. Что иначе Падме не спасти… Но лишь спустя столько лет стало ясно, что Темная сторона может только губить. Но вот пути обратно уже не было, да и незачем было ему возвращаться до этого случая. Он просто жил, функционируя, как машина, послушно исполняющая приказы своего Мастера.
Но сейчас… Говорят, джедаи могли лечить. А он уже не мог. Тьма слишком глубоко проникла в сердце, захватывая его клетка за клеткой.
Великая Сила… Как же тяжело стоять здесь, смотреть на израненное тело последнего человека, который был ему дорог, и понимать, что ничем не можешь ему помочь. Это угнетало, уничтожало изнутри. Когда страдает кто-то, кого ты любишь, ты страдаешь вместе с ним, разделяя его боль. Но Лея даже не страдала. Она просто находилась на грани, за которой… что было за этой гранью для нее? Возможно, ее ждал Свет. Она всегда действовала, защищая тех, кого любила. Она отстаивала свои идеалы. Возможно, за свою жизнь она не совершила ни одного плохого поступка… Ей было не страшно умирать. Она была к этому готова.

… - Мой Лорд… Но я не мог ничего сделать, - пролепетал в свое оправдание насмерть перепуганный диспетчер. – Я…
- Мне не нужны ваши оправдания, офицер, - холодно отрезал его Вейдер.
Покорная любому зову Тьма скользнула вперед, обвиваясь вокруг несчастного, заставляя его судорожно хватать воздух. Ледяная удавка стянула горло… Совсем скоро он расплатится за свои ошибки. Да, на двух стульях тяжело усидеть. Но он должен был знать, кого здесь следует слушать. Он командует этим разрушителем, а не Лея.
Сзади послышались торопливые шаги. В Силе отдало жгучей вспышкой страха.
- Сэр, - едва переводя дыхание, сипло проговорил адъютант. – Мы почти подошли к «Дому-1». Но ее только что официально приговорили к смерти.
Огромное, жгучее чувство растеклось внутри. Страшный, первобытный гнев пронесся по кораблю, заставляя сжаться в комочек всех, кто находился на нем.
«Как они посмели?»
Какое право имел паршивый Альянс решать судьбу его дочери? Он разнесет их в клочья, так, чтобы не осталось никакой памяти о Восстании, о повстанцах. Как они смели?
«Молитесь Силе, чтобы она была жива, когда я подойду к борту вашего проклятого флагмана».
Несчастный диспетчер упал вниз, хватаясь за горло. Его спас от заслуженной смерти лишь счастливый случай…
Волна Силы, сметая все на своем пути, будто лавина, покатилась прочь, пытаясь отыскать, нащупать хотя бы тонкую искорку, отголосок Леи. Пульсирующее ощущение замерло на краю сознания.
Да, она пока была жива. Но она не была на борту «Дома-1»…
Концентрируясь изо всех сил, собирая в точку лед, окутывавший корабль, уводя его прочь, в глубины космоса, он сосредоточился на поиске… Она была близко. Совсем близко. Лея была жива. Она сбежала. Нужно было действовать быстро. Альянс просто так не отпустит ее.
Одним резким, стремительным движением Вейдер выхватил комлинк из-за пояса.
- Выведите «Исполнитель» из гиперпространства. Срочно подготовить три истребителя и мобильный шаттл, - приказал он в маленький динамик.
Стремительный, мастерски исполненный вылет… Впервые за много лет Вейдер лично сел за штурвал шаттла, ощущая себя в такой родной, такой податливой стихии. С самого первого вылета он чувствовал себя так, будто черная ночь, вечно окутывавшая космическое пространство, была его домом. Здесь он был непобедим…
Где-то вдалеке вспыхнули яркие зеленые огни. Даже не требовалось смотреть на радар, чтобы понять, что происходит там. Лея готовилась к смерти. Но она была слишком спокойна по сравнению с теми, кого он наблюдал на этой грани. Лея чувствовала себя… странно.
Ей было абсолютно безразлично на все. Она знала, что отсюда живой не выбраться. Знала, что выжить не сможет. И сейчас, выпуская наружу все то, что так долго таилось внутри, она была счастлива. Лея наслаждалась последним полетом, играючи уворачиваясь от лазерных выстрелов. Космос был и ее домом. Несмотря на то, что за ней летело целых шесть истребителей, повстанцы никак не могли поймать маленький кораблик.
О чем она думала в этот момент?
Легкое, нежное касание, исходящее от Леи, дало ему понять, что флот Империи замечен. Но она не торопилась спасаться. Она прощалась, слишком хорошо понимая, что отсюда живой не выбраться.
Вопреки всему злу, что он причинил ей, Лея в этот момент простила все. Ей даже было жаль его. Жаль уходить… Но судьбу не поменяешь.
Будто бы играючи зеленый луч коснулся крыла маленького кораблика.
Истребитель резко развернулся, оставляя за собой полосу алых искр. В Силе четко отразилась ее грустная, возможно последняя улыбка.
Безумная. Она хотела оставить за собой пылающий след. Она хотела погибнуть, смотря в лицо смерти…
«Если уж погибать – то как герой», - вспомнил он собственные слова, произнесенные так давно. В другой жизни, жизни Энакина Скайуокера.
Что-то вдруг будто сложенный паззл уложилось в голове. Она была его дочерью. Не просто полезной девушкой, с которой его связывала кровь. Нет, она была уменьшенной копией, соединяющей в себе Падме и его. Того человека, которым он когда-то был.
И сейчас та последняя частичка, связывающая его с прошлым, молча смотрела прямо в глаза смерти. Она знала, что сейчас по ней выпустят залп… Но оставалась на месте, не пытаясь никуда уйти. В Силе ощущалось странное спокойствие. Лея была готова уйти. Она чувствовала, что завершила все свои дела… Но она забыла о нем. Да, она спасла Альянс от очередной беды. Но…
Внутри что-то взорвалось, заставляя всю Силу, которая имелась в запасе, стремительно улететь вперед, защищая собой маленький кораблик, почти незаметный на фоне черного шелка, усеянного звездами. Картинка перед глазами разорвалась надвое под воздействием мощного заряда энергии, заставляя реальность расколоться.
То, что он так долго давил при помощи Тьмы, сейчас, когда он пытался защитить свою дочь, вышло наружу, ничем не защищенное. Лорд бросил все силы на помощь Лее, оставляя собственную застарелую рану без присмотра. Зеленый луч вспыхнул еще раз, заставляя вздрогнуть.
Она чувствовала то, что он сейчас испытывал. Но не в ее силах было подарить себе второй шанс.
«Прости, отец. Я не могла поступить иначе».
Короткое, безумное послание, переполненное болью, жалостью… Она верила, что в нем еще есть добро.
Все вокруг вновь раскололось, пытаясь защитить ее. Последние резервы Силы ушли туда, вперед, выстраивая вокруг кабины непробиваемый кокон.
Но Тьма не давала власти над жизнью… Лишь вселенной известно, сможет ли он спасти ее. Поменять свое будущее. Исправить прошлое.
Он не мог вновь потерять ее.

Раздражающий монотонный писк прибора, поддерживающее сердце в рабочем состоянии. Маленькое, бледное изломанное тело, сливающееся с простынями. Она была на грани смерти уже во второй… нет, третий раз. Он забыл пещеру на Татуине. Тогда все было слишком по-другому. Он не осознавал, он не понимал…
Но сейчас Вейдер не мог позволить ей умереть. Достаточно было смертей в его жизни. Падме тоже погибла из-за него. Глупая, бездумная ошибка прошлого. Лишь Свет мог лечить. Сможет ли он найти путь к нему в непроглядной Тьме?
Два тяжелых шага вперед.
Аккуратно, стараясь не навредить хрупкому телу, он положил руки на виски, стараясь передать ей Силу. Но безуспешно… Света не было. Он умер много лет назад. Внутри были лишь обожженные осколки, которые слегка притушило запоздалое раскаяние.
«Все зависит лишь от нее».
Нет, Робертс был неправ. Не все. Была еще другая сторона Силы, которая могла дать энергии. Стоило лишь впустить ее…
Концентрируясь, он собрал всю энергию в одну точку, вливая ее в покореженное тело, наполняя его такой необходимой жизненной энергией. Впервые за много лет боль клубилась внутри, наполняя собственное, наполовину механическое тело различным спектром чувств.
Он больше не мог лечить собственные раны. Они не заживали. Только она могла помочь ему поменять прошлое. Искупить его… Слишком многое сейчас было поставлено на карту.

***


- Убей… - гулкий, шипящий голос проникал в душу, захватывая сердце, наполняя его ядом, ненавистью.
Ослепительно яркая вспышка молний. Дьявольский хохот…
Боль, периодически прерываемая вмешательством Силы. Но это была не ее Сила. У этой энергии был свой характер, свой привкус. Она отдавала горечью, смешанной с гневом. Гневом на себя. Кто был обладателем этой странной, уникальной Силы? В какие-то моменты казалось, что она принадлежит Темной Стороне. В какие-то – она была абсолютно уникальной, с неповторимым характером.
Лишь одно было неизменным. Энергия каждый раз наполняла ее, пытаясь укрепить израненное тело. Кто-бы там ни был, он явно не хотел ее смерти.
Но была ли она жива? Было ли жизнью то, что она испытывала? Лея не знала, где находится. Вокруг была лишь звенящая пустота, наполненная Силой. Такое впечатление, что она находилась на краю реальности…
Как только уйдет боль, она перейдет за черту, за которой будет лишь пустота, смешанная с вечностью. Но ей был нужен этот второй шанс. Лея боролась за него, за свою жизнь каждую секунду, пытаясь пробраться наружу, сквозь тернии, к свету, сквозь непроглядную мглу, окружающую каждую частичку ее души. Она разрывала каждую молекулу темноты, застилающей разум, заставляя его работать, бороться. Из последних сил заставляла себя идти сквозь непроглядный мрак… То была самая тяжелая битва в ее жизни. Битва с самой собой… Битва внутри своего разума. Призом была жизнь, возвращение обратно, в реальный мир.
Да, она сумела завершить все цели, которые ставила себе. Она узнала, кто ее брат, узнала причину смерти своей матери. Спасла Альянс, как и планировала. Единственным, что тянуло ее назад, был ее отец. Им нужен был второй шанс. Начать все сначала, сделать все по-другому.
Слишком поздно они оба поняли….
Находясь в этом бессознательном, слепом океане, она чувствовала сквозь мглу золотистые искорки сияния Силы окружающих ее существ. Она могла чувствовать Хана, который наверняка находился за тысячу световых лет от того места, где было ее тело.
С Соло было все в порядке… Он сумел стереть все свои следы, стереть все видеозаписи, каким-либо образом компрометирующие его. Удивительно, но она могла чувствовать всех, с кем когда-либо была знакома.
Да, ее бессознательное тело лежало на борту «Исполнителя». Но ее разум был во вселенной, соединяясь с ней в один большой организм.
Для человека, не чувствительного к Силе, эта вселенная была бы лишь темным пятном в его памяти. Но Лея могла видеть, чувствовать в этой непроглядной темноте. Сила освещала ей путь… Вернее, два пути. Она могла двигаться в двух направлениях.
Если идти вперед – ее Сила усиливалась, окончательно подавляя боль, даруя ясность ума. Она окончательно соединялась с пространством. Казалось, сделаешь еще шаг, и увидишь всю Галактику будто с высоты птичьего полета, почувствуешь каждое живое существо… Станешь частью мира.
Но туда было нельзя идти. Там была смерть, там было освобождение. Второй шанс находился сзади, там, где царила боль. Только через нее можно было вернуться в обычный мир. Она находилась в пространстве, где царила вечность. Может быть, в реальности прошла секунда. Может быть, час.
А может быть, и месяцы…
Нужно было двигаться. Двигаться к боли, двигаться сквозь нее. Двигаться обратно. Стараясь собрать разум в одну точку, Лея сделала шаг назад. Еще. И еще…
Боль усиливалась, накрывая ее одеялом, будто сотканным из железа. Чем дальше она продвигалась, тем горячее становилась температура, которая давила, вжимала в землю, заставляя остановиться. Но она все равно упрямо продолжала продвигаться вперед.
Она еще была нужна там… Она должна была исправить ошибки прошлого, которые допустил ее отец.
Откуда пришла эта мысль? Лея никогда не думала о том, что должна исправлять его. Что должна исправлять прошлое. Но то, что сейчас пронеслось глубоко внутри, заложило твердое понятие, что она еще не довела свои дела до конца.
Да, она сумела узнать о том, что у нее есть брат. Она даже сумела узнать, как его зовут, кто он. Но не это было ее жизненной целью. Она должна была исправить прошлое. У каждого есть свои задачи, которые необходимо выполнить. Как квест, как список, который нужно выучить наизусть, вспоминая в нужный момент. В ее списке были другие цели, не те, что она сама поставила себе. Она чувствовала, что там, в реальном мире, ее будут ждать новые испытания. Впереди, совсем близко, было то, ради чего она пришла сюда. Ее главная задача.
Если она вернется, ее нужно будет выполнить. И она ее выполнит, расставляя все точки на свои места.
Вокруг полыхал огонь… Казалось, что ее поставили голыми ногами прямо на раскаленную сковородку. Не так-то просто, вырваться назад из лап смерти… Молча, сжимая челюсть, она упрямо продвигалась вперед, несмотря на все усиливающуюся боль во всем теле.
Она была все ближе к нему… Ближе. Та черта, за которой таился покой, уже растаяла вдали. Лишь огонь разгорался все сильнее, сжигая ее дотла, превращая в опаленные пламенем угли.
Грубый, резкий толчок сотряс сознание, будто погружая его в раскаленную лаву. Длящиеся несколько секунд муки растянулись на несколько лет… Казалось, что прошли века, что мир уже развалился на части. Боль оборвалась так же резко, как началась. Она вернулась. Огня больше не было. Была лишь боль… и холод, окутывающий ее с головы до ног.
Лишь Сила, которую в нее вливали, поддерживала ее, заставляя жить дальше, дышать, заставляя вздыматься переломанную грудь.
Огромным, титаническим усилием Лея открыла глаза. В окружающем мире больше не было ненависти, не было леденящего льда. Та катастрофа у флагмана Альянса изменила все. Она стала отправной точкой для новой реальности, в которой уже не было того холодного, будто арктический лед, Вейдера. Здесь был ее отец.

***


Темный до невозможности, до боли в глазах зал.
Человек, полностью скрытый за огромной, инкрустированной драгоценностями спинкой трона.
- Убей…
Рука, сжимающая сейбер… Аккуратное, тихое нажатие на активационную кнопку. Алый луч, освещающий зал… Темная фигура, ожидающая в углу своей участи. Жуткая, всепоглощающая ненависть, полностью захватившая ее душу.
Разрезающий воздух взмах алого лезвия…
- Я сделаю выбор за тебя.
Сгустившаяся Тьма. Сила взорвалась надвое, испуская яркие, ослепительно белоснежные молнии, искажающие пространство на своем пути.
Холодный, дьявольский смех… Вспышка боли, оглушающая все органы чувств. Тонкий, пронзительный крик.
Лея резко села в постели, судорожно хватая воздух. Вновь этот кошмар. Он преследовал ее уже несколько недель. Даже в бреду, когда она лежала в медицинском отсеке, этот смех заставлял ее дрожать. Лишь холодное, но такое приятное прикосновение Силы охлаждало ее жар, придавало жизненной энергии, помогая выздоравливать.
Две недели она провалялась в медицинском отсеке, оправляясь от выстрела Адмирала, который должен был погубить ее. Как она выжила? Ответа на этот вопрос не было. Все, что она помнила – лишь яркая зеленая вспышка, взрыв в Силе, а затем… а затем лишь белые потолки.
Она выжила только благодаря вмешательству Вейдера. По его словам, это было невозможно, но он сумел окружить кабину готового взорваться истребителя плотным, непроницаемым коконом. Она выжила, но лишилась левой руки, которую сразу же заменили аккуратным, почти идентичным потерянной конечности протезом.
Все две недели отец практически сутками находился в медицинском отсеке, передавая ей малую толику сил, которых она была готова впитать. Слишком большая доза могла быть губительна. Маленькая – недостаточна. Но Вейдер сумел найти нужную дозировку энергетического лекарства.
В тот момент, когда она летела на истребителе, он изменился… Возможно, она вернулась именно из-за этого. Каждый раз, когда Лея пыталась вспомнить, что было между взрывом и палатой, она застревала, теряясь в самой себе.
Разгадка была так близка… Но вновь и вновь ускользала, маня ее за собой призрачным шлейфом. Но у нее не было времени гоняться за старыми призраками. Теперь на борту «Исполнителя» кипела совсем другая жизнь.
Едва она сумела встать на ноги, вновь начались тренировки. Но не такие, как раньше – после катастрофы это были полноценные уроки, с помощью которых Лея смогла лучше понять Силу, лучше понять пространство.
Почему отец так тщательно взялся за ее подготовку? На этот вопрос знала ответ лишь Сила. Она не лезла под его эмоциональные щиты, а он не лез под ее. Пакт о доверии и ненападении… Странный мир установился между ними. Но что-то все же беспокоило Лорда, Лея чувствовала это.
Он боялся того, что возможно, было неизбежным. Но разве можно было бояться неизбежности? Она поняла это, когда Адмирал выпустил по ней выстрел, который должен быть поставить на ней крест.
Когда чего-то боишься, оно неизменно приходит. Либо ты уничтожаешь страх, либо ты начинаешь видеть его отражение везде… А если то самое неизбежное и придет, то смысл дрожать перед ним? Если ты не в силах ничего поменять, то нужно просто найти другой выход.
Как оказалось, даже в ее ситуации, которую она всей силой ненавидела, был свой выход. Она боялась стать монстром, похожим на Вейдера. Но получилось наоборот… Это он с каждым днем становился все более человечным.
Помнится, Соло на Беспине сравнивал их с пламенем и льдом. Неужели ее огонь сумел разжечься вновь, заставляя лед таять?
Да, на людях от него по-прежнему веяло холодом. Но такова доля всех начальников. Ее отец был главнокомандующим, и он просто не мог он окончательно расстаться с тем, что его возвысило. То был его авторитет… А с авторитетом никогда не прощаются. Однако, Лея могла чувствовать его ощущения в Силе.
Те дни, в течении которых он подпитывал ее своей Силой, сблизили их. Теперь в ней текла частичка его Силы. Теперь она могла чувствовать искры чувств, которые были недостаточно хорошо скрыты. Одним словом, их мысленные щиты по отношению друг к другу ослабли. В них больше не было нужды.
Лея слишком хорошо понимала, что рано или поздно Палпатин обратит свой взор на главный флагман. Рано или поздно он поймет, что там творится…
Да поможет им Великая Сила в тот момент.
Палпатин был слишком зациклен на удержании власти. Он будет категорически против того хрупкого взаимопонимания, привязанности, установившейся между ней и отцом. Император просто уничтожит кого-нибудь одного, оставляя наиболее перспективный экземпляр. Этим экземпляром была Лея. Стоило ли говорить, что она стала тренироваться в разы усерднее, учитывая такой вариант развития событий?
Лея не могла позволить уничтожить Палпатину этот маленький мир. Не могла позволить ему разбить эти маленькие стенки их аквариума. Если он всерьез решит уничтожить одного из них… Что-ж, тогда будет бой, в котором она, скорее всего, погибнет. Силы были неравны.
Оставалось лишь брать от жизни все, ожидая страшного момента, который рано или поздно наступит.

***


Тревожные данные поступали в Императорский дворец. Один из его планов рушился впервые за все время, что он был жив. Еще недавно девчонка ненавидела своего отца. Казалось, она сама была готова убить его, дай ей в руки сейбер… Но сейчас все было по-другому.
Его шпион с «Исполнителя» докладывал, что все изменилось. Вейдер перестал быть тем, кем Палпатин его создал. Он перестал быть бездушной тьмой, он перестал быть злом… Девчонка разрушила идеальный план одним махом, задев неизлечимую рану его ученика, который в глубине души еще скорбел по своей погибшей жене.
Девчонка едва не погибла, но сумела вернуться, побывав на той стороне. Вселенная разрешила ей вернуться, дала второй шанс. И он использует ее шанс в своих целях.
Энакин Скайуокер возвращался, с каждым днем прогоняя Вейдера в дальний уголок сознания. С каждым днем он все больше привязывался к дочери, вновь и вновь давая ей уроки Силы. Он не тянул ее к Тьме, более того, он сам уходил от нее.
Этого было нельзя допустить. Теперь стало однозначно ясно, что Вейдера нужно заменить. Если они объединятся, его Тьма не устоит.
Как хорошо, что у него есть козырь… Козырь, с помощью которого Лея сама убьет своего отца.
Холодные огоньки звезд проплывали мимо. Эндор был близко. Пора устроить последний бой, с помощью которого он станет настоящим властелином, настоящим императором Галактики, в руках которого будет сосредоточена абсолютная власть.
Пора было заканчивать с джедайской швалью. Пора было заканчивать с жалкими остатками Альянса. Пора было заканчивать с Вейдером.
Он умрет. Совсем скоро… А Лея перейдет на Темную сторону, становясь новым орудием Палпатина.
Пора. Время настало. Совсем скоро баланс Силы изменится, окончательно склоняя ее на Темную сторону Силы, сторону ситхов.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348451 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 1 Ноябрь 2015, 13:29





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Музыка:

Within Temptation - Stairway to the Skies
Within Temptation - Final Destination (о да, перевод шикарен)


- Отличная работа, Соло, - надменным тоном похвалила Мотма, заставляя его почувствовать себя мерзким, ничтожным слизняком.
Он был предателем. Он предал свою любовь. Лея была одна. Ее сообщение не было ловушкой… Неужели ему было нужно увидеть ее, чтобы понять это? На ней не было холодной маски, когда она спрыгивала с истребителя. Ей было не для кого играть. Ее чувства были настоящими. Она не врала тогда, на Беспине.
Всю дорогу до «Дома-1» Хан находился в странном, растрепанном состоянии чувств. Каждую проклятую секунду его мучил лишь один вопрос. Что будет с Леей?
Взгляд Мон говорил сам за себя, но Хан все же не мог удержаться от вопроса. Какая-то маленькая часть его души все еще надеялась, что с ней будет все в порядке. Глупая, безумная надежда… Всегда она погибает последней, до конца заставляя надеяться на добрый, хороший исход.
- Что с ней будет? – подчиняясь инстинктам, спросил Соло.
Хотел ли он терять свою последнюю надежду? Нет. Но разве мог он еще хоть секунду оставаться в неведении? Возможно, если она расскажет им что-нибудь о базах Империи, ее пощадят. Да и разве Лея сама не захочет сотрудничать с Альянсом? Она же утверждала, что всегда была и будет на их стороне.
Мон подняла на него пронзительный взгляд.
- А вы что думаете, Соло? Ее казнят, так же, как и она казнила Мадина, - холодно объявила Мотма, заставляя Хана вздрогнуть.
Последняя надежда разлетелась вдребезги, на маленькие, микроскопические сияющие осколки. Думать, надеяться на то, что Лею вытащат, спасут, было бесполезно. Даже если Вейдер пригонит сюда все силы ада, в чем Соло крайне сомневался, повстанцы, даже находясь на краю гибели, все равно успеют уничтожить Лею.
Молча, ничего не говоря, Хан зашел в свою комнату, стараясь не хлопнуть дверью перед носом главнокомандующей.
Нужно было что-то делать. Нужно было вытащить ее. Но как? Он был лишь рядовым коммандером, ни на что не способным. Тогда, на Беспине, Лея спасла его, рискуя всем. Она рисковала своей жизнью, своим благополучием, своим душевным равновесием…
Он должен был вернуть ей этот долг.
Может быть он, Хан Соло, бесполезен. Может быть, он не сможет открыть ей путь наружу. Но вот Лея… Она обладает Силой. Она – дочь самого страшного кошмара Альянса. Говорят, Вейдер может убить человека, находясь от него за тысячу световых лет. Его Сила была колоссальна. Его Сила должна была быть у нее. Если не вся, то хотя бы ее часть. Возможно, она могла бы выбраться сама, если бы у нее был световой меч или бластер.
Догадка озарила его мозг будто яркий проблеск молнии.
Одним резким, решительным движением Соло поднялся на ноги, направляясь к двери. Мысли складывались в одну большую картинку с каждой секундой, будто паззл, объясняя, как необходимо действовать.
Молча нацепив на грудь значок коммандера, Хан открыл дверь, стараясь двигаться как можно незаметнее. Однако, он Силой не обладал. Он не мог оттолкнуть, окружить себя такой же холодной броней как Лея.
Каждый, кто проходил мимо, считал своим долго бросить на него взгляд, или вообще, подойти и поздравить его с такой победой лично. Как же, он, Соло, захватил саму Лею Вейдер! Удивительная, почти невозможная заслуга! Только вот на душе у Хана от каждого такого восторженного взгляда становилось все темнее. Он предал, продал своего друга. Да что там друга, любовь. Он любил ее, даже тот ледяной призрак, поселившийся в ней с недавнего времени.
Человек – существо слишком собственническое. Когда у нас есть хоть одна вещь, мы не ценим ее, желая ту, что получше. Мы ищем в том, что нам принадлежит бесконечные изъяны, недостатки, поводы для того, чтобы можно было считать, что наша вещь плохая, повода, чтобы начать искать новую. А купив новую, мы наслаждаемся ею, пока не увидим у кого-то получше. Только когда мы можем потерять то, что имеем, мы начинаем это ценить. Мы готовы отдать все, чтобы вернуть то, чем так недавно обладали… Даже плохая, неказистая вещь кажется лучше, чем ничего.
Лишь сейчас, проклиная чертову человеческую психологию, Хан начал осознавать это, открывать для себя такую простую, но доказанную веками мудрость.
Натягивая на себя ласковую, приветливую маску, он двигался по коридору, потихоньку начиная ненавидеть всех, кого встречал на своем пути. Они любили его лишь сейчас. Когда он сумел достать для них такой ценный трофей. Он был для них героем. Только вот на душе у героя скребли кошки. Он знал, что не приложил ни единого усилия, чтобы поймать Лею.
Она сама пришла в ловушку, она верила ему. А он лишь хладнокровно предал ее… Когда Вейдер взял его в плен на Беспине, она пришла к нему, рискуя всем. Она спасла его…
Он должен был ответить ей тем же. Вряд ли в мире существовала хоть какая-то сила, способная искупить его предательство. Но по крайней мере, он вернет ей долг…
План постепенно обрастал все новыми подробностями. Для начала нужно было как-то взять под контроль операторскую около тюремного отсека. Но как сделать это? В крохотной, маленькой комнатке всегда находились как минимум пара человек. Старый добрый трюк под названием «вас вызывает начальство» здесь не работал. Адмирал строго-настрого запретил наблюдателям покидать пост, оставляя его без присмотра.
Да, один человек выйти мог, но в маленькой комнатке всегда оставался второй. Идти напролом Хан не мог. Он не был крутым бойцом, способным вырубить противника за одну десятую долю секунды. А чтобы в тюремный отсек сбежались все силы ада, требовался лишь один маленький сигнал…
Нет. Нужен был другой способ. Более хитрый. Минуя коридор с охраной, ведущий к тюремному отсеку, Соло выискивал маленький, темный уголок, куда выходила система пожарной безопасности тюремного отсека. Всей душой он надеялся, что здесь ее еще не переделали на более новую. Так и оказалось.
В темном уголке белела коробочка, которую искал Соло. Тихими, решительными шагами он подошел ближе, одним грубым движением вырывая предохранительную крышку с корнями. Аккуратно, стараясь не шуметь, он отставил железку в сторону. Теперь была самая сложная часть задачки.
Перед глазами вырос распределяющий треугольник, в которой сходились все проводки датчиков, отвечающих за запоры камер. Механика их работы была проста: если начинается пожар, то отключаются все электрические запоры в камерах. Никому не хотелось, чтобы пленники сгорели заживо. Именно на эту функцию делал ставку Соло.
Для начала нужно было отключить датчики запоров. Но как сделать это? Хан никогда не был специалистом по электрике. Да, починить «Сокол» или другие корабли он мог. Это давалось ему слишком просто, в отличии от столь сложных схем. Уча механику, он даже не заглядывал в этот раздел, наивно полагая, что такие сложности ему никогда не пригодятся.
Оставался лишь один шанс.
«Что-ж, Лея, спасибо за идею», - молча усмехнулся он, доставая бластер из кобуры.
Именно таким способом его освободила Лея. Она напрочь сожгла все кодовые датчики, оставляя двери без запора. Может быть, этот фокус пройдет и сейчас. В любом случае, другого выхода у него не было…
Стиснув зубы, Хан нажал на курок, выпуская на свободу смертоносный луч.

***


- Убей… - гулкий, змеиный голос проникал во все уголки сознания, заволакивая их Тьмой.
Вновь та же картина. Всполохи света от битвы, бушующей за транспаристилом. Человек, будто сотканный из Тьмы, полностью невидимый за спинкой трона. Тот же черный ком ярости, всколыхнувшийся в груди…
Алое лезвие осветило зал, подсвечивая черную, высокую тень в углу.
- Я сделаю выбор за тебя.
Энергия сгустилась, через секунду заполняя пространство ослепительно яркой молнией. Дьявольский, жуткий смех наполнил комнату, заставляя Лею чувствовать липкий, будто вторая кожа ужас. Она знала, что спит, но никак не могла прекратить эту пытку, которая приходила к ней каждую ночь.
Ощущения были слишком реальны. Казалось, все это происходит на самом деле, но каждый раз, когда молнии вспарывали пространство, она просыпалась, дрожа, будто на нее вылили ведро ледяной воды. На этот раз к кошмару прибавилось новое обстоятельство. Дикий вой пожарной сирены…
Резко распахивая глаза, Лея села, пытаясь вырваться из жутких, когтистых лап кошмара. Он преследовал ее каждую ночь, приходя к ней неизменном виде. Ни одна его деталь не менялась. Жуткий хохот преследовал ее днем, чтобы затем появиться ночью.
Наверное, именно так Вейдеру снилась гибель ее матери.
Лея содрогнулась, представляя, как жутко было видеть каждую ночь, что твой любимый человек умирает. Возможно, она тоже согласилась бы на предложение Палпатина на его месте. Впрочем, кто бы говорил… Она уже дважды пыталась спасти Альянс ценой своей жизни. Первый раз – отдавая ее в лапы Вейдера, второй – в руки Хана.
Пытаясь прогнать неприятные мысли, Лея тряхнула головой, стараясь освободить голову от назойливого воя сирены. Если хохот рассеялся в первые секунды, то этот вой… Прошло несколько секунд, прежде чем она поняла, что сирена не была плодом ее воображения. Возможно, на «Дом-1» уже напала подрывная группа. Возможно, она опоздала.
Сколько она пробыла без сознания, находясь под действием наркотика? Последним, что она помнила, была колющая боль от дротика со снотворным. Лицо Хана, склонившееся перед ней…И вот теперь она находилась на борту главного флагмана Альянса. Это даже не нужно было уточнять – Сила будто кричала об этом, каждую секунду поставляя новую информацию в мозг.
Теплое ощущение Хана отозвалось резкой болью в груди. Он предал ее. Он не верил ей… Очередная крохотная искра тех малых остатков живого, что находилось у нее внутри, исчезла, заставляя сгорать душу изнутри. Сколько ей еще потребуется боли, чтобы окончательно превратиться в бесчувственного монстра?
Руки закрыли лицо, пытаясь скрыть боль, отразившуюся на лице от вездесущих камер. Пожарная сирена выла, заставляя ее вздрагивать. В голове пульсировало от назойливых рулад, выводимых системой. Всю свою жизнь Лея ненавидела эти дикие, неживые звуки.
Внезапно, будто желая окончательно добить ее, щелкнул электронный замок. Лея открыла глаза, медленно переводя взгляд на дверь. Что ее ждало по ту сторону толстого слоя железа? Была ли сирена саундтреком к ее смерти? Или лишь средством запугивания?
Лишь одно Лея знала точно. Никто не станет с ней возиться. Ее убьют, как предателя. Успеть бы лишь рассказать им, что грозит «Дому-1»…
Дверь отъехала в сторону, открывая взгляду Хана, сжимающего в руке бластер.
- Серьезно? - Лея криво усмехнулась.
Очевидно, к ним руки попала запись с казни Мадина, которую она провела, и Мотма решила отплатить ей той же монетой. Но неужели Хан был способен на это? Хладнокровно застрелить ее? Соло любил ее, Лея прекрасно знала это. Даже сейчас, стоя на пороге смерти, она чувствовала в Силе эмоции Хана. Он был полон какой-то светлой, глупой надежды.
Соло пожал плечами.
- А что тут такого? Ты спасла меня, я спасу тебя, кем бы ты там ни была, - хриплым голосом ответил он, опуская взгляд. – У нас мало времени. Очень мало.
Лея подняла на него удивленный взгляд. Что-то такое нежное, доброе, разворачивалось в груди, будто бы расправляло плечи. Жуткое ощущение выжженной земли пропадало без следа. Он верил ей. Вопреки всему, он пришел спасти ее, рискуя своим положением, своей жизнью. Лея попыталась раскрыть рот, но Хан оборвал ее на полуслове.
- Твой меч и бластер, - предметы, найденные в диспетчерской, взлетели в воздух.
Одним стремительным движением Лея подхватила их, пристегивая себе на пояс.
- Какой план? – пускаясь бегом вслед за Соло, выпалила она.
Хан буквально горел в Силе. Мысли одолевали его, круша все вокруг. У него был план… Но он сомневался в его успехе.
Молча, ничего не отвечая, Соло схватил ее за руку, увлекая за собой в пустую диспетчерскую. Вскинув бумаги, ворохом лежащие на столе, он выхватил один листок, стремительно передавая его Лее.
- Здесь нарисовано, как пройти отсюда и до доков, - коротко объяснил он. – Я остаюсь здесь. Мне нужно как-то расчистить тебе путь, - усмехнувшись такой доброй, хитрой улыбкой, добавил он.
Внутри все сжалось. Вопреки всему, она не хотела расставаться с ним. Она чувствовала, как рядом с Ханом вся та боль, что так долго гнездилась внутри, сгорает, будто щепка, кинутая в костер. Если Соло останется здесь, рано или поздно Мотма раскопает, что он причастен к ее побегу. Но разве можно было предложить ему лететь с ней?
Вейдер порвет его на мелкие кровавые тряпочки, если узнает, что это один из повстанцев. Про то, что Хана будут использовать, чтобы манипулировать ей, говорить не приходилось. Это было слишком ясно… Ему просто нужно бежать.
- Прошу. Не оставайся здесь, - прошептала она, делая шаг ему навстречу. – Беги, Соло. Они узнают, что ты помог мне.
Хан лишь покачал головой.
- Только после тебя.
Не обращая на комок, сжимающийся в груди, Лея подошла еще ближе, изо всех сил прижимая его к себе. Ничего не говоря, он ответил на ее объятия. Вся боль, все чувства, которые они испытывали, отразились в этом простом жесте. Казалось, что весь мир замер вокруг… Но время было беспощадно.
Молча, стараясь не нарушать тишину, Лея подняла глаза, вглядываясь в лицо Хана. Страх, решимость… любовь. Даже не надо было проверять Силу, чтобы понять это. Не нужно было ничего говорить в этот момент. Не было ничего, что могло бы лучше описать эти чувства, возникшие внутри нее. Слова были лишними.
Подавляя комок, непонятно откуда взявшийся в груди, Хан аккуратно отстранил ее.
- Беги, прошу тебя.
В голову невольно пришла глупая мысль. Криво усмехаясь, он достал бластер, направляя его на Лею. Помнится, на Беспине именно так она заставила уходить к кораблю. Копируя ее выражение лица, он серьезно произнес, едва сдерживая горький, истерический смех.
- Беги, Лея.
Та в ответ покорно повернулась к двери, понимая, что теперь настало ее время уходить. Глотая слезы, она выпустила из руки листок с напечатанной на нем схемой.
- Ты недооцениваешь меня, Соло. Я прекрасно знаю, как добраться до доков.
Тот в ответ лишь кивнул, опуская бластер. Почему жизнь была так жестока? Почему каждый раз, когда им приходилось встретиться, один из них должен был спасать другого, рискуя собой, своей жизнью?
Кинув последний, короткий взгляд, Лея повернула ручку двери, исчезая под бликами аварийного освещения. Все, что он мог сделать для нее – лишь расчистить путь, по которому она должна была двигаться к докам. Благо, диспетчерская была соединена с общей системой «Дома-1»… После этого ему точно придется уйти из Альянса. Вновь одинокий волк, рыскающий по галактике. Вновь контрабандист…

***


Стараясь ни на что не отвлекаться, Лея молча бежала по пустым коридорам, звякая оружием. Хан слишком сильно рисковал ради нее. Это было безумие… Но она не могла отказаться. Он ясно дал понять, что, если она не сбежит, он силой заставит ее сделать это. Соло не мог допустить ее смерти так же, как она не могла допустить его.
На бегу она стерла кулаком непрошенную капельку, обосновавшуюся около края глаз. Хан был прав. Жизнь была слишком жестока… До сих пор она наблюдала за ним, несмотря на то, что все больше пространства пролегало между ними.
Соло строил планы, попутно отгоняя от себя печальные мысли. Он планировал вернуться к прошлому занятию – контрабанде. Единственный разумный выход из ситуации… Сжимая ладони в кулаки, Лея молилась Силе, чтобы ему тоже удалось выбраться отсюда живым. Может быть, он сумеет выйти сухим из воды. По крайней мере, она надеялась на это.
Будь ее воля, она бы ни за что не вмешала сюда Хана. Ни за что бы не подставила его под удар. Но… Соло сам сделал свой выбор. И вопреки всему, отговорить его не вышло бы.
Хан был слишком упрямым… Как и она сама.
До доков оставалось совсем чуть-чуть… Удастся ли ей проскользнуть незамеченной? Она надеялась на это. Внезапно, Лея почувствовала чье-то присутствие в пяти метрах впереди.
Люк. Прятаться было бесполезно. Она лишь ускорила темп, надеясь пролететь мимо… Но ее планам было не суждено сбыться.
- Стоять! Я знаю, что ты здесь, - разрезал тишину голос Органы.
Затея провалилась. Из темноты впереди выходил вооруженный принц Органа, держащий ее на мушке. При желании и определенном везении она могла бы заставить его бластер дать осечку, но… Что делать дальше? При всем желании, убить или внушить Люку она не сможет.
Собираясь по кусочкам, она направила Силу вперед, сканируя противника.
Злость. Безысходность. Жалость… Ненависть. Все, смешанное в одном флаконе. Но было еще кое-что. Едва уловимое, тихое ощущение. Такое родное, такое странное.
Будучи не в силах сдержать инстинкты, Лея шагнула вперед, еще более тщательно прислушиваясь к ощущениям. Он был слишком похож на нее. Даже чувствителен к Силе, правда, в малой степени.
«В ту ночь Падме Амидала Наберрие родила двоих детей. Мальчика и девочку».
Возможно ли, что Люк был тем самым мальчиком? Но почему… почему он попал к Органе? Ответ пришел сам собой, заставляя сердце сжаться. Бейл Органа был известным союзником джедаев. Нет ничего удивительного в том, что Оби-Ван доверил ему сына Вейдера.
«Великая Сила… Сколько же всего держит меня здесь», - пронеслось в голове.
В Альянсе был ее любимый человек. В Альянсе был ее брат, о существовании которого Лея никогда не догадывалась… Но почему? Почему..? Люк всегда был так близко. Даже Вейдер общался с ним. Хотя, общался, мягко сказано. Почему он не почувствовал родную Силу, наполняющую его сына?
Ответ был на поверхности. Вейдер не ждал, что у него есть дети. Узнав о Лее, он и то был удивлен. Ему было недостаточно одного ощущения в Силе – он сделал полноценную медицинскую экспертизу, чтобы удостовериться в невозможном.
А она не чувствовала брата по еще более простой причине. Ее Сила была слишком слабо развита. Раньше Лея даже не могла считать чужих эмоций, что уж говорить о родстве. Но сейчас она сумела развить свой потенциал. Сейчас она смогла разгадать еще одну тайну, уходящую корнями глубоко в прошлое. Ошарашенная, она стояла, разглядывая Люка. Он был нисколько не похож на нее, на Падме. Очевидно, мальчик пошел в отца.
Светлые кудри. Голубые глаза. Загорелая кожа… Неужели таким был Вейдер до того, как попал в костюм?
Лея потрясенно заморгала. Слишком много за один день. Слишком много событий…Она сделала один шаг назад, будто пытаясь отгородиться от реальности.
- Кто выпустил тебя?! – прокричал Люк, делая еще один шаг вперед, размахивая бластером.
Лея покачала головой.
- Тебе не нужно этого знать, - тихо прошептала она, опуская глаза.
Нет, она не сможет, не сумеет выбраться отсюда. Она не сможет пройти мимо Люка. Затея Хана была, как она и говорила, слишком бесполезной и рискованной.
- Я мог бы убить тебя прямо здесь, - выплевывая слова, проговорил Органа. – Но я сделаю хуже. Я отпущу тебя, чтобы ты жила с этим… Жила с кровью на своих руках.
Он опустил бластер, давая ей проход. Да, Люк был прав. Стать монстром, руки которого утопают в крови, было ее самым большим кошмаром. Но не этот страх остановил ее. Лея просто не могла уйти, оставляя своего брата стоять здесь, когда взрывной отряд Империи подбирался все ближе.
Может быть, это было безумием… но если ты не попробуешь, не узнаешь. Твердыми, аккуратными движениями она подошла ближе.
- Люк, послушай меня, - она протянула руку, легонько касаясь его рукава.
Органа лишь дернулся, будто его тронула ядовитая змея.
- Очередная ложь? Лучше беги, радуйся, что я не могу убить тебя. Ты была моим другом, - с горечью, сквозящей из каждого слова, произнес он, поднимая на нее голубые глаза.
Лея нахмурилась. Поверит ли он?
- Люк, послушай. Сейчас сюда движется взрывная эскадрилья. Они знают положение «Дома-1»! – замечая его безразличный взгляд, она лишь повысила голос, пытаясь докричаться до него. – Люк! Они уничтожат здесь все! Я не знаю, но они как-то сумели проникнуть в систему! Или у вас шпион! Просто бегите, прошу! Я отправила сообщение Хану только ради того, чтобы сообщить это. Прошу поверь…
Молча, он отступил назад, стараясь не встречаться с ней взглядом.
- Я передам это Мон Мотме. Может быть, ты и не врешь… Но учти, что второй раз уйти тебе я не дам.
Он развернулся, исчезая в темноте, пересекаемой красными лучами тусклого аварийного освещения.

То, что она сумела вырваться на свободу, было чудом. Хан, непонятно как, сумел открыть ей заслон, выпуская маленький кораблик в бескрайний простор космоса. Хан… Лея жалела, что он помог ей. О чем он думал? Куда она пойдет теперь?
В Альянсе ее ненавидят. Вейдер, скорее всего тоже.
Тщательно скрывая свой интерес, Лея обратила свой внутренний взгляд к «Исполнителю».
Лорд был в страшном гневе. Весь флагман был окутан темным облаком. Это было единственное, что Лея могла сказать. Больше Вейдер не пропускал наружу никаких чувств, никаких координат местоположения. Очевидно, он не желал, чтобы она знала, где он, и что с ним.
Молча, стараясь ничем не выдать себя, Лея отвела Силу на второй план, переводя взгляд на внезапно пискнувший радар.
Шесть ярких, светящихся точек входили в зону поражения. Это был конец. Альянс обнаружил пропажу ценного пленника, и, разумеется, отправил за ней погоню. Молча, стараясь не допускать паники, Лея покрепче ухватилась за штурвал.
- Наконец-то. Погоняю напоследок, - прошептала она.
Что руководило ею? Тон голоса не был равнодушным. Не был веселым. Не был грустным… Она была готова к концу, но рассчитывала напоследок оставить за собой шлейф из горящих углей. Даже обладая Силой, она при всем желании она не сможет уйти от шести истребителей. Лед, которым она отгораживалась от окружающего мира, исчез. Душа забилась внутри, наконец чувствуя освобождение, и… Странное, глупое, безумное чувство.
Нет, был не страх. Не сумасшествие. Это было ее последнее желание. Желание сгореть, погибнуть на своем пике, оставляя за собой яркий костер. Бояться было нечего… Если ты боишься неизбежного, ты уязвим. А то, что село ей на хвост, было неизбежным. Оставалось лишь пуститься в последнюю гонку.
Аккуратным движением она перевела истребитель на самую высокую скорость, закручивая его мертвой петлей. Холодные огоньки за транспаристилом смазались, превращаясь в смешанный водоворот. Бешеная скорость вливала в кровь адреналин, заставляя ее восторженно хватать воздух. Адреналин напрочь лишил ее даже подобия страха. Любых чувств...
Лея чувствовала, что готова. Она завершила все свои дела здесь. Она узнала о своем брате. Спасла Альянс. Теперь можно и уходить.
Чернота сзади осветилась яркими вспышками. Одним движением Лея послала истребитель в крутое пике, играючи уклоняясь от смертоносных лучей. Ей было безразлично до них. Рано или поздно они настигнут ее… Но не сейчас. Еще несколько минут она поразвлекает их, себя.
Было лишь до боли жаль Хана и Ларсов.
«Я так и не попрощалась с ними».
Внезапно Сила взорвалась на две части. Вейдер был здесь… Окатывая ледяным холодом, абсолютным минусом, какого она раньше никогда не чувствовала, он сигнализировал о своем прибытии. Горизонт осветился яркими огнями. Казалось, весь флот Империи появился недалеко от ее истребителя.
Но Лею интересовал не флот. Она прощалась, обращая внутренний взгляд к отцу. Нет, не к Вейдеру. К отцу. Силой она чувствовала его каждую эмоцию, каждое его отражение. Он был так рядом…
Новый залп зеленых лучей вырвался в воздух, задевая стремительно задымившееся крыло истребителя. Способность к маневренности была потеряна. Не чувствуя страха, одним движением Лея развернула свой кораблик прямо лицом к нападающим. Хотелось посмотреть в лицо тем, кто сейчас убьет ее.
Они понимали - даже если бы она очень захотела, добраться до «Исполнителя» было невозможно. Крыло взорвется через несколько секунд…
На радаре показались три цели, летящие ей навстречу от имперского флагмана. Вейдер приближался, подводя мобильный шаттл все ближе. Но он просто физически не мог успеть.
Лея ощупала Силой истребители Восстания. Как символично. Ее собрался убить тот самый Адмирал, который говорил о том, что скорость ее погубит… Она не судила его. Он лишь уничтожал своего врага.
Адмирал, крепко сжав штурвал, нажал на курок, выпуская в пространство еще один зеленый луч, который на этот точно достигнет цели.
Сила в один момент взорвалась пополам. Вопреки всем ожиданиям, лед ушел, уступая место чему-то другому. Вейдер пытался защитить ее… укутать своей Силой, защищая от смерти. Его лед исчез, открывая взгляду странную, невозможную картину.
Он боялся потерять ее. Он хотел спасти Лею, несмотря на то, что она предала его. Не потому, что в ней была Сила. Он сам слишком долго скрывал это от себя. Но сейчас, когда он полностью выпустил свою Силу наружу, все его эмоции оказались будто на ладони, взрывая молекулами окружающий мир.
Он хотел спасти ее, не как ученика, а как Лею, как свою дочь. Возможно, в нем все же осталось добро… Возможно, тогда, на «Исполнителе», она слишком рано сделала свои выводы насчет него. Вселенная! Был бы еще один шанс…
Но Лея знала, что скорее всего, даже та Сила, которой обладал Вейдер, не могла помочь против смерти. Палпатин лгал. Темная сторона не давала власти над жизнью и смертью.
Но давала ли власть над смертью любовь? Привязанность? Мог ли он спасти ее не Тьмой, а другими, внезапно открывшимися чувствами? На этот вопрос не было ответа. Не Вейдер решит ее судьбу сейчас. Лишь Вселенная, лишь Бытие огласит, стоит ли ей предоставлять второй шанс или нет.
Смертоносный луч едва скользнул по крылу, окончательно разрушая его. Хоть у Адмирала и был сбит прицел, его выстрел увенчался успехом.
Последним, что Лея чувствовала, был еще один дикий, ужасный по своему масштабу выброс в Силе. Затем лишь огонь… Дикий огонь, затмевающий собой все, даже дикую боль, распространяющуюся по всему телу.
«Прости, Хан».
«Прости, Люк».
«Прости, тетя Беру, прости, дядя Оуэн».
«Прости, отец. Я не могла поступить иначе».
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348450 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 1 Ноябрь 2015, 13:29





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Skillet - Rise
Oceans Divide - Beg for Mercy
________________

Палпатин совсем скоро окончательно уничтожит оставшиеся осколки Альянса. Он разобьет всех, кто окажется в зоне поражения. А в там, около «Дома-1», окажутся практически все. Даже если крошечная, маленькая горстка и спасется, Восстание будет обезглавлено.
При атаке на «Дом-1» погибнет все, что Мон Мотма собирала столько лет огромным трудом. Взорвутся огненными искрами истребители, разлетаясь на крошечные осколки по всей галактике. Погибнут последние остатки военных, поддерживающих идею. Руководители, всегда находящиеся близко к мостику, будут уничтожены при взрыве самыми первыми.
Безусловно, Палпатин прекрасно продумал эту атаку.
Зачем бросать в бесконечные битвы войска, если можно взорвать сам флагман, положив конец кровопролитной войне? Отряд подрывных истребителей всегда был к услугам своего Императора.
Но как он сумел отыскать местоположение вечно дрейфующего флагмана Альянса? Как? Ответ был ясен и прост.
Точно так же, как обнаружил базу на Хоте. Возможно, шпионы. Возможно, жучки в системе «Дома-1». Может быть, простой и логичный взлом, раз Сидиус был так уверен в том, что «Дом-1» не снимется со стоянки в ближайшие сутки.
Но у нее было куда меньше времени.
Несколько часов, чтобы в очередной раз спасти всех, кто был ей дорог. Вполне достаточно. Хороший срок… Но она не могла просто так заявиться на истребителе, взятом с борта «Исполнителя», прямо к «Дому-1». Ее сразу же подстрелят, как имперского солдата. В лучшем случае, возьмут в плен. Но, с другой стороны, Адмирал сразу поймет, что их положение известно Империи, и они отгонят флагман в другой конец галактики, спасая его от верной гибели.
На крайний случай, годился и этот вариант. Но лишь в качестве самой последней меры… Раньше Лея не боялась смерти. Ей было не за что держаться, но сейчас она знала, что прежде чем уйти, нужно окончательно распутать скользкую цепочку, ведущую к правде.
Кто был ее братом? Сможет ли она когда-нибудь найти этого человека?
Впрочем, пока это была второстепенная проблема. Брат никуда не исчезнет, в отличии от грозной опасности, нависшей над Альянсом. Несмотря на все, Восстание все еще оставалось ее привязанностью, ее слабостью. Лея не могла Империи дать просто так уничтожить его.
Да, всего неделю назад она давала себе очередные клятвы, что прошлое ушло. Что оно улетело, оставляя за собой лишь след тонкой дымки. Но где-то в глубине души она всегда знала, что это было ложью.
Она знала, что если представится случай…
Поднимаясь на шаттл, Лея наконец смогла выдохнуть. Те мысли, которые были критически опасны во дворце, полностью находящемся под присмотром колоссальной Силы, принадлежащей Палпатину, здесь, рядом с Вейдером, были надежно защищены.
После Беспина она смогла значительно усовершенствовать свои щиты, окончательно преграждая ему путь в свой разум. Сейчас, когда она готовила, прокручивала в уме безумный план, щиты были особенно важной его частью.
Стоило лишь одной маленькой искре прорваться из-под заслонов, на всей затее можно было ставить огромный, жирный крест. Да, по сравнению с Палпатином Вейдер был значительно безопаснее, но вряд ли он одобрит ее стремление помочь друзьям.
Пол под ногами слегка задрожал, когда шаттл поднялся вверх, взлетая в темную высь птицей. Город, стремительно падающий вниз, все больше таял в дымке, превращаясь в подобие детской игрушки. Совсем скоро даже колоссальный дворец стал чуть больше, чем капля воды…
С этого ракурса все было эфемерно, призрачно. Казалось, мир так прост…
В детстве она мечтала увидеть пустыни с высоты. Это было пределом мечтаний маленькой татуинской девочки. Она полагала, что с орбиты все станет каким-то другим, волшебным, ясным.
Наивная… Настоящая жизнь была куда сложнее, чем картинка, которую можно было увидеть. Здесь были интриги. Здесь было зло. Здесь была смерть, о которой та далекая девочка даже знать не знала. Она была убеждена, что умирают только старики, которые просто не могут дальше жить. Нет, не потому, что организм стареет, нет. Та девочка была уверена, что люди умирают только потому, что им становится скучно жить.
- Тетя Беру, ты же не умрешь? – однажды спросила она.
Та в ответ лишь покачала головой, уходя от ответа.
И вправду, какой ответ можно было дать той девочке, которой она когда-то была? Но сейчас девочка выросла. Она поняла, что смерть – неотъемлемая часть жизни.
Рано или поздно все умрут, рано или поздно все обратится в пыль, в песок, который унесет ветер. Даже тот дворец, который она ненавидела всем сердцем, рано или поздно исчезнет. Но одна вещь никогда не пропадет, не растает в дымке времени.
Зло. Оно будет всегда. Всегда будут люди, которых это привлечет, которых заманят, будто на вкусную приманку.
Но всегда будет и добро. Эта битва будет длиться вечно, губя и разрушая все вокруг… Лишь это останется неизменным, сколько бы лет не прошло.
Вокруг возникли холодные, будто ледяные огоньки звезд. Где-то там, среди этих бликов, сейчас был Хан. Что он чувствовал? О чем он думал?
«Хан».
Именно он сможет помочь ей. Именно он станет ключевой фигурой.
Аккуратным, незаметным движением Лея достала комлинк, воскрешая в уме почти забытые цифры, составляющие номер Соло.
Скользящие движения по дисплею…
«Хан, помоги. Нам срочно нужно встретиться… Альянсу угрожает страшная опасность».
Лея была уверена. Он верил ей. Соло поможет…

***


Хан чувствовал себя отвратно. Новые кадры с Корусанта вновь напомнили ему о ней. Вопреки всему, вопреки той страшной записи, где Лея хладнокровно убила Мадина, он скучал. Нет, ему был не нужен тот призрак, что сейчас занял ее тело.
Он скучал по той, старой, такой знакомой Лее, хотя и знал, что ее не существовало. Реально было лишь то, что скрывалось под ее оболочкой все эти месяцы.
Холодная убийца… Тень своего отца. Они шагали по посадочной площадке Корусанта будто под звук одной единой музыки. Что значил тот визит к Палпатину? Хотел ли Вейдер представить ему свою ненаглядную Лею, которая с таким успехом сумела подвести под расстрел базу на Хоте?
Однако, несмотря на то, что он хотел ее ненавидеть, жгучего чувства внутри не было. Лишь боль, отдающая в груди тонким, будто натянутым звуком готовой лопнуть струны.
Первая за столько лет любовь. Нет, Хан не боялся этого слова. Он полюбил призрак, с которым никогда не сможет быть. Он любил ту, старую Лею, и ненавидел ее новую, холодную версию.
Безумно хотелось врезать себе со всей силы по голове, чтобы навязчивое чувство прошло, оставило его… Но это было невозможно.
Люк говорил, что все пройдет со временем. Однако, время текло, оставляя позади день за днем, но ничего ровным счетом не менялось. Лишь струна натягивалась все туже и туже.
Сегодня у Соло был выходной.
Молча, закрывшись в своей комнате, на борту «Дома-1», он стоял и смотрел в иллюминатор. Где-то там, в этой бесконечной череде звезд находилась причина его душевной боли. Раньше он считал Лею огнем, способным разжечь огромный костер. Когда он впервые увидел Вейдера, тот создавал впечатление огромного куска льда.
Настоящая, новая Лея была чем-то средним. Огонь и лед в одном флаконе. Гремучая, ядовитая смесь.
Угораздило же…
Впрочем, таков был удел всех закоренелых сердцеедов. Рано или поздно они влюблялись в ту, которой не могли обладать. В ту, которая была на несколько уровней выше их, в ту, которая была прекрасна, недоступна, холода, как лед. Лэндо смеялся над ним, когда Соло заявлял, что его обойдет эта участь…
Но Калриссиан был прав.
Глубоко вздыхая, Хан отвернулся, пытаясь прогнать от себя картины былого. Лэндо тоже оказался призраком, кого он не знал. Очередной его друг оказался тем, о ком он даже не знал и не догадывался…
Комлинк на поясе завибрировал, заставляя Хана вздрогнуть. Он был не готов к очередному заданию. Не сегодня. Не сейчас… Он еще не отошел от тех кадров, только что пришедших с Корусанта. Каждый раз очередные новости приводили его в странное, смещенное состояние духа. Он запирался у себя как минимум на полдня, стараясь вернуться к прежнему образу жизни.
Когда-то это удавалось. Когда-то – нет. Впрочем, все уже свыклись с его странностями. Никому и в голову не приходило, что это у него не прогрессирующее похмелье, а нечто другое…
- Наверное, стоит уже бросить эту затею, - хмуро пробормотал Хан, имея в виду свою работу в Альянсе.
Вводя пароль на комлинке, он ожидал всего, чего угодно, но никак не сообщения от Леи.
«Хан, прошу, помоги. Нам нужно срочно встретиться. Альянсу угрожает страшная опасность» …
Соло закатил глаза. Несмотря на то, что подписи не было, он точно знал, кто был автором. Только Лея своим сообщением могла заставить его почувствовать такое. Но зачем ей спасать Альянс?
Возможно, она хочет устроить ему ловушку? Почему она не послала ему сообщение напрямую? Зачем было просить встречи?
Сердце тревожно заныло. Требовало ли оно довериться ее словам, или просило сообщить о известиях руководству?
На мгновение ему показалось, что он готов отдать все, лишь бы еще раз встретиться с ней. Но была ли идея разумной? Соло был коммандером Альянса. Лея – коммандером Империи. Возможно, зная о его чувствах, она лишь хотела устроить ему ловушку. Как бы больно ни было, нужно иметь в голове такой вариант.
Не отдавая себе отчета в том, что делает, Хан стал тревожно мерять комнату шагами. Как следовало поступить? Хотя нет, вопрос звучал несколько иначе.
Сердце или разум?
Соло замер. Один раз он уже доверился сердцу… Запыленные воспоминания возникли перед глазами. Тогда все кончилось не очень хорошо. Тогда он клялся, что больше никогда не полюбит… В груди заныло. Нет, Лея была не такой. Или была? Стоило ли довериться ей?
До боли стискивая руки, он закрыл глаза, взвешивая в уме все факты.
Ее слова зачастую не совпадали с действиями. Она была импульсивна. Всегда поддерживала нападение, а не оборону.
Возможно, это и вправду была ловушка… Один раз он уже позволил сердцу решать. Взгляд невольно упал на тонкую линию шрама, расположенную на предплечье.
Нет, на этот раз требовалось дать волю разуму. Хан взял в руки комлинк, набирая сообщение Мон Мотме.
В этот раз разум победил. Но стоило ли давать ему волю? Было ли его решение правильным? Никто не мог дать этого ответа. Даже сама Вселенная…

***


Нервно теребя в руке маленький приборчик, Лея мерила шагами свои комнаты на борту «Исполнителя».
Через два часа флагман уйдет в гиперпространство, направляясь прямиком к «Дому-1». Если Соло будет медлить, ей придется приниматься за другой, резервный план. Своя жизнь в обмен на жизни Альянса.
Глупо. Но совесть не позволяла поступить иначе.
Перед глазами невольно возник образ Мадина, лежащего на кушетке в ожидании смерти. Он не боялся. Он был готов отдать свою жизнь в обмен на идеалы, на веру. И он сделал это. Империя не получила ни капли информации, которую он мог бы обнародовать. Предательством он сохранил бы себе жизнь – но Мадин не сделал этого. Он предпочел свою смерть смерти своих друзей.
Она должна была сделать так же.
Палпатин был прав. Рано или поздно она станет похожей на Палпатина, на Вейдера. Рано или поздно она станет ситхом, которому будет глубоко безразлична чужая жизнь. Ее современное существование не могла предоставить ей другого исхода. Лея не могла пойти на сделку с собственной совестью. Это было бы самоубийственно.
Секунды текли, сокращая последние резервы времени.
«Ну же, Хан. Пожалуйста.»
Будто в ответ на ее безмолвную просьбу комлинк пискнул. Лея стремительно подлетела к нему, всей душой надеясь, что это ответ от Соло, а не очередной приказ Вейдера.
«Через три часа в космпорте Татуина.»
Лея закрыла глаза, благодаря Великую Силу. Дело оставалось лишь за малым…
Резкими, уверенными шагами она прошла в сторону доков. После Корусанта все знали, кто она и почему здесь. Палпатин позаботился о создании имиджа будущей ученицы, которой она надеялась никогда не стать. Все вокруг, подчиняясь инстинктам, старались обходить ее стороной.
Лея была темной лошадкой. Все знали, на что способен Вейдер, но никто и не догадывался, что из себя являла его дочь.
Молча, не обращая на удивленные взгляды внимания, Лея вошла в доки. Она никогда не была здесь… Впрочем, все случается впервые.
Резким движением схватив первый попавшийся электрический ключ, она на посадочную площадку, стараясь избегать назойливых камер. На «Исполнителе» все было под наблюдением. Каждый твой шаг записывался, анализировался… Оставалось лишь надеяться, что сейчас Вейдер не наблюдает за этим доком. Оставалось лишь надеяться, что ее щиты работали. Если нет – у нее было слишком мало времени.
Стремительно шагая сквозь пустоту, Лея приблизилась к крошечному истребителю, залезая в кабину.
- Открыть заслон, - приказала она в микрофон, не спрашивая разрешения на взлет.
Если она хотела покинуть борт «Исполнителя», требовались жесткие, безапелляционные действия. Она была дочерью Дарта Вейдера. Никто не смеет останавливать ее.
Диспетчер покорно пробурчал что-то в ответ, открывая люк. Он прекрасно знал, что бывает с теми, кто противоречит Лорду… Пока было непонятно, что являет собой Лея Вейдер, но никто не хотел испытывать судьбу.
Заводя двигатель, Лея почувствовала себя в своей стихии. Не хватало лишь старого доброго Арту, который так и остался на Татуине. Как странно. Почему Соло назначил ей встречу именно там? На Татуине все началось. Возможно, все и закончится.
Когда Вейдер узнает, что она сделала, он не будет щадить ее. Лея усмехнулась холодной, жесткой улыбкой, вылетая из доков. Вряд ли он уже сможет догнать ее. В космосе не было равных коммандеру Скайуокер. Нет, не Лее Вейдер. Лее Скайуокер.
Она невольно вспомнила слова Адмирала.
«Скорость погубит тебя, Скайуокер. Но до тех пор ты будешь одной из лучших».
Да, она входила в лигу избранных, для которых космос был родным домом. Свободой.
Многие люди задумываются, как хотят умереть. Кто-то мечтает отойти в вечности в окружении внуков, кто-то погибнуть в бою. Лея хотела погибнуть в космосе. Он был ее вторым домом. Он вернул ей душу.
Уходя в гиперпространство, Лея знала, что сейчас она абсолютно свободна…

***


- Соло, вы уверены, что она будет здесь не в сопровождении всего флота Империи? – нервно переспросил адъютант Мотмы.
Он никак не мог найти себе места. Нет, не потому, что его волновала Империя. Вовсе не поэтому… Вейдер будет в ярости, когда узнает, что сделала его дочь. И если Императору пока на нее безразлично, если он ждет, пока Вейдер окончательно вытравит из нее все хорошее, то ее отец вряд ли испытывает тоже самое.
Мало того, что он балансировал на лезвии, шпионя на Империю в самом сердце Альянса, так еще и два начальника, каждый из которых хотел знать абсолютно точную, исчерпывающую информацию.
Вейдер будет в ярости... И как назло, он не мог сообщить ему о планах Леи, пока Соло стоял рядом. Комм, на который возлагал надежды адъютант, был бесполезен в присутствии проклятого пьянчуги. Найти предлог, чтобы отойти, тоже не представлялось возможным, поэтому адъютант лишь стоял и мысленно чертыхался, благодаря Силу, что хоть материться ему не запрещено.
Он был безумно рад, что может не скрывать своих истинных чувств сейчас. Всю его нервную дрожь просто спишут на страх перед таинственной Леей Вейдер, а не на страх перед ее отцом.
- Я ни в чем не уверен, - тихо ответил Соло, качая головой. – В конце концов, мы встречаем ее прямо в доке. Вряд ли Империя ждет нас здесь.
Глубоко внутри Хан чувствовал себя на редкость паршиво. Зря он сказал Мотме о сообщении Леи. Лишь через несколько минут, после бесповоротных событий он понял, что Мон не допустит пощады. Она убьет ее так же, как Лея казнила Мадина. Хладнокровно. Пощады не будет.
Хотелось со всей силы удариться головой о бетонные стены доков.
Чем он вообще думал? Кем бы не была Лея, она не достойна такой участи. Вопреки всему, он не мог позволить ей погибнуть вот так… Но уже ничего нельзя было исправить. Он сам сделал свой выбор.
Разум или сердце.
Победил разум. Сердцу было слишком поздно что-то менять.

***


Аккуратным, четко просчитанным движением Лея завела корабль на посадку. Она даже была рада, что Палпатин дал ей повод встретиться с Ханом. Она не отдавала себе отчета в том, что все это время скучала по нему. Вопреки обстоятельствам, какой-то крохотный осколок запретного чувства выжил, даже несмотря на то, что любое воспоминание об этом блокировалось. Она подавляла даже мысли об этом, потому что они были слишком опасны.
Но сейчас, за штурвалом истребителя она почувствовала себя свободной. Это была ее стихия, в которой она чувствовала себя своей. По телу ярким потоком растеклась эйфория, заставляя ее впервые за долгий срок почувствовать себя другой.
Такие знакомые, родные пески Татуина стремительно приближались. Безумно хотелось поддаться, сорваться в опасные кульбиты, выжимая из крохотного истребителя всю мощность, проверяя его по всем возможным параметрам…
Но ее сюда привело не веселье, не праздное любопытство. Воскрешая в памяти то, что послужило причиной, Лея нахмурилась.
Хоть бы Соло послушал ее. У них было слишком мало времени. Пока Вейдер не знал, что она сделала. Он лишь обнаружил ее пропажу, но не стал особо волноваться.
На «Исполнителе» было слишком много мест, где она могла находиться. Тренировочный зал, личные комнаты, командный мостик…
Но он и думать не мог, что Лея сорвалась на Татуин, угнав первый попавшийся под руку истребитель. Лорд надеялся, что сумел вытравить из нее последние осколки надежды хоть немного помочь Альянсу, когда приказал убить Мадина. Он свято верил в это, но на самом деле все было по-другому. О том, что будет, если Вейдер узнает, где она, Лея старалась не думать. У нее итак было слишком много проблем, чтобы забивать голову другими, пока несуществующими.
В кабине раздался нервный смех.
Хорошо, что она сумела уничтожить Звезду Смерти тогда. Неизвестно, на что пойдет Вейдер в приступе ярости…
Эта шутка была бы смешной, не будь она настолько грустной. Не хотелось думать о том, что ее ждало впереди… Пока первостепенной проблемой было спасение Альянса.
«Я подумаю об этом потом», - приказала себе Лея, сосредотачиваясь на управлении.
Космопорт стремительно вырос под крылом, прогоняя из головы все глупые мысли. Сейчас, внизу, там был Хан. Он ждал ее. Одна эта мысль породила в ней целую смесь, сотканную из разных чувств.
- Давай быстрее, - нервно пробурчала она, пытаясь заставить глупую железяку двигаться.
Казалось, что время замедлилось: так медленно заходил на посадку истребитель. Прошла вечность, прежде чем он наконец коснулся пола доков, поднимая в воздух ядовитую пыль. Не дожидаясь, пока подгонят трап, Лея, одним движением заглушив двигатели, выпрыгнула из кабины.
Жар окутал ее горячим облаком, заставляя резко вдохнуть. Легкое ощущение дежа-вю. Вновь та же самая пыль в доках, тот же самый пейзаж. Но на этот раз все было по-другому. Не приходилось питать никаких иллюзий на этот счет.
Оглядевшись, Лея поняла, что в доках висит какое-то смутное ощущение опасности. Мерзкое, липкое, противное до тошноты ощущение захватило ее, заставляя насторожиться, еще раз оглядывая док.
Вокруг не было ничего подозрительного. Лишь странная, всеобъемлющая пустота, не обещающая ничего хорошего. Доки были пусты. Никаких роботов, никаких существ, которые обычно помогали кораблям, зашедшим на посадку.
Ровным счетом ничего…
Инстинкты вопили, умоляя ее убраться отсюда. Тоже самое она чувствовала перед тем, как обнаружить камеру в стене. На этот раз Лея решила не медлить. Альянс ненавидел ее, она это знала, чувствовала всеми фибрами души. Но ненавидел ли ее Хан?
Докапываться до ответа не хотелось. Просто нужно было быстрее убираться отсюда, иначе могло случиться непоправимое.
Одним резким движением Лея развернулась, делая шаг к маленькому истребителю. В воздухе сверкнула короткая, столь неожиданная вспышка…
Капсула с наркотиком вонзилась в ее бедро, впрыскивая в тело ядовитую дозу снотворного. Лея повернулась на звук, пытаясь нащупать ватной рукой бластер или световой меч. Хоть что-нибудь. Но руки не слушались.
Тот, кто стрелял в нее, слишком хорошо знал характер Леи. Он знал, что она будет сражаться до последнего, отстаивая любое право на свою жизнь. Именно поэтому в капсуле была слишком большая доза…
Бластер упал на пол, поднимая в воздух маленькое, полупрозрачное облачко из пыли. Впереди возник размытый, будто смазанный контур.
«Хан?»
Темнота наступала, окончательно захватывая ее. Перед ней явно был Соло, Лея была уверена в этом. Но за что он так поступил с ней?
За что?
Бессилие окутало ее, полностью погребая под собой. Мир потускнел. Она будто опускалась на дно моря…
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348449 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 30 Октябрь 2015, 10:50





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Музыка:

30 seconds to mars – Edge of the earth
_______________

Вопреки ожиданиям, Лею пропустили в информационный отдел без каких-либо вопросов: имперская форма и значок коммандера открывали все двери. Или дело было в том, что ее считали одной из наиболее приближенных людей к Вейдеру, а, следовательно, боялись?
- Вам нужно еще что-нибудь? – услужливо склонился перед ней сопровождающий, которому поручили провести таинственную девушку в самое сердце информационного отдела.
Лея молча покачала головой, мельком кидая жадный взгляд на дисплей. Изобразив небрежный поклон, офицер вышел из помещения, оставляя ее в одиночестве.
Осторожно, будто боясь сломать, Лея прикоснулась к клавиатуре, вводя заветную комбинацию букв.
Разгадка была так близко… Что-то подсказывало, что здесь, в этой системе, она найдет больше чем информацию. Она найдет частичку прошлого, частичку себя.
Запустить поиск.
Ожидание было мучительным. Стараясь не нервничать, Лея кинула взгляд в иллюминатор, в очередной раз желая увидеть холодные, далекие огни. Вопреки ожиданиям, за окном была лишь черная, сосущая пустота. Интересно, куда «Исполнитель» держит курс на этот раз? Внутри невольно всплыли воспоминания о путешествии в систему Хот. Лея покачала головой, прогоняя назойливые, такие ненужные в этот момент мысли.
Да, Лорд был прав. Она не может, не умеет долго ждать… Пальцы сами собой невольно начали выбивать ритмичную дрожь по гладкой столешнице. Дисплей мигал, выдавая лишь дежурную фразу о том, что «поиск идет, все в порядке, ожидайте».
Может быть, в гиперпространстве он был недоступен? Сердце забилось быстрее, когда дисплей мигнул еще раз.
В предвкушении, Лея повернулась к экрану, на котором аккуратным, каллиграфическим шрифтом светилась слишком короткая надпись.
«Информация удалена».
Что за..? Вейдер утверждал, что в базе есть данные о ее матери. Он сказал, что она найдет здесь то, что ищет… Но все, что она хотела увидеть, было варварски стерто. Лея нахмурила брови, запуская поиск по другой ветви. Он сказал, что Падме была королевой Набу. Посмотрим, есть ли переход на ее личную страницу с информацией со страницы, в которой перечислялись королевы Набу…
Должен быть выход. Должен.
Через час Лея потеряла всякую надежду. В системе не было ни крупицы информации о Падме. Вейдер солгал в очередной раз.

***

- Мы летим на Корусант, - безапелляционным тоном объявил Лорд, когда Лея наконец явилась на мостик. – Император хочет видеть тебя.
Император… Тот самый узурпатор, руки которого утопают в крови. Тот самый человек, или подобие человека, забравший себе трон. Именно из-за него разгорелась эта жестокая война, которой не было конца уже много лет.
Мало кто видел его в лицо – Палпатин предпочитал скрываться, теряясь в темноте, своей настоящей стихии. Редкие кадры с его участием, просачивающиеся в голонет, ничуть не освещали его туманной личности.
Лишь одно Лея знала точно. Если Вейдер ученик, то Палпатин – учитель. Он будет в тысячу раз сильнее, коварнее, и темнее. К такой встрече она пока не была готова. Хотя, нельзя было утверждать это абсолютно точно.
В последнее время рядом с Вейдером она уже не ощущала привычного обжигающе ледяного холода. Может быть, потому, что она сама частично приняла его. Может быть, она просто привыкла к этому ощущению. Однако, сейчас, когда она узнала, что «Исполнитель» держит курс на Корусант, ее вновь окатило ледяным холодом так, будто и не было этих недель.
Казалось, будто Вейдер закрылся от окружающего мира, как и она когда-то… Но это было невозможно. Лея была уверена, что он жаждет встречи со своим Мастером.
Впрочем, никогда и ничего нельзя утверждать с абсолютной уверенностью.
Глубоко вдохнув, она молча пошла в свои комнаты, чувствуя, как лед проникает под кожу. Что предвещало ей приглашение Палпатина, самого темного человека Галактики?
Ходили слухи, что он один из сильнейших ситхов, когда-либо обитающих во вселенной. Он победил самого магистра Йоду в честном поединке…
Путешествие в столицу будет самым сложным испытанием в ее жизни. Минное поле, почище тех, что она зачастую успешно проходила в общении с Вейдером. Если ученик обладает такими качествами, таким тонким расчетом, если от одного его присутствия ее начинает колотить, то можно представить, каков учитель.
Отгоняя назойливые мысли, вселяющие страх, Лея молча рухнула на кровать, даже не раздеваясь. Комлинк говорил, что есть еще 12 часов до прибытия. Она слишком устала за эти дни… Бесконечные тренировки в зале выматывали. Еще больше уходило сил на то, чтобы не думать о том, что осталось позади. Хан, Люк, Мотма, Адмирал. Альянс…
Лея оборвала себя. Все это ушло, осталось позади. По крайней мере, ей хотелось так думать, чтобы в очередной раз избегать боли.
Может быть, если представится случай, она еще сможет помочь им. Но в данный момент времени это нереально… Проверка была провалена. Никаких допусков к информации об Альянсе не будет.
Ясно, как татуинский полдень.
Глаза закрылись сами собой, поддаваясь мелькавшим тусклым картинкам.

***

Черная, будто смоль, комната. Огромный, во всю стену, иллюминатор, хоть немного впускающий свет в комнату.
Темная фигура, полностью закрытая драгоценной спинкой трона. Каким же холодом, какой же тьмой от нее веет…
За иллюминатором блистали яркие, разноцветные вспышки. Битва разгоралась все сильнее, заставляя Лею сжаться в комок. За транспаристилом вновь бились Империя и Альянс. Битва была куда жестче, чем сражение при Хоте. Сюда бросили гораздо больше сил. Сияющие кровавыми всполохами огненные вспышки периодически полыхали, заполняя зал ярким, неестественным светом.
Не в силах смотреть на очередной геноцид, устроенный по приказу Империи, Лея отвернулась от трона и иллюминатора, направляя ничего не видящий взгляд в пустоту. Вокруг была лишь тьма, густая, непроглядная.
Внезапно алое лезвие возникло в миллиметре от нее, заставляя вздрогнуть. С удивлением Лея взглянула на свою руку, сжимающую только что активированный сейбер.
- Убей…
Глубокий, плещущий ядом голос разрезал тишину. Кто был этот человек на троне? Кого он просил убить?
Тело не слушалось. Его затопила странная, всепоглощающая ярость. Она не могла сдерживать себя. Резкий, отточенный взмах клинка осветил зал, приоткрывая его секреты.
Темная тень стояла в углу, будто бы чего-то ожидая…
- Я сделаю выбор за тебя, - проскрежетал тот же голос, наполняя ее ужасом. Внезапно наполняющая зал темная материя сгустилась, чтобы потом взорваться в ослепительной вспышке молнии, разбивая сон на кусочки. Последним, что она слышала, был колючий, дьявольский смех…
Картинка исчезла, рассыпаясь на миллионы осколков. Странный ужас захлестнул ее, заставляя резко сесть в постели.
Судорожно вдыхая воздух, Лея прикоснулась к сдавленной грудной клетке. Дикий, страшный кошмар, уродливый близнец того, что она видела на Татуине. Может быть, тогда именно он помог ей спасти Ларсов.
Было ли это очередным пророческим сном? Но кто был тем человеком на троне? Она не видела его лица. Он полностью скрылся за огромной спинкой, отделанной драгоценностями.
Лишь страшный, потусторонний смех преследовал ее, вселяя липкий ужас, стряхнуть который она была не в силах.

***

Дворец был поистине огромным. Император явно любил роскошь, причем не сдержанную, а кричащую, давящую своим великолепием.
Едва шаттл опустился на огромную посадочную площадку, Лея увидела аккуратный строй солдат алой гвардии. Личные солдаты Палпатина организовали шаттлу правой руки Императора почетный караул, выстроившись у трапа аккуратным, ровным рядом.
Лея затаила дыхание, ощупывая пространство Силой.
«Прошу, не здесь», - прошептала она.
Всей душой она мечтала отложить встречу с Императором хотя бы на пару часов. Лея была физически не готова ко встрече с самой Тьмой прямо после полета. Ночной кошмар еще не отпускал ее, до сих пор окутывая душу будто второй кожей. Да и честно говоря, у нее были свои планы на эту поездку.
Лея глубоко вздохнула, хороня внутри любые воспоминания о ужасном сне. Давать слабину было нельзя. Не здесь, не сейчас, не в логове врага.
С трудом отрываясь от маленького иллюминатора, она прошагала к открывающемуся трапу, стараясь держаться подальше от черной фигуры. Казалось, подойдешь чуть ближе, чем нужно, и тебя сметет, будто лавиной… Чем ближе был Император, тем холоднее, тяжелее становилось присутствие Вейдера. Ощущение, которое преследовало ее, будто приказывало держаться подальше, соблюдать дистанцию.
Чем было продиктовано такое поведение? Ответа не было, да и не могло быть. Лея уже смирилась с тем, что характер этого человека не подлежит изучению. Его нельзя было понять. Лишь принимать, держась на безопасной дистанции.
Тонкая полоска теплого света осветила шаттл.
Солнце.
Как же давно она не видела солнца… Подавляя непонятно откуда взявшееся детское желание бежать под теплыми лучами, она чинно прошагала по площадке, стараясь впитать все осколки тепла. Неизвестно, когда она сможет увидеть этот свет вновь. Вся ее жизнь превратилась в космическую одиссею, которая, возможно, никогда не будет окончена.
Внезапно Лея почувствовала взгляд в спину. Причина была проста и понятна: над платформой роем парили маленькие камеры, записывающие каждый их шаг, чтобы потом отправить его в голонет. Оставалось надеяться, что во дворец им хода нет. К счастью, так и оказалось: едва стеклянные двери сомкнулись за спиной, маленькие машинки упорхнули, отправляясь выискивать новый материал для репортажей.
Внутри их уже ожидал одетый с иголочки чагрианин.
«Мас Амедда», - услужливо подсказала память.
В Альянс часто попадали записи с участием Амедды, голоса Палпатина. Лея прекрасно знала его в лицо.
Помощник изобразил аккуратный поклон, с любопытством косясь в ее сторону.
Палпатин собирался лично принять спутницу Лорда Вейдера. Однако, она не была очередным его шпионом, засланным в свиту ученика. Нет, здесь крылось что-то более глубокое… Император принимал лично только тех людей, кто был ему полезен. Но чем могла быть полезна эта молодая девушка?
Это ему только предстояло узнать. И он узнает.
- Приветствую вас на Корусанте, - произнес он заранее отрепетированную фразу. – Император ждет вас.
- Прямо сейчас? – проговорил Вейдер, окатывая Амедду холодом.
В Силе моментально почувствовалась легкая примесь страха, но чагрианин стойко подавил ее. Очевидно, он часто имел дело с Вейдером, если так легко смог сделать это.
- Решения Его Величества не обсуждаются, - учтиво ответил Амедда. – Следуйте за мной.
Внутри все сжалось. Больше откладывать эту проклятую встречу было нельзя… Она должна была произойти. Это было неизбежно.
В полном молчании они следовали по роскошным коридорам.
То, что Лея видела на маленьких картинках с описаниями дворца, которые однажды попали ей в руки, было лишь жалкой пародией. Сколько ушло денег на эту постройку, целиком и полностью посвященную человеческой гордости? Вряд ли Палпатина интересовал этот вопрос. Став Императором, невольно перестаешь считать доходы.
Через несколько минут Лея потеряла счет бесконечным коридорам и ответвлениям. Как долго они уже шли? Казалось, прошла целая вечность, прежде чем впереди распахнулась дверь, ведущая к еще более роскошной, чем предшествующие ей пространства, приемной.
Огромный зал был наполнен людьми, ожидающими аудиенции. Спектр желаний большинства сводился к простому ожиданию выгоды, которую они могли получить на приеме. Но они туда не попадут. Она сумела считать эмоцию Амедды.
«Император имеет дело только с теми, кто ему выгоден».
Вряд ли ему были выгодны люди, которые жаждали лишь преувеличения своих богатств.
Увидев огромную фигуру Вейдера, все невольно расступились, образовывая так называемую зону отчуждения. Если Амедда привык к ощущению ситха, то простые смертные, оказавшиеся в приемной, сейчас больше всего хотели просто исчезнуть, провалившись сквозь землю.
На нее любопытных взглядов тоже не кидали. Может быть, потому, что она попадала в зону отчуждения, которую создавал Вейдер. Может быть, потому, что она была слишком неприметна на его фоне. А может быть, это ее толика холода отпугивала их.
Дверь, ведущая в тронный зал, распахнулась, открывая узкий проход.
Лея взглянула на Амедду – тот, покорно склонившись, остался снаружи, очевидно, не желая входить в царство тьмы.
Собирая все силы, Лея, стараясь не смотреть вперед, попыталась закрыть свои мысли от всепроницающей темноты, витающей в зале.
Еще несколько шагов вперед.
Тронный зал был в разы прекраснее, чем все, что она видела во дворце. Казалось, что высокие стены буквально сотканы из драгоценных металлов. Потолка даже не было видно. Он таял где-то высоко наверху, теряясь в сумраке. Казалось, тронный зал расположен под открытым небом. Однако, для полного эффекта не хватало тусклого, холодного света далеких звезд. Или так представлял себе свой мир Палпатин? Мир, потерянный в тьме и хаосе?
Молча, насторожившись, будто на охоте, Лея аккуратно шагала вперед, пытаясь отгородиться от тяжелого ощущения, штурмовавшего ее. Как оказалось, это не было даже малой толикой силы Палпатина.
Тьма обрушилась неожиданно, заставляя Лею судорожно схватить воздух. На мгновение ей показалось, что ее со всей силы ударили по груди. Борясь с наступающей темнотой, она покачнулась, замедляя шаг. Казалось, одно маленькое движение, и она упадет прямо на холодный мрамор…
Где-то вдали, теряясь в сумраке, на огромном троне сидела маленькая, темная фигура, укутанная в плащ. Вейдер, ушедший вперед, уже почтительно преклонил колено перед ней.
Лея не могла заставить себя сдвинуться с места. Казалось, будто ее придавили каменной глыбой… Мучительным до боли усилием, она сделала несколько шагов вперед, передвигаясь будто в тумане. Даже в песчаные бури, так часто бушующие на Татуине, идти было проще. Да, песок сбивал с ног, обжигал, но никогда он не давил на нее, будто каменная плита. Казалось, здесь, в тронном зале, совершенно иная сила тяжести.
Закусив губу, она заставила себя сделать шаг, приказывая вдруг ставшим ватными ногами двигаться вперед. Внезапно тяжесть ушла, оставляя ее так же неожиданно, как и появилась.
«Он всего лишь продемонстрировал мне свою мощь», - поняла она, наконец сумев сделать вдох полной грудью.
Едва сдерживаясь от усталого падения на мраморный пол, Лея наконец сумела подойти к трону, мучительным усилием становясь на одно колено.
Нет, ей не было тяжело сделать это. Просто все существо бунтовало против того подобия человека, который сидел прямо перед ней. Голограмма не передавала полной картины. На картинке он выглядел как обычный старик, но здесь становилось ясно, какая огромная Сила скрывалась за такой обманчивой внешностью…
- Встань, Лорд Вейдер, - гулким, будто змеиным голосом приказал Император. – И ты, Лея.
Странное, но такое любимое чувство обволокло Палпатина. Он не чувствовал его с тех пор, как Кеноби покалечил его ученика. Теперь вся его утерянная Сила воплотилась в ней. То был подарок судьбы, что Вейдер сумел найти свою дочь…
Молча, они поднялись с колен. Девчонка – излучая в Силу едва заметное недовольство и страх, Вейдер – безразлично. Он уже привык к подобному.
Перед его троном сейчас стояло два талантливейших представителя одного поколения. Сидиус давно хотел заменить Вейдера. Но стоило ли?.. Да, Лея Скайуокер была талантлива, но одновременно – слишком своевольна. Потребуется много усилий, чтобы перевоспитать ее. Много времени пройдет, прежде чем девчонка станет полноценным ситхом…
Тогда, узнав о том, что Вейдер нашел ее, и скрыл этот факт, Сидиус хотел уничтожить его, заменив дочерью. Чувство самосохранения подсказывало, что зазнавшегося ученика, если тот возомнит себя выше мастера, он сумеет поставить на место. А вот если Вейдер привлечет на свою сторону Лею… Вдвоем они будут слишком опасны.
Но сейчас он ясно мог видеть, что его опасения были беспочвенны. Она не принимала, больше того, практически ненавидела Вейдера. Их совместные действия были слишком маловероятны…
Теперь Палпатин имел в своем воображении полную картину происходящего. Полную картину ее души…
Девчонка какой-то крохотной частью остатков своих искореженных Вейдером чувств была верна Альянсу. Пусть его ученик выкорчевывает это до конца, заставляя ненавидеть себя еще больше. А потом, когда придет время, он заменит его.
Для этого не придется особенно трудиться. Возможно, Лея даже сама убьет его, когда придет время.
- С тобой я поговорю позже, Дарт Вейдер, - просипел Палпатин.
Тот послушно развернулся, направляясь к выходу. Лея на секунду прикрыла глаза. Темная, но знакомая тень, покинувшая зал, была хоть какой-то, но защитой. Теперь она осталась совершенно одна во власти этого существа.
Сверкая желтыми глазами, Император взглянул на ее, проникая в самые дальние уголки души.
- Как я вижу, ты не смирилась со своим положением, - начал он. – Впрочем, глупо рассказывать тебе то, что ты знаешь сама.
Слова отражались от стен гулким эхом. В зале не было ни малейшей крупинки света. Лишь Тьма окутывала это место, исходя из эпицентра, которым являлся Император.
Чего он хотел от нее?
Скорее всего, он тоже видел в ней потенциал, сотканный из растекающейся по венам Силы. Этот разговор был лишь предлогом, чтобы оценить, изучить ее. Все слабые места сейчас были будто на ладони под его взглядом.
- Рано или поздно ты присоединишься к нам, - продолжил он, внимательно изучая любые реакции. – Я вижу, тебе уготовано великое будущее… Ты сделаешь то, чего не смог сделать твой отец.
Да, она присоединится к ситхам. Неважно, сколько пройдет времени. Это неизбежно. Кеноби лишил Вейдера того, чем сейчас обладала девчонка, покорно стоящая перед его троном. Возможно, через много лет она даже сможет стать со своим будущим мастером вровень.
Если он сможет заполучить ее, это будет абсолютная власть. Она еще сама не знает своих сил…
С некоей толикой радости Палпатин отметил, как всколыхнулись ее негативные эмоции при упоминании отца. Она категорически не принимала свои родственные связи. Всем сердцем она не хотела когда-нибудь стать похожей на него… Но станет. Вейдер сам заставит ее, окончательно разрушая их связь.
Его главный повод для беспокойства окончательно растаял вдали. Нет, они никогда не смогут объединиться. Лея слишком упряма, чтобы когда-нибудь простить Вейдера за причиненную ей и ее друзьям боль. А он никогда не сможет почувствовать ее дочерью, завоевать ее доверие…
Для этого должно произойти нечто по-настоящему колоссальное.
- Не буду загружать тебя ненужными мыслями, дитя, - подвел черту он. – Можешь идти.
Лея резко развернулась, едва сдерживаясь от того, чтобы не пуститься бегом. Зал был слишком длинным, а нервы – слишком истрепанными.
По сравнению с тем, что сидело на троне, Вейдер был похож на смешную детскую страшилку. Подавляя возникшую внутри дрожь, она вылетела из зала, все еще ощущая на себе пронизывающий взгляд ярко-желтых глаз.
Теперь ее место перед троном занял Вейдер. Теперь ему причиталась эта доля Тьмы. Вопреки всему, ей стало жаль ту часть его души, которая была ее отцом. Неудивительно, что за столь долгие годы рядом с Палпатином он превратился в монстра.
Еще несколько минут она стояла в приемной, пытаясь побороть нервную дрожь, не обращая внимания на любопытные взгляды.
«Из всего нужно извлекать пользу», - вспомнилась вдруг еще одна фраза, произнесенная Лордом.
Как всегда, он был прав… Раз она была на Корусанте, в самом сердце столицы, в Императорском дворце, нужно было использовать это. Она знала, что на нижних этажах есть хранилища информации, которые никто не мог изменять или удалять.
Эта идея возникла у нее еще на борту «Исполнителя», но Лея старалась не думать о ней, опасаясь того, что ее щиты могут быть неплотными. Но сейчас все те люди, которые могли остановить ее, находились в тронном зале.
Дело было за малым. Нужно только проникнуть туда… Если ты владеешь Силой, это не будет большой проблемой.

***

- Ты должен обучить ее искусствам Темной стороны, - без длинных предисловий начал Сидиус. – В ней есть потенциал, но пока ты не возьмешься за нее всерьез, это так и останется потенциалом.
Вейдер послушно склонил голову.
- Я понимаю, Учитель.
Тот изобразил кривую ухмылку.
- Она обладает тем, чем когда-то обладал ты, - заявил он.
Чем скорее он окончательно вобьет между ними клин, тем будет лучше.
Вейдер понимал это. Он прекрасно знал все планы своего Мастера, он знал, что тот планировал заменить его при первой же удачной возможности. Сегодня он увидел эту возможность в Лее.
Да, ее потенциал был велик. Но он не мог насильно склонять ее… Он уже пробовал. От живой девушки осталась лишь поврежденная оболочка. Вейдер думал, что со временем она сможет отрешиться от своей безразличности, вновь вернуться к нормальной жизни… Однако, время шло, а Лея оставалась прежней. Его это не устраивало по многим причинам.
Джедаи получали свою Силу в спокойствии, ситхи – в ненависти. Но в ней не было ни того, ни другого. После того, как он принудил ее расстаться с прошлым, она стала абсолютно безразличной. Это была слишком скользкая дорожка…
Оборвав себя, он плотно укрыл мысли за внутренним щитом, надеясь, что Мастер не уловил их. Если он поймает хоть маленькую толику того, о чем думал Лорд, то Лея останется здесь. Этого было нельзя допустить… Он сломает ее, а затем соберет по кусочку снова так, как ему будет нужно.
- Чем скорее ты начнешь обучение, тем лучше, - еще раз повторил он. – А теперь коснемся Альянса. Мадин мертв?
Вопрос был скорее риторическим. Палпатин наверняка видел запись… Но все вопросы Мастера требовали ответа.
- Да, Учитель. Лея привела приговор в исполнение.
Сидиус улыбнулся. Да, он видел это. Именно увидев эту запись, переданную ему от своего агента в Альянсе, он узнал о Лее.
Вейдер поступил правильно, обрезая ей все пути в прошлое. Но он ошибся, полагая, что Сидиус не узнает об этом…
- Мой агент сообщил мне прелюбопытнейшие новости… Мы можем уничтожить повстанцев одним махом. Я уже передал информацию на «Исполнитель». Я хочу, чтобы ты привел мой план в действие. Твой шаттл ждет вас через час.

***

Стремительными движениями пальцы скользили по клавиатуре.
«Падме Амидала Наберрие».
Сердце билось, будто безумное. Еще бы… Несмотря на то, что Лее удалось каким-то чудом проникнуть сюда, отключить камеру в помещении при помощи Силы, это все равно не было гарантией безопасности. Здесь наверняка ходили патрули…
Проникновение в архивы Империи каралось по закону. Ее не должны были найти здесь. О том, что будет, если в комнату кто-нибудь зайдет, например, проверить отключенные камеры, Лея не хотела и думать. Если это произойдет, то на себе можно было смело ставить крест.
Вейдер может быть и спустил бы ей это с рук, а вот Палпатин…
- Давай же, давай, - прошептала она, словно надеясь ускорить медленную машину.
Будто поддаваясь на ее уговоры, на дисплее отразились аккуратные, ровные буквы.
Жадно, стараясь запомнить каждую букву, каждую картинку, Лея взглянула в экран. Не верилось, что все удалось… Но текст подтверждал, что безумная затея удалась.
Ее мать была родом с Набу. Родилась рядом с Тидом, и уже в 14 лет стала королевой.
С замиранием сердца Лея обнаружила строки, которые говорили, что Падме всегда защищала свой народ, она была готова отдать свою жизнь ради простых людей, ради своей веры… Так вот, что имел в виду Вейдер.
После того, как срок, в течении которого Падме была королевой, истек, она стала сенатором, представляя свою родную планету. А потом… А потом она умерла.
Лея была не готова к столь близкому, резкому концу. Только что строки еще тянулись, обещая ее матери такое прекрасное будущее.
Ее мать умерла такой молодой… Будто звезда, которая сгорела в один миг.
Одним нажатием Лея открыла документ из клиники на Полис Масса, где сделали запись о смерти Падме. Она должна была знать, в чем причина. Правда ли Падме умерла при родах? Или причина была в другом?
Едва Лея перевела взгляд чуть ниже, сердце пропустило удар, а затем забилось быстрее, с гулом ударяясь о ребра.
Ее мать родила в ту ночь не ее одну. У нее было двое детей. Мальчик и девочка.
Но… как? У нее не было брата. Ларсы никогда не говорили о нем… Это было невозможно. Лея еще раз перечитала фразу, будто надеясь, что лишние буквы растворятся, исчезнут, сливаясь с белым фоном.
Но ей не привиделось.
- Падме Амидала Наберрие родила двоих детей, - медленно, по слогам, будто пытаясь внести себе в голову, упрямо не желающую усваиваться информацию, повторила она.
Версия о том, что ее брат погиб, не рассматривалась. В документе четко выделялась надпись, заверяющая, что с детьми было все в порядке.
Прикрыв глаза, Лея откинулась на спинку кресла.
Вейдер не знал об этом. Не мог знать… Тогда, на «Исполнителе», когда он рассказывал ей страшную правду, он сказал, что не знал о своем ребенке. Ребенке. Не детях… Тогда он говорил на эмоциях. Он был уверен в том, что он прав. Вероятность ошибки была исключена. Вейдер не знал об этом документе.
Вывод напрашивался сам собой. Это была секретная картотека Императора. Он наверняка знал о том, что у Вейдера есть и дочь, и сын, но почему-то скрыл информацию от своего ученика… Зачем? Только потому, что ситхам нельзя любить? Нет, причина была не в этом.
Вейдер не был способен на любовь. Он не любил ее, он не мог…
Но зачем тогда скрывать эту проклятую информацию?
«Я подумаю об этом потом», - приказала себе Лея, фокусируя ничего не видящий взгляд на остальной информации.
Но дальше ничего не было. Лишь скупые, наполненные медицинскими терминами слова, повествующие о том, что ее мать умерла без видимой причины. По словам врачей – она не хотела жить, ее организм просто отказался дальше служить ей.
Но как такое вообще возможно?! Женщина, которая родила двоих детей, вдруг не захотела жить? Это было невозможно. Лея слишком часто видела, как женщина готова защищать своего ребенка ценой своей жизни, что женщина, у которой отнимают ее новорожденное дитя готова убивать…
Заключение, написанное в документе, было ложью. Или… или просто врач не смог распознать истинную причину смерти Падме?
Такое могло быть только в одном случае. Только влияние Силы не учитывала современная, идеальная медицина.
Резко, одним движением, Лея поднялась на ноги, закрывая документ. Она узнала все, что хотела. Даже больше… Пора было уходить. Нарываться на неприятности не хотелось. Неизвестно, как скоро охрана обнаружит отключенные камеры в этом отсеке.
Лея повернулась к двери, но тихий, едва заметный щелчок отвлек ее, заставляя вновь наклониться к экрану.
В груди что-то сжалось. Это было крайне важно… Возможно, сверхсекретная информация. Лея не могла удержаться. Она чувствовала, что это может изменить всю ее жизнь.
Одним легким нажатием Лея открыла документ, будучи не в силах сопротивляться жгучему желанию. Глаза стремительно пробежали по строкам…
Внутри все сжалось.
Палпатин готовил окончательное уничтожение Альянса. И никто из ее друзей об этом не знает, да и не узнает… Лишь она сможет помешать Императору, лишь она сможет вновь спасти их.
Вот он, тот самый момент, которого она ждала и боялась. Сердце зашлось в бешеном ритме. Жгучая ненависть зажглась внутри. Палпатин был монстром. Настоящим монстром, не чета Вейдеру.
Выбор был сделан. Прошлое никуда не делось, вопреки всем тем преградам, что Лея ему ставила. Прорывая плотину, воспоминания хлынули вперед, затапливая ее с головы до пят.
«Разве я могу поступить иначе?..»
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348438 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 30 Октябрь 2015, 10:48





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Саундтрек:

David Guetta ft. Sia - She Wolf
________________

- Соло, как вы объясните тот факт, что вы единственный сумели вернуться с Беспина? – резко проговорила Мотма, задавая интересующий всех вопрос.
Вся экспедиция, которая была отправлена в Облачный город, попала прямо в руки к Вейдеру. Очевидно, Мадин был лишь приманкой, послужившей лишь для того, чтобы поймать еще какую-нибудь ценную жертву. Единственным человеком, который мог быть по-настоящему полезен Империи, являлся Соло, который сейчас стоял перед ней, что вызывало определенные сомнения.
Еще несколько часов назад Альянс уже считал всех, кто оказался на Беспине, погибшими, наравне с Криксом Мадином. Но час назад эфир всколыхнуло сообщение с кодом Альянса, посланное с неизвестного борта.
На свой страх и риск они разрешили кораблю посадку, указывая координаты «Дома-1». Каково же было удивление солдат, которым приказали встретить неизвестный борт, когда по трапу сошел живой и невредимый Соло… Разумеется, первой мыслью была догадка о том, что Хан выдал все нужные сведения Империи в обмен за свою жизнь.
Не допуская к нему никого, Соло сразу же направили на тщательный досмотр на предмет различных жучков, а затем сразу же на психологическую экспертизу: для подобных инцидентов и для допросов пленных Альянс содержал специального специалиста, способного различать ложь, по совместительству – психолога.
Стоящий за непрозрачным стеклом во время допроса Люк после первых же слов Соло не смог удержаться от того, чтобы сесть.
Хан упрямо утверждал, что его вытащила Лея. Он не отрицал тот факт, что она перешла на сторону Империи, но брался совершенно точно утверждать, что бывший коммандер по-прежнему на стороне Альянса. Соло сошел с ума? Или что он хотел сказать этим? Как можно быть одновременно и имперским коммандером, и сторонником Восстания?
Через некоторое время Хана оставили в покое, чтобы через пять минут вызвать на собрание, посвященное его вопросу. Многие начали сомневаться в честности Соло. Он появился в Альянсе одновременно с Леей, вместе с ней сумел спасти Органу… Сегодняшний инцидент ясно говорил против него.
Люк не знал, что и думать: Хан был его другом, но такие совпадения ставили все под сомнение. Одним словом, Органа не хотел принимать скоропалительных решений. Он твердо решил, что поговорит с Соло после собрания, чтобы окончательно прояснить ситуацию.
- Вы единственный сумели выбраться, в то время как вся ваша группа была захвачена Империей во главе с Лордом Вейдером, - холодно повторила Мотма.
Хан нахмурился. Попробуй-ка, докажи им теперь, что ты не Джабба Хатт… Впрочем, он и сам понимал, что факты говорят против него. Все упрямо не хотели верить в то, что Лея осталась верна целям Альянса.
- Я же сказал, что меня освободила Лея Скайуокер, - вновь упрямо повторил Хан, будучи не в силах скрывать правду. – Чтобы спасти наши жизни при битве на Хоте, ей пришлось обменять их на свою!
Мотма едва удержалась от того, чтобы не закатить глаза.
- То есть вы утверждаете, что дочь Лорда Вейдера стала имперским офицером, чтобы спасти нас? – аккуратно, по слогам, повторила она.
- Да, именно это я и утверждаю, Мон, - изобразил подобие улыбки Соло. – Вы сами прекрасно помните, что мы ушли оттуда буквально чудом. Но чудес не бывает, вы сами всегда это говорили!
- Совпадение. Все, что угодно, - она понизила голос. – Вы осознаете, что ваша версия безумна?
Хан отвел взгляд. Да, он четко сознавал это. Собственные слова звучали будто бред сумасшедшего, но факты говорили за себя. Он помнил ее лицо, помнил, как она едва не рыдала, рассказывая, что пережила на борту «Исполнителя». Лея не могла лгать. Это было невозможно.
- Я все равно останусь при своем мнении, - упрямо заявил он, поворачиваясь к выходу.
Поверят ли они когда-нибудь?
Внезапно комлинк Мотмы пискнул, уведомляя о новом сообщении, поступившем через голонет. Соло развернулся, возвращаясь к столу.
«Надеюсь, вести хорошие», - угрюмо подумал он.
На него итак слишком сильно давили события, произошедшие в доках Беспина. Он был так близко. Но не мог помочь… Почему, почему он не предложил ей улететь с ним? Они могли бы скрыться за Внешним кольцом, навсегда спрятаться от Империи. Хотелось ударить себя по голове за то, что такая мысль не пришла вовремя.
Где-то в глубине души Хан осознавал, что они не смогли бы вечно скрываться. Вейдер, узнавший, что столь ценный трофей сбежал, точно устроил бы чудовищную по масштабу охоту. Рано или поздно все погони кончаются успехом охотника…
Был бы у него «Сокол», можно было бы жить на его борту, вечно прыгая в гиперпространстве. Но «Сокола» не было. Обрывая грустные мысли, Хан попытался сосредоточиться на ходе собрания.
Мотма молча просматривала сообщение. Лицо главной вдохновительницы Альянса постепенно становилось все бледнее. Наконец, спустя несколько секунд, показавшихся Хану вечностью, она оторвала взгляд от комма, поднимая безжизненные глаза на присутствующих.
- Наш друг и союзник, Крикс Мадин мертв, - едва слышно произнесла она, передавая комм ребятам из технического отдела. – Выведите изображение на главный экран.
Сердце невольно сжалось. За все то время, что Соло был в Альянсе, он успел привязаться к Мадину. Бывший имперский офицер был схож с Ханом по характеру, и они довольно легко нашли общий язык. Теперь Крикс мертв…
Но что сумело так напугать Мотму? Они уже давно знали, что если миссия на Беспине не увенчается успехом, то на Мадине можно смело ставить крест.
Будто в ответ на его немой вопрос, на дисплее вспыхнуло изображение белоснежной маленькой камеры, будто близнеца той, в которой когда-то сидел Люк.
- Эту запись сумели достать наши ребята из информационного, - сдавленно произнесла Мон, силясь, чтобы не отвести взгляда от дисплея.
Дальнейших комментариев не требовалось. Глубоко внутри все уже знали, что произойдет – то была запись казни Мадина. Но никто не был готов к тому, что произошло дальше…
Белоснежная дверь медленно отъехала вверх, открывая взгляду черную, миниатюрную тень. Дарт Вейдер? Нет, это был не он. Кто же стоял на пороге в камеру?
Хан прищурился, пытаясь опознать человека. Фигура была смутно знакомой… Где же он видел ее?
Долгое время картинка не могла сфокусироваться, но, когда тень сделала шаг вперед, изображение стало абсолютно четким.
Аккуратно одетая, причесанная волосок к волоску, Лея вошла в камеру, сжимая в руке активированный в боевой режим бластер. Одним резким движением, не задумываясь, она вскинула оружие вверх. Даже на холодной, безжизненной голограмме была видна короткая, ледяная усмешка.
Великая Сила, что стало с Леей за те несколько часов, что он добирался до «Дома-1»?! Это был абсолютно другой человек. В ней не было ни осколка той доброй, такой родной девушки, которая была с ним в доках, спасая жизнь.
Не задумываясь, незнакомая тень нажала на курок, выпуская на свободу смертельный луч. Кинув на дело рук своих короткий, равнодушный взгляд, она вышла из камеры, исчезая из кадра, оборвавшегося спустя несколько долгих, мучительных секунд.
- Думаю, Соло, вам ясно, что Лея Вейдер никакой нам не союзник, - холодно подчеркивая слово «Вейдер», проговорила Мотма.
Хан поднял на нее взгляд. Да, теперь ему было это понятно.
Все те красивые слова, которые она говорила на Беспине, были ложью. Лея выставляла абсолютным злом Вейдера, обвиняя его во всех бедах. Но на голограмме Вейдера не было. В камере была лишь одна Лея. Он не стоял рядом, не заставлял ее убивать Крикса. Да даже если бы и заставлял, та Лея, которую он знал…
«Та Лея, которую он знал».
Пора было окончательно смириться с тем, что той Леи больше не было. Лишь красивый, будто стекло, облик, сплошь сотканный из лжи.
- Вы правы, - безжизненным тоном подтвердил Хан. – Она лгала.

***

Короткими, резкими движениями Лея вновь и вновь поражала одну и ту же цель. Световой меч покорно разрезал воздух, заполняя пространство резким гудением. Сколько времени прошло после гибели Мадина? Она не смотрела на календарь. Он больше был не нужен, как и львиная доля других вещей.
Гибель, именно гибель, а не убийство Мадина научила ее быть умнее. Нет, она не убивала его – его убил Вейдер, отдавший приказ о уничтожении. Гибель Крикса нельзя было предотвратить. Она лишь выступила в роли меча, исполняющего волю тела.
В ту ночь, стоя в душевой, дрожа от ледяных потоков, высасывающих все чувства, она окончательно простилась с прошлым, отпуская его. Чувство, возникшее тогда, было похоже на смазанную картинку из прошлого. Огромная связка из гелиевых шариков, рвущаяся в воздух. Ножницы, перерезающие им все путы…
Свободно, ничуть не задерживаясь, все воспоминания улетели, оставляя ее в одиночестве, которое, однако, не могло продлиться долго. Полной пустоты в душе никогда не бывает. Уже утром пришли новые мысли, воспоминания, желания.
Но навсегда ли она попрощалась с прошлым? Может быть, навсегда. А может быть, до поры до времени, пока что-то внутри вновь болезненно не щелкнет, пробуждая ее к жизни. Однако, где-то в глубине души она понимала, что не может отпустить прошлое до тех пор, пока не познает его.
Ее мать… Какой она была? Лея знала лишь имя. Знала, что она была такой-же упрямой, как и она. Знала, что Падме свято верила в свои идеалы.
Мучаясь по ночам от бессонницы, она смотрела в иллюминатор, наблюдая проплывающие мимо холодные, как и она, огоньки звезд. Она думала, как узнать о матери. Стоило ли обращаться к Вейдеру? Или информацию можно было раздобыть у кого-то другого?
Она покачала головой. Нет, на этом корабле интересующую ее информацию мог знать только Вейдер… Сегодня она твердо намеревалась любой ценой вытащить ее из него.
Очередной выверенный до миллиметра удар. Уклониться от сзади летящего выстрела… Высокий прыжок.
- Неплохо, - раздался в звенящей тишине механический голос.
Теперь он уже ни разу не мог застать ее врасплох. Ежесекундно Лея контролировала любые смещения в Силе, и четко знала, когда он шел в тренировочные залы, а когда – на мостик.
Дезактивируя меч, она повернулась, оглядывая пространство равнодушным взглядом.
- Нужно заменить этих дроидов, - объяснила она.
Вейдер перевел взгляд налево, обращая внимания на оплавленную кучу металлолома, валяющуюся в углу зала. С недавнего времени ее тренировки стали эффективными. Но это была лишь одна сторона медали.
Лея была равнодушной ко всему. Да, он сумел добиться от нее полной покорности после того, как приказал убить Мадина. Но это не приносило особого облегчения. Она утратила то, что напоминало ему Падме. Каждый раз, видя ее, в памяти невольно всплывал полузабытый образ… Лея была слишком похожа на нее. Каждый раз она пробуждала такие запыленные, покрытые вековой дымкой воспоминания, которые он старался забыть уже долгое время.
Вейдер старался по возможности избегать миссий на Татуине и Набу, опасаясь потревожить былое. И тут… живое, такое близкое напоминание. С одной стороны, было хорошо, что она стала другой. Но какой-то крохотной, маленькой частичке выжженной на Мустафаре души, не хотелось терять ту, прежнюю, такую живую Лею…
Вновь подавляя мысли с помощью податливой Тьмы, Вейдер активировал меч, наблюдая, как Лея повторяет его движение, становясь в идеально отрепетированную боевую стойку.
Да, она многому научилась с тех пор, как попала на «Исполнитель».
Когда они встретились впервые, в темной пещере, она бросилась вперед, ничуть не заботясь о том, что он куда опытнее и сильнее ее. Сейчас Лея молча стояла, выжидая, когда Вейдер сам сделает первый шаг.
Заставляя ее сгорать от нетерпения, он медлил. Секунды текли, заставляя время загустеть. Наконец, будто поддаваясь, Вейдер сделал аккуратный, осторожный шаг вперед.
Лея отреагировала мгновенно, тихо подбираясь вперед. Дистанцию нужно было сократить. Она была куда миниатюрнее, куда ловчее.
Ловкость против грубой силы.
Лея отступила назад, будто поддаваясь, чтобы затем сделать головокружительный прыжок вверх, пользуясь помощью Силы. Она приземлилась так близко, что Вейдер оказался в неудобной позиции.
Лея была миниатюрной, что давало ей слишком явное преимущество при сокращении дистанции. Он, с его огромным ростом, грубой силой, длинными руками, того преимущества не имел, будучи не в силах развернуться во всю мощь. Резкими, тщательно отрепетированными движениями Лея наступала, невольно заставляя Вейдера отступать.
Да, она и вправду многому научилась. Однако, не всему.
Проводя ложный финт, он заставил ее прогнуться, делая шаг в сторону. Нужная, удобная дистанция вновь была возвращена, значительно упрощая ведение боя. Он не позволял Лее вернуть то удобное положение, которое она потеряла, ожидая, когда она откроется для нанесения решающего удара. Но, вопреки всему, девчонка не спешила…
Собиралась ли она дождаться, пока он устанет? Или просто медлила? Ответов не было. Лишь время могло показать, чего она хочет добиться.
Скользкие, рваные удары скользили по поверхности алого сейбера, высекая горячие искры. Каждую секунду она вновь и вновь обрушивала на поверхность его меча новое испытание, будто проверяя, прощупывая, сможет ли он отгородиться, покажет ли он слабые места…
Прошло несколько минут ожесточенной схватки, прежде чем Лея решила провести решающую атаку. Достаточно ли она выжидала? Была ли ее тактика успешной?
«Вот сейчас и проверим», - решила Лея, выводя меч в крученую восьмерку.
Скользящим движением она чуть подалась назад, пытаясь обмануть противника.
Вейдер попался на ее уловку.
Алый сейбер пронесся в миллиметре от ее груди, заставляя сделать еще один осторожный, тщательно просчитанный шаг назад, чтобы потом обрушиться контратакой.
Стремительными движениями она раскрутила меч, пытаясь нанести удар в приоткрывшуюся руку. Однако, ее тактика вновь провалилась. Одним движением Вейдер закрылся, встречая удар.
Вновь она оказалась на полу, глотая пыль.
Очередная тактика провалилась… Лея никак не могла победить его. Лорд был слишком силен, слишком аккуратен в ведении боя – сказывался огромный опыт длиною в целую жизнь.
- Ты не умеешь ждать, - одним движением он деактивировал меч, возвращая лезвие на пояс. – Из-за этого ты проигрываешь.
Было ли это еще одним предупреждением? Или уроком, который нужно усвоить?
«Дай противнику одну слабину, чтобы затем выиграть весь бой».
Это она усвоила, отдавая слишком большую цену. Выучивать новый, об ожидании, такой-же ценой не хотелось.
- Я приму это к сведению, - осторожно проговорила Лея.
Заставляя воздух всколыхнуться от резкого движения плаща, Лорд молча развернулся к выходу.
Лея замерла. Нет, нельзя было давать ему уйти. Слишком редко выпадал шанс, когда они были наедине… слишком редко представлялась какая-то возможность, чтобы спросить у него то, что она давно хотела знать.
Короткими, резкими шагами Лея последовала вслед за уходящей фигурой.
- Подожди, - едва слышно проговорила она.
Вейдер остановился, замечая мимолетное ощущение любопытства, витающее в Силе. Первое живое, человеческое чувство, которая она смогла испытать после смерти Мадина… Нужно ли было его удовлетворять? Или стоило оставить ее безжизненным призраком?
Нет, призрака было более чем достаточно.
Что толку от нее, если она будет покорной, но безжизненной? Обычно люди, настроенные таким образом, слишком быстро погибают, будучи не в силах адаптироваться к новым условиям. Им это просто не нужно.
Вейдер остановился, оборачиваясь к шагающей навстречу Лее.
Руководило ли им желание вернуть ей хоть какое-то подобие чувств? Или лишь мысль о том, что полное безразличие ко всему вредно? Он и сам не знал этого.
- Если ты хочешь, чтобы я смогла отпустить, забыть свое прошлое, я должна знать о нем все, - осторожно проговорила она.
Следующая фраза была похожа на ультиматум.
- Я должна знать о своей матери.
Да, она усвоила урок о маленькой слабости. Или это был удар вслепую? Знала ли она, что именно эти воспоминания были его слабым местом? Скорее всего, нет. Лея просто хотела знать. Именно за это желание она уцепилась, чтобы окончательно не скатиться в бездну.
- Что конкретно тебя интересует? – аккуратно, стараясь подавить всколыхнувшийся старый призрак, ответил Вейдер.
Возможно, стоило отнять у нее и эту надежду. Хотя, кто может дать точный ответ? Кто знает, может быть он делает правильно, открывая ей то, что она желала знать.
Лея опустила глаза. Он сдался слишком быстро… Она рассчитывала на все, что угодно, но не на такой исход. Была ли это очередная ловушка?
- Имя, должность… Что-нибудь, - будто ступая по минному полю, проговорила она.
Казалось, один неверный шаг, одно неверное слово, и шаткий, едва установившийся контакт будет потерян. Она замерла, ожидая ответа.
В зале повисла странная, будто искусственная тишина. Лишь через несколько секунд Вейдер понял, что невольно затаил дыхание, силясь произнести то, что пытался забыть уже много лет. Тогда, когда он рассказывал ей о Оби-Ване, Мустафаре, это не причиняло боли. Но сейчас…
Хрупкий, растревоженный призрак встал у него на пути, будто обвиняя.
«Что ты сделал с ней?»
Именно это спросила бы Падме, окажись она здесь. Смогла бы она защитить Лею? Спасти ее, вернуть ей то, что принадлежало до встречи с ним? Возможно… В тот первый день, когда он нашел ее в пещере Татуина, она была безумно похожа на нее. Но сейчас это маленькое, хрупкое напоминание исчезло под действием леденящего холода, поселившегося у нее в душе.
Возможно, он поступил слишком жестоко. Но это было нужно…
- Падме Амидала Наберрие. Бывшая королева Набу, затем сенатор от сектора Чоммел, - с наигранной небрежностью обронил он, вновь направляясь к дверям. – В информационном зале «Исполнителя» есть все, что тебе нужно.
Было ли ошибкой дать ей то, о чем она просила? Возможно. Было ли ошибкой самому вспомнить о былом? Безусловно…

***

Молча, стараясь как можно плотнее закрыться щитами, Вейдер встал на одно колено перед огромной голограммой.
Нельзя было допустить, чтобы Учитель узнал о существовании Леи… Хороня под огромным пластом земли все воспоминания, хоть как-то компрометирующие его, он преклонил голову.
- Мой Мастер.
Черная, как непроглядная ночь, Тьма сгустилась вокруг. По сравнению с Силой, которой обладал Учитель, он был ребенком. Она клубилась вокруг, достигая его даже сквозь огромное расстояние, пролегающее между ними. Казалось, протянешь руку, и она увязнет в ней, будто в густом киселе…
Желтые, смертельно опасные глаза смотрели прямо на него, заставляя сквозь пространство чувствовать прожигающий взгляд.
- Лорд Вейдер, - зазвучал змеиный голос, проникая в саму душу. – Неужели ты думал, мой ученик, что сумеешь скрыть от меня присутствие одаренного на борту флагмана?
Внутри все замерло. Палпатин знал, что Лея здесь. Но он не был зол, нет. Учитель всегда был на шаг впереди. Он всегда угадывал его действия, знал, чего нужно было ждать.
- Я знаю, что ты нашел на Татуине ребенка Энакина Скайуокера. Но зачем ты скрыл это от меня?
Медлить с ответом было нельзя. Иначе он мгновенно заподозрит подлог.
- Я рассчитывал представить ее вам, когда закончу обучение. Она была совершенно… - попытался найти хоть какую-то видимость оправданий Вейдер.
Было глупо, безумно глупо надеяться, что Палпатин не узнает о Лее. Он знал, что Учитель попытается заменить его на кого-то более перспективного при любом удобном случае. Но до этого времени не было ни одного подходящего кандидата… Пока не появилась Лея.
- Я жду вас обоих на Корусанте, - без промедлений заявил Палпатин. – Поторопись, Лорд Вейдер.
Голограмма, издав помехи, исчезла, оставляя его стоять на одном колене перед черной пустотой.
Нельзя было допустить, чтобы Император забрал ее, начал обучать лично. Нет, она должна оставаться здесь, на борту.
Если Лея только попадет во дворец, он изувечит ее, превращая в бесчувственного, злобного монстра. Палпатин выкорчует с корнем все ее привязанности, убьет все хорошее, оставляя лишь то, что его устроит.
В конце концов, от нее останется лишь оболочка, готовая исполнять любые приказы своего Мастера… Дворец покажется ей адом даже по сравнению с тем, что она испытала здесь.
Выходя из комнаты, Вейдер уже знал, что необходимо предпринять.
Он знал, как думает его Учитель. Ему не нужны были отец и дочь. Ему были нужны лишь два ненавидящих друг друга человека, которые ни при каких обстоятельствах не смогут бросить ему вызов.
Нужно было срочно предотвратить еще одну ошибку, которую он допустил сегодня.
- Уничтожьте в системе любые записи о сенаторе из сектора Чоммел, Падме Амидале Наберрие, - небрежно бросил он адъютанту, стоящему у дверей.
Палпатин оставит ее ему лишь при одном условии…
Лея должна ненавидеть его. Вопреки всему, ему придется отнять у нее последнюю надежду.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348437 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 30 Октябрь 2015, 10:48





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Музыка:

30 seconds to Mars - Beautuful Lie
Within Temptation - Where is the Edge (перевод шикарен)
________________________________

«Дай противнику одно послабление, чтобы затем выиграть весь бой».
Как всегда, Палпатин был абсолютно прав. Его уроки были неоднократно проверены временем, каждый раз подтверждая истину.
Сработает ли это сегодня? Вейдер был уверен, что она не сможет удержаться. Лея уже дала понять, что готова хвататься за любую, даже крошечную надежду, лишь бы получить маленькую, крохотную возможность обрести хотя бы подобие свободы…
Хан Соло был ее другом. Сама Сила послала ему такой шанс… Едва контрабандист вошел в комнату, все его эмоции, все его чувства перестали быть конфиденциальной информацией.
Чтобы утвердить план, оставалось лишь проверить чувства Леи, которые вопреки ожиданиям, оказались странными, приглушенными. Будто закрыты толстым слоем щитов...
Странно, этому девчонку он не учил. Очевидно, она сама разобралась, но недостаточно хорошо. Ее защита все же была неплотной. Даже маленькой, тонкой трещинки хватило, чтобы понять, что Лея явно знакома с этим человеком, и больше того, она считает его другом.
Уже через несколько секунд Вейдер знал, как будет действовать.
Отпуская Лею, он уже имел четко спланированный план. Соло посадили в отдельную комнату (в Облачном городе тюремных камер не было), оставив его без охраны. Всех людей из доков тоже прогнали, оставляя огромное пространство без присмотра. Оставалось привести в исполнение лишь последний, самый интригующий компонент драмы.
Коротко допросив первого задержанного, Вейдер приказал увести его, подзывая к себе Лэндо. Как предсказуемо… Вина текла по его жилам сплошным потоком. Соло тоже был его другом. Однако, на чувства Калриссиана ему было глубоко плевать. Вводить его в спектакль Вейдер не хотел. Роль Лэндо в данной затее была минимальна.
- В доках есть камеры? – резко спросил он, обдавая ужасом едва сдерживающего дрожь человека.
Хоть Калриссиан и чувствовал себя виноватым перед Ханом, отказать Вейдеру он все же не мог. Вот истинная личина людей… Хоть я и виноват, но за себя я переживаю больше, чем за друга.
- Нет, мой Лорд, - едва слышно ответил он. – Мы не уделяем особого внимания безопасности. На Беспине низкий уровень преступности. Камеры установлены только в диспетчерской.
Отлично. Этого вполне хватит… Открыть заслоны дистанционно Лея не сможет.
- Выведите изображение на этот комлинк, - Вейдер небрежно протянул Калриссиану маленькую машинку, изъятую у пленника.
Тот покорно склонился, изображая поклон. Пальцы стремительно застучали по дисплею. Уже через несколько секунд черная пустота комлинка озарилась тусклой картинкой. Пока в диспетчерской было пусто… Но надолго ли?
- Сходи проверь доки, - Лорд кивнул он адъютанту, пытающемуся слиться со стеной.
Щелкнув сапогами, тот стремительно направился к двери.
Лея попытается спасти Соло… В этом он был уверен. Но насколько далеко она пойдет? Если сегодня он сможет победить, то это будет началом ее осознанного пути к Темной стороне.

***

Выстрел все еще отдавался эхом в ее душе, когда безжизненное тело адъютанта рухнуло на пол. Что только что произошло? У нее не было ни секунды, чтобы размышлять. Движение вышло практически инстинктивным, будто насильно диктуя правила поведения. История повторялась.
Если в прошлый раз она заплатила своей жизнью за жизнь руководителей Альянса, то сегодня она уже не имела власти отбирать жизнь у этого человека...
Дрожащими руками Лея убрала бластер на пояс, стараясь ни о чем не думать. Было ли то, что она сделала сейчас, благом? Ответа на этот вопрос не мог дать никто.
Едва сдерживая истерику, она подошла к телу, вырывая из застывшей руки оружие. Нужно было хоть как-то замести следы… У Соло не могло быть бластера. Все должно выглядеть так, будто пленник сумел добыть оружие у вставшего на пути имперца. Если этого не сделать, определенно возникнет дорожка из подозрений, которая сразу же приведет к ней.
Только Лея имела мотивы вытащить Хана из камеры.
Тихо, как все преступники, она направилась к выходу, оставляя за собой в душе лишь выжженный след. Белоснежные, безлюдные коридоры станции сливались в одну единую картинку. Как же не хотелось возвращаться… Вновь чувствовать адский холод, грозящий пробраться в ее душу, слышать ядовитые фразы. Все, что она пережила за последние дни, слилось в одну сочащуюся ядом и болью картинку, окончательно изничтожая последние добрые воспоминания. Даже огонек, зажженный от сегодняшней встреча с Ханом, которая едва не возродила ее из пепла, погас, как крохотный костер под действием бури.
Глубоко вздыхая, впуская воздух в истерзанные легкие, Лея сделала первый шаг в сторону общественной части города. Как бы ей не хотелось затеряться здесь, возвращение было неизбежным. Она итак отсутствовала довольно долгое время. Не хотелось навлекать на себя очередные подозрения…
Разноцветные пятна одежд жителей Беспина зарябили в глазах, сливаясь в одно яркое пятно. Несколько часов назад она завидовала им, завидовала их беспечности, завидовала их стабильности и счастью. Тогда, год назад, до начала всех событий, она ненавидела спокойную и умеренную жизнь на Татуине, мечтая улететь оттуда при первой же возможности, которая не заставила себя долго ждать.
Что она получила в итоге? Искалеченную жизнь? Практически сломанную себя? Казалось, еще одна соломинка, и все будет кончено. Может быть, она станет безвольным роботом. Может быть, просто перестанет существовать, умрет, оставляя за собой лишь бездушный призрак Леи Вейдер, которая станет новым кошмаром Галактики.
«Только не последнее», - из последних просила она.
Эта мысль внушала ей ужас. Все те кошмары, что еще недавно заставляли ее дрожать всем телом, сейчас были просто детскими шутками, игрушками, по сравнению с тем, что сейчас происходило в ее жизни.
Лея вздрогнула, осознавая, что ноги сами привели ее к комнате, за дверью которой сейчас Вейдер допрашивал (или пытал?) очередного пленника, выворачивая ему душу. Она хотела развернуться, вернуться в те пустые коридоры, и была готова это сделать, как механический голос штурмовика оборвал пустые надежды.
- Лорд Вейдер ждет вас, - произнес он, заставляя ее покорно развернуться к открывающейся двери.
Внутри, вопреки ожиданиям, никого не было, кроме Вейдера, держащего в руке комм, на котором отображалась странно знакомая комната. Лея сдвинула брови, пытаясь осознать, понять происходящее.
Лорд не знал, что Соло сбежал, иначе настроение, царившее в комнате, было бы совсем другим. По крайней мере, безумно хотелось верить в это… Такой холод мог обитать здесь по еще одной причине. Если Вейдер узнал, что она помогла Хану.
Неторопливыми, размеренными шагами, стараясь не смотреть в сторону темной фигуры, Лея подошла к окну, изучая белоснежную дымку облаков.
- Ты думаешь, я не знал, что ты поможешь Соло сбежать? – разрезал тишину густой, всеобъемлющий голос.
Лея закрыла глаза, не в силах сопротивляться, отрицать. Внезапно картинка с комма резко всплыла в голове. Это была диспетчерская, та самая комната, где она только что убила его адъютанта… Был ли это окончательный и бесповоротный конец? Сказать что-либо однозначно было нельзя. Она до сих пор не сумела изучить характер Вейдера, и, следовательно, предсказание его реакции было невозможно.
Он специально оставил Соло на виду. Специально отозвал охрану. Но зачем ему было давать ей сделать это? Еще одна проверка? Вряд-ли. Оставляя Хана так близко к ней, он знал, что она попытается. Знал… но все равно сделал это, можно сказать, своими руками отпустил пленника. Но чего он пытался добиться этим?
- Я убила твоего адъютанта, - хриплым голосом проговорила она, ускоряя неизбежное.
Ожидание неизбежного было слишком мучительным… Лучше сразу. Лучше сразу…
Вейдер лишь усмехнулся. Да, девчонка и вправду пошла далеко, сама отдавая ему победу в руки. Сейчас она была на грани – это чувствовалось. Оставалось лишь положить на ее спину последнюю соломинку…
- Ты сама сделала первый шаг к Темной стороне, - пророкотал он, признавая неизбежное. – Мне совершенно не жаль такой жертвы ради такого действия.
Лорд не сказал ничего нового. Она и сама знала, что своим действием приблизила себя к Тьме, которая сейчас покорно клубилась рядом, ожидая призыва. Но она не призовет ее, она не сделает этого. Лея знала, что если один раз сделать это, то от Тьмы невозможно будет избавиться. Она прилипнет к ней, будто вторая кожа…
- Однако, хоть адъютант и не представлял ценности, ты все равно понесешь наказание. Поднимать руку на своих союзников – недопустимо, - он сделал паузу, будто специально нагнетая обстановку.
Каким будет это наказание? Лея замерла, чувствуя, что это станет для нее последним, самым тяжелым испытанием.
- Отныне твой единственный союзник – Империя. Я хочу, чтобы ты помнила это, - Вейдер сделал шаг вперед, выпуская наружу клубившуюся вокруг Тьму. – Мадин Крикс должен быть казнен. Именно ты приведешь приговор в исполнение.
Ему было нужно видеть ее лицо. Видеть ее реакцию. Одним резким движением рука, затянутая в перчатку, протянулась вперед, поворачивая к себе отвернутое лицо. В глазах Леи плескалась плохо скрываемая боль.
Тем лучше. Она сделает это, окончательно и бесповоротно порывая с прошлым. Он позаботится, чтобы запись попала в Восстание.
Она должна, обязана быть на Темной Стороне. Он приложит для этого все усилия… Даже не потому, что она будет слишком опасна, если выберет неправильный путь. Что-то внутри подсказывало, что это не единственная причина. Было ли это желанием оставить возле себя отголосок прошлого? Или просто тонким расчетом?
Лорд не мог дать себе в этом ответа. До сих пор он не мог назвать ее своей дочерью. Это было слишком странно, слишком невозможно.
Однако, в любом случае требовалось обезопасить себя. Даже если девчонка вырвется из-под контроля, попытается спасти бывших союзников в случае опасности, они никогда не примут ее обратно.

***

Казнь была назначена на борту «Исполнителя», сразу, как главком вернется с Беспина. Пока Вейдер допрашивал остальных, пытаясь выманить любые сведения, Лея молча стояла у окна, все так же наблюдая за неподвижной дымкой. Она не слышала ни единого звука, полностью сумев отрешиться даже от Силы.
Минуты сливались в часы, превращая каждую секунду ожидания в пытку. Теперь она знала, что сопротивление было бесполезным. Урок, который ей преподали еще в тренировочном зале, был усвоен. Дать маленькую надежду, чтобы выиграть весь бой…
Если бы она не спасла Хана, Вейдер бы не заставил ее быть палачом Мадина. Лея была уверена в этом. Только-только она сумела хоть немного смириться со своим положением, но… Вейдер сумел поставить ее на место, при этом фактически не нарушая едва установившегося молчаливого перемирия.
Пока она подчинялась, он не заставлял ее делать чего-либо неприемлемого, не заставлял оставшиеся внутри пристрастия окончательно умирать мучительной смертью. Но она оказала неповиновение. Она убила его адъютанта, показывая, что жизнь повстанца для нее дороже жизни имперца. И он тут же предпринял обратные действия.
Нет, убийство Мадина не должно было быть актом возмездия. Лорд просто показал, как опасно неподчинение, чем оно чревато. Смерть Мадина была для нее всего лишь наказанием, призванным окончательно сломать, закрепить урок. Избежать этого наказания было нельзя.
Она спасла Хана. Впереди предстояла расплата за эти действия.
Лея даже не отгораживалась от холода, сгустившегося в комнате, холода, который буквально замораживал все внутри. Смысл? Сопротивление бесполезно. Рано или поздно он все равно сломает ее. Это было лишь вопросом времени, которое подошло к концу.
Наконец допрос был окончен. Новое, казалось, бесконечное путешествие по снежно белым коридорам… Пронизывающий ветер на посадочной площадке. Аккуратный, будто отрепетированный, поклон Лэндо, отдающего в Силе ядовитым ужасом.
Лея лишь равнодушно замечала это, ничуть не пропуская эмоции внутрь. Как странно… Словно находишься на льду. Один тонкий шаг, и ты скользишь, пропуская мимо все ненужное, не пуская эмоции в сердце. Было ли это скользкой дорожкой к Тьме? Может быть.
Однако, если Тьма и вправду может уничтожить всю ту боль, что она испытывала последние дни, то, может быть, так будет лучше. Лея чувствовала себя одной из тех холодных звезд, пролетающих мимо иллюминатора шаттла, поднимающего их на борт «Исполнителя». Ледяной, будто замороженный свет, который рано или поздно обратится в пыль вместе со своим носителем... Обойдет ли ее эта участь? Или ее свету суждено превратиться в полную противоположность, как говорил Вейдер, соблазняя ее преимуществами Темной Стороны?
Ярость – одно из ключевых параметров Тьмы. Нужно сражаться, используя свои низменные инстинкты. Однако, ярости в ней не было, лишь какая-то странная, высасывающая пустота. Она горько усмехнулась.
Надо же. Последняя соломинка сломала ее еще до того, как она прикоснулась к ней… Было ли это благом? Или потом боль вернется, вновь выворачивая душу наизнанку?
Огромный, толстый заслон подался вверх, приоткрывая путь шаттлу. Вновь возвращение в этот улей… Нет, она не ненавидела его. Уже нет. Лея принимала это как неизбежное. С «Исполнителя» никуда не деться. То, что должно было произойти, нельзя было отсрочить.
Молча, ничего не говоря друг другу, они прошли по серым коридорам «Исполнителя». Хан был прав, когда называл их «огнем и льдом». Совершенно, абсолютно прав… Рано или поздно один, или потушит, или расплавит другого. Пока гас лишь ее огонь, испуская тонкие, будто прозрачные, струйки дыма.
Сможет ли она когда-нибудь зажечь свой внутренний огонь вновь? Испытать что-то, кроме полного равнодушия? Вновь любопытные лица, гадающие, кем же она могла быть. Никто и никогда не видел, чтобы Вейдер уделял кому-то столько внимания. Поразительно, но некоторые наивные офицеры допускали версию, что она может быть его слабостью. Нет, ни о какой любви речи и не шло – никто не верил, что Лорд способен на подобные чувства. Но слабости были у всех. Кто-то мечтал обладать Силой, властью. Кто-то, как Вейдер, по ее мнению, мечтал обладать полезной игрушкой с потенциалом.
Лишь мысли одного человека на корабле она не могла прочитать, не могла вскрыть его эмоции. Как странно. Она проводила с Вейдером куда больше времени, чем с той же Мотмой, когда еще была в Альянсе, но его характер она не изучила ни на сотую долю. Едва ей начинало казаться, что она начала что-то понимать… все сразу же менялось, будто отражение в воде.
Наконец серые коридоры и любопытные взгляды кончились, открывая взгляду вход в тюремный отсек. Двери послушно разъехались в стороны. Штурмовики почтенно кивнули, расступаясь в стороны, открывая проход.
Еще несколько шагов… Впереди показалась аккуратная, маленькая белоснежная дверь.
- Приговор уже вынесен, - пророкотал Вейдер. – Ты знаешь, что делать.
Лея вздрогнула. Мадин не был достоин такой смерти. Он должен был погибнуть в бою, спасая своих подчиненных… как всегда мечтала она. Не здесь, не на борту «Исполнителя» в маленькой камере, не от руки бывшего союзника.
Но… она ничего не могла изменить. Лея могла лишь не допускать ошибок в будущем, чтобы избежать таких наказаний. Это было в десятки раз хуже, чем она могла себе представить, что еще раз подтверждало ее теорию…
Аккуратно, бесшумно вытаскивая бластер, она шагнула вперед. Это было нужно сделать. Нужно… Лед в груди расползался дальше, поглощая клетку за клеткой. Совсем скоро он доберется до сердца, замораживая и его…
Прикосновение к кнопке, открывающей отсек.
Медленно, будто нехотя, дверь поползла вверх, приоткрывая взгляду крохотную комнату, единственным предметом мебели, если это можно назвать мебелью, являлась кровать. На ней, ничуть не стесняясь, лежал Мадина, молча изучая потолок.
Услышав легкий шорох приоткрывающейся двери, он сел, ожидая увидеть штурмовиков, пришедших, чтобы препроводить его на казнь. Но за дверью стояли не эти бесчувственные клоны. За дверью темной тенью, распространяющей холод, стояла девушка, которую он когда-то защищал. Те же самые черты лица. Те же самые темные, почти черные глаза, так равнодушно смотрящие на мир. Увидев тогда известие, извещающее о том, что Лея являлась агентом Империи, он не поверил, вначале решив, что это подлог, инсценировка.
Но сейчас…
Лея сделала шаг вперед, заходя внутрь. Мадин невольно опустил взгляд, изучая ее. Такая холодная, будто царственная осанка. Темные длинные волосы, заплетенные в аккуратный хвост. И рука, сжимающая бластер.
Отточенным до автоматизма движением Лея подняла оружие, наводя его на Мадина. Бывший офицер Империи, ставший повстанцем. Бывшая повстанка, волей случая ставшая имперским офицером. Глупая, жестокая ирония судьбы. Уголки губ невольно натянулись в печальной, грустной усмешке.
Аккуратное, тихое нажатие на курок…
Лед добрался до сердца, сковывая его, заставляя окончательно расстаться с эмоциями, болью, которой больше просто не было места. Остатки теплых, нежных чувств, что подарил ей Хан, последние радостные воспоминания о прошлом растаяли, будто дым, оставляя за собой лишь ледяной, равнодушный расчет. Постепенно исчезали все чувства. Совесть. Любовь. Привязанности…
Сегодня Вейдер победил. Сегодня он получил то, что желал. Вот только будет ли он этому рад? Всем телом она чувствовала, что он рано или поздно вновь захочет видеть прежнюю, непокорную, но живую, огненную, а не ледяную Лею. Но вряд ли теперь можно было все вернуть…
Бросив равнодушный взгляд на безжизненное тело, Лея развернулась, делая шаг к выходу.
Молча, ничего не говоря, она прошла мимо Вейдера, даже не смотря на него. Возможно, он добился своего. Возможно, он получил то, чего хотел.
В одиночестве Лея шла вперед, замечая, что теперь встречные офицеры отводят от нее взгляд, стараясь как можно скорее убраться с пути. Теперь она не была предметом любопытства. Теперь она, как и Вейдер, излучала холод, заставляющий дрожать от ужаса.
Между ними была лишь одна разница… Отец принял Тьму в свою душу добровольно. Она – поддаваясь обстоятельствам судьбы.
Молча, не сдерживая внутренний холод, она шла вперед, похоже, не осознавая, насколько же они на самом деле похожи...
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348436 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 30 Октябрь 2015, 10:47





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Как всегда, очередная подборка музыки:

30 seconds to mars - End of All days
30 seconds to mars - Hurricane

________________

Ступив на поверхность Беспина, Лея уже знала, что сегодня произойдет. Подготовиться к такому было невозможно. Вейдер поймал Крикса Мадина.
Перед глазами невольно возникли картинки прошлого, невольно закручивая ее в водоворот. Казалось, прошла уже вечность с тех пор.
Помнится, именно Мадин заступился за нее, когда никто хотел верить в тот сумасшедший успех на Звезде Смерти. Еще бы, в одиночку похитить из тюремных застенков Звезды Смерти живого и здорового Органу! Именно он убедил их, что она не может быть имперским шпионом.
«Это не их стиль», - сказал он тогда.
Храбрый, честный Мадин, которого она всегда уважала, сейчас находился на Беспине в качестве приманки.
Вейдер давно мечтал поймать его, поймать предателя Империи. Но ему было мало одного Мадина, если существовала возможность поймать еще нескольких повстанцев.
Лея невольно содрогнулась, понимая, что такая судьба может ждать ее. Если она однажды сдастся, сломается, не сможет больше терпеть эту боль, если она убежит, он тоже бросит все свои силы на ее поимку, которая рано или поздно увенчается успехом. Тогда все, кто окажется с ней рядом в тот момент, погибнут, просто потому, что подошли слишком близко к тому, что принадлежало Вейдеру.
Именно поэтому сегодня она не должна была сломаться, показать, что ее чувства по отношению к Альянсу еще живы. Кто знает… может быть, она еще когда-нибудь сможет помочь им в критический момент, даже находясь по другую сторону баррикад.
Сойдя с трапа, Лея остановилась, с удивлением вдыхая ни на что не похожий воздух Беспина. Еще ни разу она не чувствовала ничего подобного ни на одной планете…
Сзади раздались гулкие шаги. Ни на секунду не останавливаясь, не обращая внимания на услужливо выбежавшего из приоткрытых стеклянных дверей человека, Вейдер молча шагал вперед, излучая потусторонний холод. Лея прикрыла глаза. Нет, они были здесь не для того, чтобы с наслаждением стоять у входа. Не для того, чтобы любоваться затерянным в облаках городом…
Они были здесь, потому что Вейдер наконец мог удовлетворить свою потребность в личной мести.
До боли кусая губу, Лея молча последовала за темной фигурой, изо всех сил желая провалиться под землю.
«Еще один павший в неравном бою союзник».
Мысль больно резанула, заставляя нервно сжать пальцы. Чтобы впереди не предстояло, она должна была выдержать. Нужно было заслужить доверие. Получить определенные допуски.
Окружая разум непроницаемыми щитами, Лея шагнула в услужливо открытую перед ними огромную стеклянную дверь, все еще лелея мысль о том, что рано или поздно она сможет спасти Альянс от грозной опасности.

***

- Их делегация прибудет через несколько минут, - с тщательно скрываемой дрожью в голосе объявил один из служащих перерабатывающей станции.
Вейдер ничего не ответил, лишь молча отвел взгляд от белоснежной дымки за прочным окном. Щедрый стол, который им накрыли, очевидно надеясь задобрить, остался нетронутым.
Разглядывая очередное изысканно сервированное блюдо, Лея полностью углубилась в мысли. Кого пришлют на Беспин за Мадином? Только бы не Люка. Только бы не Хана… Впрочем, если она верно понимала, как мыслит Адмирал, в Облачный Город должны были прислать коммандера, поставленного на ее место.
Чуть издали в Силе мелькнули светлые, добрые искры. Эти люди сами, добровольно шли к своей ловушке…
Мучительным до боли усилием Лея отвела ничего не видящий взгляд от тарелок, переводя его на закрытые двери. Изо всех сил она молила Силу о том, чтобы в делегации не было никого из ее друзей. Тщательно скрытая дрожь пробежала по телу, когда белоснежная дверь отъехала в сторону.
Безумно хотелось закрыть глаза, не видеть их лиц… Но она не могла. Лея знала, что Вейдер тщательно следил за ее реакцией, за ее чувствами. Это была проверка. Оставалось надеяться, что щиты, которые она заранее выставила, не дрогнут под его напором.
Лея едва заметно вздрогнула, краем глаз замечая вырвавшийся наружу зеленый луч.
Она однажды тоже допустила такую ошибку… Глупо надеяться убить Вейдера таким оружием. Слишком глупо… Ощущение дежа-вю накрыло ее, когда лазерный выстрел отразился с такой же легкостью, как когда-то отразился ее.
Но кто был способен на такое безумство? Кто был так наивен, что верил в то, что это поможет? Не в силах справиться с эмоциями, Лея бросила один короткий взгляд в сторону вошедших.
Будто каленое железо вонзилось в тело, пронзая сердце горящим, смертельно острым лезвием. Почему именно сейчас? Почему именно он?
Еще недавно она думала, что потеряла все, когда Вейдер рассказал ей правду, или, по крайней мере, толику правды.
Это было не так.
Было еще несколько частиц того, чем она дорожила. Отнимет ли их он? Лея знала – это вопрос времени. И вот сейчас это время подошло к концу.
На пороге комнаты стоял Хан, расширенными от удивления глазами наблюдая за тем, как его выстрел отскочил, будто детская игрушка…
Лея стремительно отвела взгляд, не в силах наблюдать эту картину. Однако, отрешиться от Силы, часто заменяющей ей органы чувств, было невозможно. Сила вибрировала, заполняя ее с головы до пят, каждую секунду исправно поставляя в мозг информацию о Хане.
Даже не смотря на него, она могла дать полный эмоциональный расклад чувств, которые он испытывал.
Конечно же, Соло заметил ее. Раньше он упрямо ставил под сомнение тот факт, что Лея перешла на сторону Империи, но сейчас ему было не за что цепляться. Он видел ее холодный, будто лед, взгляд, видел ее угольно-серую форму, видел, что она стоит по правую руку от Вейдера, как одно из наиболее приближенных лиц.
Отрицать что-либо было бесполезно. Сам факт того, что она стояла здесь, ясно говорил обо всем. Хан чувствовал то же, что чувствовала она, узнав правду о том, кто ее отец. Его разрывало на мелкие кусочки. Какая-то часть души мучительно умирала, оставляя за собой лишь сухую, безжизненную пустыню.
Самое страшное, что он был прав. Она и вправду продала свою мечту, продала свою жизнь Империи в обмен на жизни дорогих ей людей. Было ли это благом? Или нет?
Пытаясь сохранить нейтральное выражение лица, сохранить эту безразличную маску, Лея стояла, до боли сжимая ладони в кулак.
Нельзя давать понять Вейдеру, что Хан важен для нее, иначе он усадит его в самую дальнюю, самую неприступную клетку. Туда, где она не сможет ему помочь…
- Мадина в мой шаттл, - приказал Лорд штурмовикам. – Этих я допрошу здесь, по одному.
Белые фигуры, подталкивая пленных, зашагали прочь из комнаты, оставляя перед закрывающимися дверями лишь одного несчастного.
Лея прикрыла глаза, борясь со жгучим желанием покинуть комнату, но никому не было дела до ее желаний. Она не могла уйти, пока Вейдер не отпустит ее. Проверка должна быть пройдена до конца.
- Можешь идти, - будто читая ее мысли, произнес Лорд. – Твоя Сила еще недостаточно развита для проведения допросов.
«Причем здесь Сила?» - пронеслось в голове.
Неужели он достает из пленных сведения при помощи Силы? Это жестоко. Этой древней мощи нельзя сопротивляться. Она знала, что чем больше сопротивляешься, тем потом будет больнее…
Глубоко вдыхая, Лея аккуратно отошла от окна. Хотелось бежать отсюда без оглядки, но нельзя было показывать своей слабости. Аккуратными, размеренными шагами она прошагала к выходу, стараясь не вызывать подозрений.
Едва дверь бесшумно закрылась за ней, Лея наконец смогла позволить бесчувственной маске упасть с лица. Что делать? Она не могла бросить Хана, оставить его на верную погибель… Но и помочь ему будет слишком сложно.
Сердце шумно билось о ребра, пытаясь выпрыгнуть из груди.
Решение, решение… Где найти его? Где найти такой нужный, но такой далекий, но необходимый сейчас холодный рассудок? Ответа не было.
Делая глубокий вдох, Лея сама того не осознавая, подошла к штурмовику.
- Куда увели Соло? – грозно произнесла она, решая положиться на везение.
Продумывать план до мелочей времени не было. Требовалось действовать по обстоятельствам.
- Отсек 15, - механическим голосом произнес штурмовик, запрограммированный на подчинение любому офицеру Империи, которым, по иронии судьбы, теперь являлась Лея.
Вкладывая толику Силы в свои слова, она незаметно для семенящих мимо безразличных людей провела рукой перед темными визорами маски штурмовика.
- Я ни о чем тебя не спрашивала, - едва слышным шепотом произнесла она.
- Вы ни о чем меня не спрашивали, - покорно повторил штурмовик.
Лея сделала шаг назад, всей душой надеясь, что этого никто не видел. Что делать, если перед ней окажется не штурмовик с атрофированной волей, а живой человек, она не знала.
Где был этот загадочный отсек 15? Чтобы узнать это, пришлось бы обращаться к служащим станции, а этого Лея делать не могла. Если вдруг получится вывести Соло (а она рассчитывала именно на этот исход), Вейдер перероет все, пока не отыщет того, кто его упустил. Виновный отправится в мир иной. А вот что будет, если он узнает, что именно Лея помогла ему сбежать…
Нет, смерть ей не грозила. Да и смерть явно не входила в список самых страшных наказаний Лорда, Лея уже знала это не понаслышке. Вейдер мог сделать куда больше, чем просто убить ее. Сейчас она имеет хоть какую-то толику свободы. За ней не следят… Возможно, он хоть немного, но доверяет ей.
Однако, стоит только появиться информации, что Лея не до конца забыла, не до конца предала прошлое, все станет по-другому. Может быть, снова золотая клетка. Может быть, что-то значительно хуже. Нет предела изобретательности…
Мучительным усилием отгоняя жуткие мысли, Лея решительно зашагала вперед, полагаясь на Силу. Именно она выведет ее, именно она поможет ей.
Лея сумела спасти принца Органу со Звезды Смерти, будучи повстанкой. А уж сейчас, когда на ней форма имперского коммандера, все должно было быть куда проще.
Стараясь успокоить бьющееся, будто гонг, сердце, Лея внутри затянула старую, но от этого не менее любимую песню. О чем она была? Когда-то она знала весь текст наизусть. Сейчас в памяти остался лишь искореженный мотив…
«Отсек 15».
Даже не защищен кодовой дверью. Подозрительно. Может быть, Вейдер даже не думал, что кто-то попытается спасти пленных?
Кусая губы, Лея прошла внутрь. Охраны тоже не было. По-видимому, кодовые замки на дверях, ведущих в одиночные комнатушки, служили надежной защитой для пленников, не чувствительных к Силе.
Внезапно Лея остановилась. Приглушенное одинокое мерцание Соло сияло слева, прямо за плотной белоснежной дверью. Хан, в отличии от остальных сияющих огоньков, находился в камере один.
Внезапная догадка пронзила сознание. Так значит, именно Хан занял ее место, становясь для Вейдера лакомым кусочком, полным информации.
Да, если она сумеет спасти его, Лорд будет в бешенстве. Он перероет все, докапываясь до истины. Но выбора не было.
В открытии кодовых замков Сила не помощник. Говорят, там, где не поможет интеллект, поможет оружие. Пора было проверить эту истину. Одним резким движением Лея достала бластер. Этот выстрел решит все. Или она сумеет открыть дверь, или нет…
Пальцы сами собой нажали на курок, выпуская наружу смертельный алый луч, покорно вылетевший вперед, неся в себе опасный заряд. Через долю секунды красная вспышка растворилась, проникая в дисплей. Теперь при всем желании Лея не смогла бы ввести код - маленькое, аккуратное окошечко превратилось в раскаленную жижу, капающую на пол зловонными, горячими каплями.
«Пожалуйста. Прошу, откройся», - вновь и вновь повторяла она, неуверенно стоя около двери, готовая бежать в любой момент.
Секунды стали тягучими, будто кисель. Казалось, время замедлилось… Каждый вздох будто растягивался до немыслимых пределов. Возможно, уже прошли года. Возможно, вселенная разрушилась, оставляя за собой сплошные руины. Лишь Лея все так же стояла перед дверью, буравя ее упрямым взглядом карих глаз.
Будто поддаваясь безумному напору, белоснежный заслон пополз в сторону, открывая взгляду маленькую комнатку, в центре которой, обхватив голову руками, сидел Соло. Услышав звук отъезжающей в сторону двери, он, не оборачиваясь, встал, протягивая руки вперед, по-видимому, ожидая увидеть штурмовиков.
Однако, за дверями стояли не штурмовики. Тонкая, такая знакомая фигурка темной тенью закрывала собой проход. Руки невольно опустились, будто отрицая тот факт, что Лея способна надеть на него наручники.
- Зачем ты пришла? – тихо спросил он, отмечая, что ее лицо, по-прежнему покрывает холодная маска. Такие знакомые, теплые черты лица… их теперь не было.
Услышав его вопрос, Лея прикрыла глаза, судорожно вбирая в легкие воздух. Нельзя было показывать своей слабости.
- Отвести тебя на допрос к Лорду Вейдеру, - странным, будто искалеченным голосом, ответила она, протягивая ему наручники.
Теперь она поняла, как действовать. Имперский офицер, ведущий пленного на допрос, не вызовет никаких подозрений… Но говорить Хану о своих планах было нельзя. Соло был плохим актером. Он не сможет сыграть потерявшегося от отчаяния пленника, в этом она была уверена.
Хан нахмурился, будто оказываясь верить.
- Ты пришла отвести меня на допрос? - будто чего-то не понимая, повторил он, делая шаг вперед. – Лея, неужели все это было ложью?
Она закусила губу. Безумно не хотелось лгать. Всем сердцем Лея хотела рассказать другу правду, но понимала, что для него будет лучше, если он пока не будет ничего знать.
- У нас мало времени, - она оглянулась назад, проверяя коридор. – Лорд Вейдер ждет тебя.
Будто признавая очевидное, Хан покорно протянул ей руки. Он мог бы сейчас вырваться, ударить ее… но не мог заставить себя сделать это. Браслеты коснулись обнаженной кожи, обдавая ее металлическим холодом.
Легкий, едва слышный щелчок…
Выходя из камеры, Соло удивленно отметил напрочь сожженный дисплей. Лея, будучи имперским офицером не знала кода? Это было весьма странно. Что за…?
Не давая Хану времени опомниться, положив руку на бластер, Лея быстро зашагала вперед, едва сдерживаясь от того, чтобы перейти на бег. Хан явно не понимал происходящего…
Безумно хотелось все объяснить ему, рассказать, что она пережила. Но времени не было. Либо ты изливаешь душу, и потом его забирают на допрос, либо спасаешь и остаешься для него плохой.
Вопроса, что делать, явно не стояло. Жизнь Хана была дороже, чем ее внутреннее состояние. Молча она тащила его вперед, натянув на лицо безразличную маску, копию той, что была на ней полчаса назад.
На них никто не смотрел. Все встречные люди и инопланетяне молча отводили глаза, не в силах наблюдать ужасной для столь миролюбивых существ картины. Молча, не говоря ни одного слова, Лея, полагаясь на подсказки Силы, тянула Хана вперед, к докам, минуя коридор за коридором.
Цель была близка…
Внезапно сзади ее что-то рвануло. Соло резко остановился, не в силах удержаться от вопросов.
- И все же, что происходит Лея? На Хот прилетает «Исполнитель», ты здесь, по правую руку от Вейдера, в имперской форме… - грубовато спросил он, раздираемый на части. – Впрочем, я, наверное, зря это спрашиваю. Зря мы с Люком верили, - горько признал он.
Внезапно с лица Леи будто упала маска, открывая взгляду столь знакомые черты. В карих глазах плескалась ужасная боль. Никогда до этого Хан не видел ее в таком состоянии. Казалось, что она потеряла все, что могла…
- Тебе не нужно знать этого, - произнесла Лея, отводя подозрительно блестящие глаза в сторону.
Она просто не могла сейчас рассказать ему всего. Коммандер не была к этому готова. Едва она облечет все то, что чувствует, плотью слов, боль станет еще ближе, отбирая последние осколки сознания. Пока мысли не сформированы в слова, не сказаны вслух, они эфемерны, будто дымка над Облачным Городом. Хотелось верить, что она еще не проиграла. Хотелось верить, что она все еще остается самой собой. Но где-то в глубине души Лея знала, что она безвозвратно изменилась, еще тогда, две недели назад, сжигая мосты в прошлое.
Той, прошлой Леи Скайуокер больше не было. Та, старая Лея, увидев, что Вейдер захватил новых пленников из Альянса, сделала бы все, чтобы освободить их всех, до одного. Но новая она побежала лишь вызволять одного Хана. Новая Лея была расчетливой. В ней больше не было детской наивности.
Даже та преданность былым идеалам, за которые она была готова сражаться, с каждым днем таяла, превращаясь в полупрозрачный туман, грозящий рассеяться с минуты на минуту.
- Тебе и правда не нужно знать этого, Хан, - повторила она снова, доставая бластер из кобуры.
Доки были прямо за дверью, она чувствовала это. Красный луч вновь вырвался наружу, отражаясь на гладкой поверхности двери.
Еще один дисплей был раскрошен.
Лея замерла в ожидании, моля дверь открываться поскорее.
- Может быть и не нужно. Но я должен, - упрямо проговорил он.
Она на мгновение прикрыла глаза. Казалось, что Хан способен выслушать ее, не осуждая, казалось, что только он способен хоть немного помочь…
- Я и вправду его дочь, - тихо сказала Лея, поднимая на Соло блестящие от томящихся внутри слез глаза. – Но я никогда не предавала вас. Я не знаю, как он нашел базу на Хоте.
Лея на мгновение отвернулась, будто собираясь с силами.
- Когда начался бой, я наблюдала его с борта «Исполнителя», понимая, что не в силах ничем помочь вам. У меня был лишь один шанс, и я использовала его, - опуская глаза, проговорила Лея. – Я заключила сделку. Ваши жизни в обмен на мою.
Заключила сделку? Тогда ясно, как они сумели вывезти главный шаттл с планеты. Хан, садясь за штурвал в тот страшный день сам не верил, что это возможно. Но вопреки всему, они сумели уйти в гиперпространство прежде, чем их притянули к борту «Исполнителя».
Но зачем она пожертвовала собой, продавая себя в рабство, отдавая себя на растерзание? Ответ был на поверхности. Она не могла позволить погибнуть им, не могла позволить погибнуть ему…
Именно поэтому сейчас Лея стояла здесь. Она пыталась вытащить его. Соло оторопел.
- Какого черта ты врала мне? Я едва сердечный приступ не получил, ожидая допроса у этого монстра, - возмущенно проговорил он.
Не давая ей времени ответить, блестящая дверь наконец поползла в сторону, отрывая проход в доки. Целый поток холода проник внутрь, в коридор, вышибая из Леи весь дух.
Одним движением она раскрыла наручники Хана, освобождая ему руки. Доки были пусты, и необходимость в маскараде отпала.
- Забирай любой корабль, - спешно проговорила она. – Я пойду наверх, в диспетчерскую. Кто-то же должен открыть тебе проход…
Оставалось молиться, чтобы там никого не было. Что будет, если они столкнутся с обычным человеком, не с клоном? Хватит ли ее Силы, чтобы суметь загипнотизировать его?
Хан замер, не в силах понять того, что происходило.
Неужели настало время расстаться? Вопреки голосу разума, безумно не хотелось отпускать ее. В таких знакомых, теплых глазах плескался дикий ужас. Казалось, будто Лея живет в доме из двигающихся навстречу друг другу стен.
- Лети Хан, - в очередной раз кусая губу, проговорила она. – Передай привет Люку… если он еще верит.
Лея резко развернулась, направляясь по направлению к диспетчерской. Повинуясь порыву, возникшему где-то глубоко внутри, Соло сделал шаг вперед, хватая ее за руку. Чтобы там впереди ни было… Он будет жалеть, если не сделает этого.
Одним резким движением он приблизился к ней, заставляя выпавшие из прически волосинки взметнуться вверх, прочь от его дыхания. Хотелось чем-то ободрить, пообещать, что они смогут вытащить ее отсюда, но Соло знал, что это невозможно. Все равно, что пытаться убить Вейдера бластером.
Одним движением он накрыл ее холодные, твердые губы своими, вкладывая в поцелуй все то, что не мог сказать словами. Казалось, это длилось вечность… или секунду?
Лея была не в силах оттолкнуть его. Возможно, Хан был последним человеком, к которому она чувствовала что-то, помимо равнодушия. Что ждало ее дальше? Она нуждалась в этом. Не отдавая себе отчета, она ответила на поцелуй, раскрывая губы, пропуская его внутрь…
Внезапно чье-то тихое сияние показалось на краю Силы. Одним движением Лея оттолкнула Соло.
- Беги. Беги, пока еще есть время, - тихо прошептала она.
Хан по-прежнему оставался на месте, стараясь запомнить ее черты, за столь короткое время ставшие ему родными. Теперь он мог сказать себе правду.
Лея не была его другом. Она даже не была заинтересовавшей его девушкой. Впервые за много лет контрабандист чувствовал, что оставляет на Беспине кусочек своей души. Он готов был отдать все, чтобы остаться здесь, с ней…
- Может, мне стоит перейти на сторону Империи? – грустно усмехнулся он.
- Не думай об этом, Соло. Просто беги, или я заставлю тебя сделать это, - проговорила Лея, вновь надевая на лицо привычную холодную маску.
Рука подняла бластер, наводя его дуло прямо в сторону Соло.
- Беги, я сказала, - прошептала она.
Кидая последний взгляд, Хан наконец развернулся, быстрым шагом направляясь к ближайшему кораблю. Всходя на трап, он, не в силах сдержаться, обернулся, чтобы еще раз увидеть ее. Но Леи уже не было.
Лишь толстый заслон, ведущий в пустоту, тихо приоткрывался, даруя ему свободу.

***

Стремительно порхая пальцами по клавиатуре, Лея открывала проход. Только бы успеть…
- Подними руки, - раздался голос сзади, заставляя ее вздрогнуть.
Все же успевая нажать последнюю кнопку, она начала медленно поворачиваться к тому, кто сумел застать ее врасплох.
Прямо за спиной у нее стоял личный адъютант Лорда, сжимая в руке бластер.
- Так и знал, что с тобой дело не чисто, - злобно сверкая глазами, заявил он.
Сердце пропустило удар. Она сама подставила себя, на секунду забыв проверить Силу. Теперь был лишь один шанс.
Медленным, осторожным движением она провела рукой перед глазами адъютанта.
- Опусти бластер, - вкладывая толику Силы в слова, приказала она.
Последняя надежда разбилась на маленькие кусочки. Ее внушение вызвало у парня лишь улыбку. Он перевел бластер на пульт.
- Один выстрел, и твой ненаглядный Соло застрянет здесь, - усмехнулся он, переводя бластер в боевой режим.
Стремительным, смазанным движением, за крошечную долю секунды Лея выхватила из-за пояса собственное оружие, не раздумывая спуская курок. Алый луч на мгновение озарил пустую диспетчерскую.
Был ли это очередной шаг на пути к Тьме? Или вновь лишь спасение тех, кем она дорожила?
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348435 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 30 Октябрь 2015, 10:46





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Музыка:

30 seconds to mars - Revenge
Three days Grace - Fallen Angel
________________

Прошло уже две недели с того момента, как Альянс потерпел сокрушительное поражение у Хота. Собирая жалкие остатки выживших, каким-то чудом они успели исчезнуть, отправляясь зализывать раны.
Лею открыто объявили предателем. Но Хан все равно не верил… Она всегда слишком, даже чересчур оберегала свою веру, свои идеалы. Разве можно было поверить, что она предаст все это просто так, по щелчку пальца?
Нет, даже если она и выдала их местонахождение, здесь была причина.
- Ну не верю я Люк, не верю, - за очередной рюмкой заявил Хан, придирчиво разглядывая золотистую жидкость.
Последние дни Соло находился в глубокой депрессии. Недоделанный «Сокол» пришлось бросить на Хоте, что крайне угнетало пилота. Но это была лишь вершина айсберга. На самом деле где-то глубоко внутри Хан переживал потерю друга, который в перспективе мог стать чем-то большим, чем просто друг.
Временами он свято верил в ее преданность Альянсу, временами – сомневался, допуская, что она все-же могла передать Империи сведения.
Сейчас был день веры, тот день, в которой контрабандист утверждал, что пока не увидит Лею в имперской форме, не поверит.
Люк не пил, молча сидя напротив Хана, периодически отвешивая реплики. Он вообще перестал пить с тех пор, как они потерпели поражение, по-видимому, считая, что это его вина.
- Факты говорят против Леи, - уклончиво, как настоящий политик, ответил он.
Он тоже не знал, что думать. В том, что Лея испытывала к Альянсу искренние чувства, он был уверен. Люк слишком хорошо чувствовал ложь, чтобы сомневаться в правде.
Однако, тот факт, что Лея оказалась на флагмане под столь знакомой фамилией «Вейдер», все-же смущала его. Временами, как и Хан, он допускал мысль, что это все подлог, временами – был уверен, что их предали.
- В одном я с тобой согласен, - после некоторой паузы добавил он. – Если мы увидим ее на мостике «Исполнителя» в имперской форме, то…
Хан молча подлил себе еще виски, невидящим взглядом уставившись куда-то в одну точку.
Люк тяжело вздохнул. Он пришел сюда по делу. Альянсу был нужен тот самый несравненный контрабандист Соло. Но как сказать это другу, который казалось, разочаровался во всем? Еще подумает, что Органа заходит к нему только потому, что Соло устраивает его как пилот.
- Знаешь, налей и мне, Хан, - проговорил он тоном из серии «пошло оно все».
Соло широко улыбнулся, обнажая белоснежные зубы. Однако, это не было фирменной улыбкой Хана, улыбкой, от которой таяли все девушки Галактики. Это было ее странное, механическое подобие.
- Вот это тот Люк, которого я знаю, - радостно проговорил он. – А не тот святоша его-высочество-принц-органа.
Алкоголь щедро плеснулся в стеклянную рюмку, наполняя ее до краев. Одним движением Люк опрокинул ее.
- Знаешь, Соло… У меня к тебе дело, - робко начал он, боясь обидеть друга. Мало ли, еще подумает, что он пришел только из-за приказа…
Хан поднял ладонь вверх.
- Э нет, дружище, так не пойдет, - проговорил он заплетающимся языком, подливая новую порцию алкоголя в рюмку Органы. – Еще одну, и можешь говорить. Я тут все это время один сидел, а ты хочешь так легко отделаться?
Люк согласно кивнул. Да, в последнее время он редко заходил к Соло, вынуждая того сидеть в одиночестве.
«Так и до алкоголизма недалеко. Впрочем, может быть дело его подлечит».
Послушно выпив новую рюмку, Люк подвинулся ближе, чувствуя, как хмель постепенно завладевает его головой.
- Хан, ты нам нужен, - проговорил Органа. – Пожалуйста, возвращайся. Хватит сидеть здесь…
Соло промолчал. Что он мог сказать? Что не в силах заставить себя выйти из этой проклятой комнаты? Что не хочет видеть эти лица, которые выставят тебя на всеобщее обозрение, как врага народа, если ты сделаешь хоть что-нибудь не так?
Он помнил, как толпа, раньше так любившая Лею, повернулась к ней спиной, излучая жгучую ненависть. И ведь еще ничего не было доказано…
Да, он знал, что это глупо, сидеть здесь. Знал, что рано или поздно его вытащат отсюда, заставят работать… Зачем Альянсу лишний рот, от которого никакой пользы? Положа руку на сердце, Хан и сам знал, что бессмысленно сидеть здесь, обижаясь на Мотму и прочих.
Они сделали то, что должны были сделать – обнародовать информацию о вражеском агенте. Он был неправ. Но и они были неправы, делая поспешные выводы.
- Хан, Адмирал хочет поручить тебе важную миссию, - продолжал Люк, буравя его взглядом. – Дружище, правда, возвращайся. Мы скучаем.
Хан аккуратно закупорил бутылку, убирая ее под стол.
И вправду, хватит сидеть здесь. Своим безмолвным бойкотом он ничего не изменит.
- И что же это за великая миссия, которая должна изменить Галактику? – усмехаясь, произнес он.
Люк улыбнулся. Хан постепенно оттаивал, становясь прежним. Неужели бойкот закончен?
- Видишь ли, наш драгоценный друг Мадин оказался отрезанным в секторе Аноат, неподалеку от Хота, - заговорщически прошептал Органа. – У него сломался корабль, и он не в состоянии сам добраться до нас.
Хан невольно изобразил свою фирменную улыбку. Да неужели. Настоящее дело, вновь опасности, баланс на лезвии ножа… Он уже боялся, что навсегда застрянет здесь.
- Если я правильно понимаю, - начал он.
- Правильно понимаешь, дружище. Ты полетишь туда, спасешь принцессу, у которой сломался корабль, а затем будешь вновь лежать на ложе, пожиная справедливые лавры.
Глаза контрабандиста опасно вспыхнули.
- Я в деле, - прошептал он.

***

Алый сейбер стремительно рассек воздух в опасной близости от груди Леи, прожигая на черной форменной рубашке маленькое пятно. Она инстинктивно попыталась отшатнуться, но мышцы протестующе взвыли, в очередной опрокидывая ее на землю.
Жадно хватая воздух, бывший коммандер Альянса вновь оказалась на полу.
- Ты не стараешься, - обжигая холодом, проговорил Вейдер, деактивируя клинок. – Прошло две недели, но ты ничуть не улучшила свои навыки.
Да, в чем-то он был прав. Фехтование на сейберах никак не давалось ей. Может быть, дело было в том, что противник был слишком силен, а может в том, что Лея никак не могла заставить себя последнее время вздохнуть полной грудью. Она не чувствовала воздуха. На плечах будто находились тонны каменного груза, заставляя ее пригибаться к земле.
Она закрыла глаза, не в силах противостоять усталости. Прошло уже две недели с тех пор, как она продала себя, свою мечту в обмен на жизни друзей.
Перед глазами вновь невольно возникли картинки, которые она всеми силами не хотела вспоминать. Конец свободы, окончательный конец той Леи, которой она была.

***

Через час наконец бой закончился. Ужасные хлопки больше не взрывали сознание.
Было ли ее решение ошибкой? Возможно, да. Возможно, самой большой в жизни. Но разве можно было по-другому?.. В голове назойливым сверлом звенела одна мысль.
«Ты не сможешь усидеть на двух стульях».
Да, рано или поздно придется выбирать. Либо Империя, либо Альянс. Рано или поздно Вейдер поставит ее в бой против бывших друзей. Тогда все и решится.
В конце концов, никогда не поздно просто нажать на кнопку саморазрушения…
Лея отбросила эту мысль, будто она была заражена. Один раз она уже понадеялась на то, что сможет все закончить. Надежда не оправдалась. Она помнила свои ощущения в тот момент. Нет, на это больше надеяться нельзя.
Резким, смазанным движением, она упала на кровать, зарываясь лицом в подушки. Безумно хотелось спать, забыться, но мысли не давали уснуть.
Перед глазами мелькали картинки.
«Энакин Скайуокер перешел на Темную сторону, приняв имя Дарта Вейдера».
Этой фразой он разрушил один из основополагающих камней, на котором держалась ее вера.
Всю свою жизнь она создавала себе идеальную утопию с вдохновляющей мечтой. Лея мечтала, что рано или поздно станет похожей на отца, великим джедаем, великолепным пилотом…
Мечта разрушилась, оставляя за собой лишь пепел. Стать похожей на отца… Теперь это стало одним из ее кошмаров.
«Оби-Ван предал меня, искалечил, оставив умирать».
Было ли это ложью? Теперь она подвергла сомнению аксиому о лжи Темной стороны. Кто знает… В прошлое нет прохода, особенно теперь, когда один из участников события погиб. Былые события стали версией одной стороны, и можно было только предполагать разные версии того, что было на самом деле.
«Я согласна».
Одна проклятая фраза, которая возможно в ближайшее время окончательно убьет ее. Но не сейчас. Она будет сражаться, за себя, за свою душу, пока есть хотя бы маленькая толика силы…
Только поздней ночью, окончательно измученная, она сумела отрешиться от назойливых мыслей, впуская в сознание яркие картинки снов. На несколько часов жестокий мир исчез, уступая место миру волшебному, миру, где было возможно все. Хотелось оставаться в нем вечно, никогда не просыпаясь…
Но этому было не суждено случиться. Несколько часов спустя, дверь комнаты распахнулась, пропуская внутрь темную тень, наполняющую помещение потусторонним холодом.
- Пять минут на сборы, - приказал Вейдер, кидая на кровать темно серую, почти угольную форму.
Искалеченные резким появлением тьмы, волшебные картинки рассыпались на мелкие кусочки. Она хотела было закричать, приказать ему убраться, забирая с собой ненавистные тряпки, но вчерашние события каленым железом встали в памяти.
«Не забывай об этом. Ты продала свою жизнь в обмен на чужие».
Легкие сдавило будто тисками. Закапывая глубоко внутри истинные чувства, Лея лишь покорно что-то прошептала, убирая волосы с лица.
Вейдер вышел, но она знала, что он стоит за дверью. Это было неизбежно. Яркие сны окончательно превратились в труху под воздействием жестокой реальности. Стараясь не смотреть на угольно серую форму имперского коммандера, она натянула ее, подавляя гнездившееся внутри отвращение.
- Ты опоздала, - слова проникали внутрь, замораживая последние теплые кусочки, непонятно как выжившие внутри.
Это был «собачий день», как любили говорить ее друзья. В такие дни все валилось из рук, ломая душу на ярко сияющие, смертельно острые осколки. Ничего не складывалось, какие бы усилия ты не прикладывал…
Долгие шаги по коридорам «Исполнителя». Любопытные взгляды встреченных офицеров… Хотелось надеть маску, чтобы они не видели ее лица. Казалось, что они смеются над ней.
Повстанка, взорвавшая главное оружие Империи, теперь покорно шагает в сопровождении их кошмара, их главкома. Да, картина была бы смешной, не будь она правдой.
Окончательно добил визит в информационный отдел. Вейдер, наверное, тайно торжествуя в душе, продемонстрировал ей запись, на которой Лею Скайуокер объявляют предателем. Ее обвинили в падении Хотской базы, ее обвинили в предательстве.
Он был прав. Чертовски прав, когда говорил ей, что едва им стоит узнать о том, чья она дочь, ее единогласно признают предателем…
Последние осколок, за которой она пыталась держаться, больно резанул по пальцам, оставляя сочащиеся кровью полосы. Дорога в прошлое окончательно сгорела, растворяя крохотную надежду внутри. Позади осталось лишь выжженное поле.
Больше не было никаких чувств, никаких интересов. Полное равнодушие.
Единственным, что вызывало хоть какое-то призрачное подобие интереса, было освоение Силы. Такая близкая, она никогда не покидала ее, становясь новой мечтой, которую никто не мог отнять. Со странной, всепоглощающей жаждой Лея, затаив дыхание, училась управлять огромным, покорным океаном. Сила послушно отзывалась на каждое прикосновение, заставляя чувствовать хоть что-то кроме равнодушия ко всему.
Совсем скоро она уже могла общаться через тягучее пространство Силы, чувствовать, где сейчас находится Вейдер, слегка считывать эмоции и чувства встречных офицеров…
Однако, радоваться было рано. Увидев, что Лея легко осваивает искусство управления Силой, Вейдер приказал ей работать над этим самостоятельно, замещая одни уроки другими.
И она сделала это. Первым, что она сделала самостоятельно, была защита своих мыслей и эмоций. Неуклюже барахтаясь в собственном сознании, Лея убила на это два дня.
Затем прибавились уроки фехтования на сейберах. Хотя, уроки – громко сказано. Они просто сражались, вкладывая в бой все, что накопилось внутри.
Вейдер играючи отражал все ее атаки, слишком часто заставляя отступать. Лея действовала так, как подсказывало ей тело, как подсказывала Сила. Никакой теории.
Лишь недавно, в очередной раз получив обожженную царапину от алого сейбера, она наконец взяла в руки старый, потрепанный учебник по фехтованию, стараясь улучшить свои навыки. Однако, вновь ничего не получалось. Вейдер по-прежнему почти не давал никаких советов, лишь снова и снова откидывал ее на пол.
Может быть, этим он пытался спровоцировать ее на самостоятельные тренировки? Скорее всего, так и было. В конце концов, он победил: через несколько дней Лея просто перестала покидать тренировочный зал, входя туда рано утром, и покидая его поздней ночью. Когда Вейдера не было, она сражалась с тренировочными дроидами, вновь и вновь оттачивая, доводя до совершенства очередной прием. Если он все же приходил, то начинался очередной псевдо-учебный бой.
- Ты все так же остаешься на мертвой точке, - холодно повторил Лорд.
Легкие сжало, будто тисками. Да она не вылезает из этого проклятого зала!
Одним резким движением, задействовав Силу, Лея поднялась на ноги, мгновенно активируя меч. Волна гнева вырвалась наружу, сметая все вокруг. Вчера она наконец отработала последний прием из книги. Пора было показать, на что она действительно способна.
Выпуская гнездившееся в душе отчаяние, Лея стремительно бросилась вперед. Лезвия столкнулись, высекая горячие искры. Звук вибрации заполнил зал, но Лея не обратила на него внимания.
Резко отводя меч, она сделала шаг назад, тут же одергивая себя. Необходимо было сократить дистанцию – она была меньше, чем Вейдер. Отбивая заходящий слева алый сейбер, она бросилась вперед, пытаясь контратаковать. Расстояние между ними стремительно сократилась, оставляя Вейдера в неудобном положении.
Время замедлилось. Наконец все те часы, которые она проводила здесь, давали плоды. Отбивая очередной выпад, она заметила, что противник слегка приоткрылся. Первый раз ей предоставили шанс.
Резко выдыхая, она восьмеркой закрутила меч, нанося крученый удар. Однако, дойти до цели ему было не суждено. Слишком увлекшись боем, она не заметила, как много открыла сама. Рука, грудь, ноги оставались незащищенными. Лея сама подарила ему преимущество…
Одним сильным ударом отбивая крученую восьмерку, он остановил сейбер в миллиметре от ее шеи.
- Никогда нельзя недооценивать противника, - пророкотал Лорд. – Иногда тебе могут специально дать маленькую надежду, чтобы затем выиграть весь поединок.
Стиснув челюсти, Лея сделала шаг назад, отодвигаясь от гудящего лезвия. Говорил ли он это о фехтовании? Или… о чем-то другом?
- Ты делаешь успехи. Запомни, негативные эмоции делают тебя сильнее.
А еще открывают путь к Темной стороне силы. Он намеренно не стал договаривать этой фразы, опасаясь того, что девчонка вновь закроется. На короткий момент в ней промелькнули яркие искры, запалившие огонь. Нельзя было тушить его…
- А еще негативные эмоции могут подтолкнуть тебя к роковой черте, - тихо возразила она.
Лея часто видела, как распаленные пилоты идут ва-банк, затем теряя все. В свое время она усвоила этот урок, едва не оказавшись на краю смерти. В бою всего должно быть в меру. Ненависть и злость часто вели к переоценке способностей. Чрезмерное спокойствие тоже играло свою роль. Можно было слишком легко упустить открывшуюся на мгновение возможность.
Вейдер не стал ничего отвечать. Да, в свое время именно гнев подтолкнул его к необратимым последствиям…
Перед глазами невольно встал огненный пейзаж Мустафара. Маленькая женщина, так похожая на ту, что сейчас стоит перед ним…
- На сегодня тренировка закончена, - проговорил он, дезактивируя сейбер. – Через час жду тебя на мостике.
Темная фигура развернулась, направляясь к выходу.
Лея судорожно вдохнула. Вот он, тот момент, которого она боялась. Всеми фибрами души она чувствовала, что ей предстоит возможно самая страшная проверка в жизни.
Либо она выдержит, либо сломается без возможности к восстановлению. Впрочем… Лея итак уже чувствовала себя будто сломанной.

***

Хан аккуратно готовил неприметный, маленький кораблик, выданный Адмиралом для секретной миссии, к посадке. На лице невольно расплылась довольная улыбка.
На протяжении полета он вновь почувствовал себя на своем месте. Всеми органами чувств он знал – именно здесь, за штурвалом, ему всегда надлежало быть. Жизнь возвращалась, постепенно наполняя теплотой.
Скоро ему предстояла встреча с другом. На Беспине находился один из тех немногих, к кому Хан действительно хорошо относился, кому доверял. Лэндо Калриссиан был азартным человеком, просто обожающим саббак. Именно благодаря ему, его азарту, у Соло появился «Сокол».
Хан ухмыльнулся, обнажая зубы. То была слишком легкая победа…
- Девочки, пристегните ремни, - весело проговорил он, косясь в сторону сопровождающих. – Садимся.
Крепко обняв штурвал, Хан начал посадку. Почти полностью покрытая облаками планета внушала какое-то странное, величественное чувство. Утопающие в дымке башенки Облачного города с высоты казались будто кукольными.
Да, любоваться планетой можно было бесконечно, однако, существовали определенные цели, приведшие их сюда. Решительно отгоняя сентиментальные мысли, Соло вгляделся в плотные слои тумана, пытаясь разобрать, где посадочная площадка.
Красные огни едва были видны сквозь молоко облаков. Да, он ожидал бОльших проблем. Как оказалось, Беспин был не так опасен, как о нем говорили. Облегченно вздохнув, Хан завел корабль на посадку всего за один круг.
- Приехали, - объявил он, выпуская трап.
Едва дверь отъехала в сторону, открывая проход, холодный воздух хлынул в салон, приятно освежая легкие. Безумно хотелось выйти, вдохнуть этот характерный только для Беспина запах, но Хан сдержал порыв. Сначала нужно было проверить все системы.
Пальцы быстрыми, точными движениями запорхали по датчикам.
Тяга в порядке. Топлива достаточно. Щиты в отличном состоянии.
Вот теперь можно выключать.
Бегло осмотрев корабль на предмет опоздавших, Соло двинулся на выход, с наслаждением вдыхая такой странный, безумно приятный запах. Снаружи уже никого не было, лишь на площадке подозрительно знакомая высокая фигура выключала посадочные огни.
- Лэндо, ты ли это? – воскликнул Хан, направляясь в сторону старого друга.
Тот удивленно поднял голову. В карих глазах мелькнул огонек узнавания.
- Хан! Дружище! Я так рад тебя видеть!
Надо же, столько не виделись, а рукопожатие Лэндо осталось таким же крепким…
- Пойдем. Тут холодно, - зябко кутаясь, объяснил Калриссиан. – Говорить лучше внутри.
Хан удивленно вскинул брови. На Беспине? Холодно? Да, Лэндо явно не бывал на Хоте, если считает это низкий температурой. Однако, спорить, портить непринужденную атмосферу, установившуюся между ними, не хотелось.
- Рассказывай новости, - перевел разговор на другую тему Хан, послушно направляясь в сторону широкой стеклянной двери.
Друг пожал плечами, набирая длинный код.
Соло оторопел. С каких пор на Беспине такие меры безопасности? Неужели Империя подобралась и сюда? Да нет, быть этого не могло, иначе бы они не узнали о прилете Мадина.
- Да у меня ничего нового. Вот, завел маленькое дело. Преобразовываю природный газ, получаю за это денежки. А ты как?
Хан невольно сгорбился. Как описать то, что с ним произошло за все это время? Слов не хватало. Эпитета «плохо» было мало, чтобы описать его внутреннее состояние. Да, за время полета он стал почти прежним, но внутри по-прежнему было пусто. Странное, высасывающее чувство после трагедии на Хоте поселилось в нем, оно обгладывало все внутренности, заставляя во всем видеть подвох.
Беспин внушал какую-то скрытую опасность, понять причины которой Соло был не в силах. Была ли это паранойя? Или это внезапно проявилась интуиция, присущая всем контрабандистам?
Отгоняя неприятные мысли, он хлопнул Лэндо по плечу.
- Есть у меня одна новость, - хмуро начал он. – Я лишился «Сокола».
Калриссиан остановился.
- Не велика беда. Выиграл этот, выиграешь и другой, - сказал он, вспоминая картины былого. – Ты прекрасный игрок, Соло.
Отметив грусть, плескавшуюся в глазах Хана, Лэндо почувствовал себя виноватым. Неужели уже ничего нельзя изменить? Зачем он пошел на эту проклятую сделку…
Жизни людей, которых он никогда не знал, были так незначительны. Но когда он увидел друга, в душе невольно что-то дрогнуло.
- Пошли ко мне? – предложил Лэндо, пытаясь увести Соло из опасной зоны.
Тот упрямо покачал головой.
- Я должен забрать Мадина, - буркнул он. – Кстати, где наши?
Лэндо стремительно отвел взгляд. Он явно что-то скрывал. Но что?
«Какого черта тут происходит?»
- На экскурсии, - все так же, не поднимая глаз, ответил Лэндо.
Хан глубоко вздохнул. Лэндо врал, это было ясно, как полдень на Татуине. Будто в ответ на его мысли, доказывая то, что он неправ, из-за угла вывернула делегация Альянса. Радостно улыбающиеся, они кивнули Хану.
- Прошу вас к столу, - произнес сопровождающий в форме, которую носили рабочие на Беспине. – Время обеда.
Лицо Лэндо резко изменилось. Будто маску сняли. Беспокойство, ужас отразились на нем. Что-то ужасное должно было произойти сейчас, вместо этого обеда…
- Что такое, Лэндо? – прошептал Хан так, чтобы не услышали другие.
Калриссиан кинул на него взгляд, полный ужаса. Его явно кто-то прижал к стенке, пугая до ужаса.
- Не ходи туда, Соло. Они того не стоят.
Внезапно сознание стремительно пронзила ясная, как день догадка. Это была ловушка Империи. С самого начала они готовили им западню в расчет на то, что Альянс пошлет кого-то из руководства.
Вполне возможно, что Мадина здесь даже не было… Или же он просто служил приманкой.
Хан сделал шаг вперед. Нужно было предупредить их. Нельзя позволять открыться этой проклятой двери.
Однако, было слишком поздно…
Белая дверь бесшумно скользнула вперед, открывая проход в кают-компанию. Тьма хлынула вперед, сметая все на своем пути.
Одним стремительным движением Соло выхватил бластер, нажимая на курок. Зеленый луч покорно скользнул вперед, но рука, затянутая в черную перчатку, отразила его.
Они пропали. Ловушка захлопнулась, когда сзади послышался тяжелый звук шагов штурмовиков… Это был конец.
Соло кинул полный ненависти взгляд на равнодушную черную фигуру, будто бы пытаясь заставить ее отменить это. Но зря…
Все внутри сжалось от странной, непонятной боли, когда Хан увидел Лею в темно-серой имперской форме, стоящую чуть правее Дарта Вейдера.
Все, что говорили там, в Альянсе, было правдой. Лея была предателем, Лея была его дочерью. Он полагал, что лед не может породить огонь, но он ошибся. Темные глаза, которые всегда смотрели на него с такой теплотой, сейчас были холодны, будто ледяная поверхность Хота.
Возможно, Лея никогда и не была огнем. Возможно, под тонким слоем наигранной теплоты всегда скрывалась эта пурга.
Она даже не смотрела на него. Взгляд был будто бесчувственным, пустым. Никогда еще Хан не чувствовал себя настолько обманутым…
Леи больше не было. Ее место занял холодный, равнодушный двойник.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348434 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 23 Октябрь 2015, 15:09





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Саундтрек:

Starset - Point no return
______________


- Ну и откуда эта гайка, Чуи? – закатил глаза Хан, подбирая очередную вывалившуюся из «Сокола» деталь. – Починил говоришь?
Вуки недовольно зарычал, виновато косясь на Соло.
- И не нужно винить «Сокол», мохнатый! Плохому механику сам знаешь, что мешает, - покачал он головой, отворачиваясь от горе-помощника.
Сам чинить корабль Хан не успевал. Альянс серьезно нагружал его делами, наплевать на которые даже такой прожженный как Соло, контрабандист, не мог. В итоге Чуи чинил корабль фактически один. Лишь изредка Хан наведывался в доки, контролируя его работу. Пока ни разу после проверки он не выходил довольным – Чуи постоянно забывал что-то доделать, и в итоге весь ремонт шел насмарку.
Срок, в течении которого он должен был вернуть долг Джаббе, давно истек. Не исключено, что Охотники уже идут по его следу... С этого жирного слизня станется заказать его.
Треклятый вуки никак не мог починить «Сокол». Из-за этого поездка на Татуин снова откладывалась на неопределенный срок.
Соло было хотел передать деньги Лее, которая как раз летела на эту раскаленную сковородку, но не успел. Он вбежал в док как раз «вовремя», когда коммандер уже вылетала оттуда, оставляя за собой лишь шлейф разочарования.
Кстати говоря, о Лее. Прошло уже не два, а целых шесть дней, а от нее ни слуху, ни духу. Хан покачал головой.
Если бы она была обычной девушкой, которая не могла за себя постоять, он уже начал бы волноваться. Но в случае с ней… Лея просто задерживается, он был уверен. Возможно, что проблемы с родственниками оказались несколько большего масштаба, чем она предполагала.
Покачав головой, он подошел к лестнице, чтобы влезть на «Сокол». Нужно было досконально проверить работу Чуи. Не исключено, что та гайка, которую он нашел у трапа, не последняя.
Да какие там «не исключено». Он был уверен, что в ремонте, который проводил Чуи, куда больше осечек, чем это.
- Соло, сэр. Вас вызывает Адмирал, - внезапно прозвучал голос снизу.
Хан грязно выругался, едва не падая с лестницы от неожиданности.
«Вот же…»
Обернувшись, он спрыгнул на пол дока, поднимая пыль.
- Адъютант! Вас не учили, что подкрадываться к человеку, которой пытается держать равновесие, чертовски опасно?!
Парень шагнул вперед, пытаясь заставить Хана отступить.
- Вы опять пили, Соло, - обвиняющим тоном заявил он, поджимая губы. – Вас вызывают на собрание.
- Пил и буду пить, - нагло заявил тот.
Только потом он обратил внимание на вторую половину фразы.
«Какого…?»
Хана крайне редко пускали на столь важные мероприятия. Он не занимал высокой должности, не имел допуска к секретным сведениям, одним словом, был одним из безликого множества серой массы пилотов.
О том, что обсуждалось за закрытыми дверями, он знал лишь со слов Леи. Та всегда приходила с таких заседаний взвинченной, не в силах сдерживаться. Ее раздражала политика Альянса, политика обороны. Коммандер всегда поддерживала смелые, революционные решения, обязательно включающие нападение, а не простую отсидку в углу.
- Вас вызывают на собрание, - недовольно повторил адъютант Адмирала, про себя отмечая отсутствующий взгляд Хана.
Тот снова закатил глаза, упирая руки в бока.
- Я слышал. Когда?
- Следуйте за мной.
Прямо сейчас? Нет, он никогда не доделает «Сокол», если все будет продолжаться именно так…
«Покоиться моей голове у Джаббы на полочке», - недовольно подумал он, послушно шагая в сторону штаба.
Едва Соло ступил за пределы теплого дока, холод ледяных пустынь пробрал его до костей, невольно кидая дрожь. Планета, на которой устроили новую базу, была полной противоположностью Татуина. Сплошные ледяные пустыни, крайне низкие температуры… Единственным отличием было полное отсутствие разумной формы жизни.
Да, здесь присутствовало какое-то подобие ледяных зверюг, но все их мысли сводились к одному простому механизму выживания. Что и говорить, планета была идеальна для базы Альянса. Имперцы сюда в ближайшее время точно не сунется.
«А если сунутся, то замерзнут насмерть», - мрачно отметил Хан, поплотнее кутаясь в теплую куртку.
- Прошу вас, - проговорил адъютант, услужливо открывая Хану дверь в святая святых Альянса.
Если бы не этикет, черта с два он стал бы выслуживаться так перед этим пьянчугой.
«Пьянчуга», кинув равнодушный взгляд, прошел мимо, резко отпихивая его плечом.
- А, мистер Соло, - подняла на него деловитый взгляд Мон Мотма. – Проходите. Новости, которые мы получили, крайне заинтересуют вас.
Оглядывая пространство любопытным взглядом, Хан прошел ближе к столу. Собравшиеся руководители были крайне серьезны. В середине, на уровне глаз, ярко светилась голограмма «Исполнителя». Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что собрание было связано с Империей, в частности, личным флотом Вейдера.
Лорд загонял их в угол уже довольно долгое время, преследуя, будто загнанного зверя. Стоило только построить новую базу на отдаленной от Внутреннего Кольца планете, освоиться на ней…
- У нас крайне неприятные новости, - начала Мон, поднимая изящную бледную руку к голограмме. – Нашему информационному отделу удалось проникнуть в систему флагмана Лорда Вейдера.
И это неприятные новости? Как он и предполагал, от вечной гонки Мотма начинала потихоньку сходить с ума, если считала это неприятной новостью.
Заметив Органу, стоящего напротив, Хан подмигнул ему. После того, как они с Леей вытащили его из застенков Звезды Смерти, Люк стал по-настоящему близким другом. Изредка он заходил в доки, иногда даже помогая Соло с ремонтом. Часто они вместе выпивали, обсуждали последние новости, однако сейчас, заметив его фамильярность, Люк по-прежнему оставался сосредоточенным и холодным.
- Мы пробыли в системе всего 3 минуты, но за это время успели сделать частичную копию записей, - Мон нахмурилась. – «Исполнитель» направляется в систему Хот.
Хана будто обухом по голове ударили. Они же только закончили постройку базы! Их не могли найти за это время. Какого черта?
- Но как они сумели обнаружить нас за столь короткий срок? – будто читая его мысли, твердым голосом проговорил принц Органа.
Мотма опустила глаза. Что-то подсказывало Хану, что сейчас будет сказана та информация, ради которой его сюда пригласили.
- Они и не обнаруживали. Среди нас был агент, который знал, куда мы летим, - сжимая руки в кулаки, признала неизбежное Мон. – В процессе сканирования системы наш человек случайно отметил тщательно скрытую запись в бортовом журнале.
Мотма сделала глубокий вдох, будто собираясь с мыслями. Тысячетонная тяжесть легла на ее плечи, вдавливая в землю, заставляя пригнуться, но женщина храбро выпрямилась, сражаясь с собой. Всегда, когда веришь человеку, впускаешь его в свою жизнь, доверяешь, крайне больно осознавать, что тебя предали.
- Неделю назад «Исполнитель» находился на орбите Татуина. Через сутки после его прибытия на точку, в медицинский отсек поступил пациент, имя которого после занесения в систему было тщательно зашифровано.
Хан вздрогнул. Именно около недели назад Лея была на Татуине. Неужели она попала в плен? Вопреки здравому смыслу, внутри что-то сжалось. Соло питал к ней некую странную симпатию. Лея была первой женщиной, про кого он мог сказать, что она сможет защитить себя сама. Первая женщина, которая его зацепила своей смелостью, своим безумным безрассудством. Хан не хотел думать, что она погибла или попала в плен.
- Наш человек сумел расшифровать его. Пациента записали как… Лея Вейдер, - шумно выдыхая, наконец сказала Мон.
Раньше, пока информация находилась внутри нее, казалось, что все это эфемерно, призрачно. Она могла сказать себе, что это ложь. Однако, сейчас, складывая два и два, страшная правда окончательно представала в другом свете.
Будучи обнародованной, информация будто приобретала вес, бороться с которым было бессмысленно. Лея была предателем.
- Через три дня после поступления в медицинский отсек, ее перевели в пустующие апартаменты рядом с комнатами Лорда Вейдера. Думаю, не нужно ничего объяснять.
Хан замер. Лея Вейдер? Что за безумие? Она не могла быть его дочерью. Они были так не похожи. Будто огонь и лед…
- Соло, вы назначаетесь коммандером на место… вашего предшественника, - вмешался в разговор Адмирал, избегая упоминания Леи. - Не забудьте получить необходимые документы после…
Мотма, нетерпеливо сверкнув глазами, перебила Адмирала.
- Адмирал, вы не забыли, что «Исполнитель» идет сюда? Нам нужно срочно начинать эвакуацию. Коммандер Соло, ваша задача – вывезти нас отсюда живыми.
Хан все еще стоял, будто оплеванный. Образ смеющейся, веселой Леи невольно встал перед глазами. Она не могла быть предателем, не могла быть его дочерью… Или это все была заранее продуманная операция?
Тогда, на Звезде Смерти им слишком повезло. Они сумели убраться оттуда каким-то чудом, вдобавок ко всему прихватив собой Органу из тюремного отсека. Когда Лея появилась в Альянсе, никто не мог поверить в этот дикий, сумасшедший успех. А потом она повторила его, взорвав Звезду Смерти. Говорили, попадание в такое маленькое отверстие, которое поразила Лея, было практически невозможно.
Но она сделала это, разрушая основной инструмент нападения Империи. Зачем ей это, если она была шпионом?
Нет, Лея всегда была честной, преданной делу. Каким-то краем сознания он все еще держался за эту мысль, будто за спасательный круг в шторм.
Мягкое прикосновение к плечу выдернуло его из болезненной прострации.
- Когда начнем, друг? – прозвучал мягкий, успокаивающий голос Люка. – Мне тоже тяжело. Но боюсь, это правда.
- Для начала нужно проверить погоду, - сипло возразил Хан. – В ледяную бурю особо не полетаешь.
Мотма согласно кивнула.
- Выведите на дисплей погодные данные со спутника.
Вместо голограммы «Исполнителя» над столом повисли шокирующие сводки.
Внутри Мон все сжалось. Это был полный провал.
На базу надвигалась ледяная буря страшной силы, противостоять которой было невозможно.
Эвакуация была невозможна.

***

Лея стояла перед иллюминатором, рассматривая бесконечный звездный рисунок, когда вдруг холодные огни превратились в сияющие полосы. Разрушитель вошел в гиперпространство, оставляя за окном лишь холодный, безучастный мрак. Лея прикрыла глаза, поворачиваясь к иллюминатору спиной.
Вновь в голове всплыли страшные слова, сказанные вчера. Сегодня они уже не причиняли такой боли: оставленные ими широкие, кровоточащие раны будто онемели. Как теперь жить с этим дальше?
Нет. Вопрос нужно поставить по-другому. Как вообще жить?
Теперь у нее не было будущего. Отсюда не выбраться. Даже Хан, контрабандист, обожающий выпутываться из самых сложный ситуаций, не смог бы выйти с «Исполнителя» живым.
Был лишь один способ, выйти, закончить это заключение, но его Лея принять никак не могла. Согласиться, принять предложение Вейдера, означало поставить крест на своих друзьях. Она не сможет сражаться против них, это ясно, как полдень на Татуине. Согласие означало предательство всего, во что она верила все это время. Это было бы предательство самой себя, своих идеалов.
Этого не будет никогда.

***

Однообразные секунды сливались в минуты, минуты – в безумные часы. Безделье сводило с ума. Лея попыталась обшарить комнаты, попытаться найти себе хоть какое-то занятие, но в огромной квартире флагмана не было решительно ничего, чем можно заполнить пустоту.
Изнемогая от безделья, она начала нервно мерять спальню шагами.
Пять – от иллюминатора до кровати.
Еще десять – до крепко запертой двери, за которой наверняка дежурили штурмовики.
Всего несколько дней назад, на Татуине, она со страхом думала о плене, о том, что ее могут поймать. Она боялась стать безвольной игрушкой. Боялась, что ее будут использовать.
По сравнению с тем, что она испытывала сейчас, это было ничем. Самое страшное уже произошло. То, во что она верила, растворялось, будто под воздействием разъедающей кислоты.
Где было правильное, а где нет?
Ответа не было, и возможно не будет никогда.
В будущем была лишь одна пустота. Каждый следующий день будет походить на предыдущий. Бессчетное количество времени, которое нечем занять…
Раньше Лея отдала бы за это ничем не занятое пространство все. У нее всегда были неотложные дела, которые требовалось сделать сейчас, не откладывая на потом. Времени никогда не хватало. Она не высыпалась. Едва глаза открывались, взгляд падал на часовую стрелку, проверяя, не утеряны ли драгоценные минуты.
Теперь времени было полно, но оно проходило зря, исчезая в пустоте. Лишь упорные, злые мысли по-прежнему лезли в голову, давя, будто тысячетонный груз. Их нельзя было прогнать, отодвинуть. Когда ты ничем не занят, ты становишься беспомощным перед этим…
Лея была уверена – это еще одна изощренная пытка, придуманная Вейдером для того, чтобы она не могла отвлечься от того, что ей открылось, чтобы мысли одолевали ее, будто хищные птицы, раздирая по кусочкам.
«И все же, я не сдамся», - подумала она.
Лея подняла руки, массируя пульсирующие виски. Нужно было прогнать эти мысли. У нее отняли все, свободу, право на жизнь. Но позволять отнять свою свободу мысли, веру, было нельзя. Это последнее, что она имела в этих отдающих золотом застенках.
Внедренные картинки ушли, но на их место пришли воспоминания прошлого.
Как же она бездарно жила все это время. Ведомая лишь жаждой мести, она не замечала окружающего мира, который проплывал мимо. Мгновения проходили, исчезая в вечности, искаженные злостью, ненавистью. Сейчас было даже нечего вспомнить. Единственное событие, отдающееся эхом в вечности, послужило ее причиной нахождения здесь.
Да, она сумела уничтожить Звезду Смерти. Все считали это практически невозможным, но она доказала обратное, выпуская снаряд в миниатюрное отверстие.
Казалось бы, уничтожено оружие массового поражения. Огромное благо для Галактики.
Однако, только сейчас Лея понимала, что каждое действие влечет за собой противодействие.
Да, она уничтожила ее. Но уничтожила вместе с проклятой станцией несколько тысяч человек. Нельзя было судить их по одной принадлежности к Империи. Они не знали другой жизни, им не предоставили право выбора.
Она отняла их жизни одним простым выстрелом. В этой войне не было правых и виноватых. По сути, сражались руководства, пачкая в крови руки послушных рядовых воинов.
В каждой войне было именно так, и это противостояние не было исключением… На каждого узурпатора найдутся свои недовольные, ждущие исполнения своей маленькой утопии.
Каждый узурпатор жаждет власти. Он сделает все, чтобы удержать ее… А если не удержит, то появится новый.
Замкнутый круг, из которого невозможно выбраться. Лишь одно Лея знала точно – в той войне, что сейчас захватила Галактику, боролись не просто руководители. В этой войне боролись сами стороны света.
Ситхи воплощали собой абсолютное зло, тьму. Но были ли джедаи светом?
«Тьма всегда лжет», - говорил ей Оби-Ван. Но он тоже лгал…
Вейдер, который олицетворял в ее понятии безоговорочную тьму, монстра, призванного из пекла, пал на темную сторону из-за любви. Был ли он абсолютным злом?
На этот вопрос не было ответа. Может быть, тогда, давно, тьма еще не гнездилась внутри. Но сейчас… Сейчас вряд ли что-то подлежало исправлению. Она чувствовала, что там, внутри, под железными доспехами, скрывается человек с выжженной душой и эмоциями.
Обхватив голову руками, Лея сидела, гоняя пустые мысли из угла в угол, убивая время.
На блестящем черном полу внезапно отразились белоснежные огоньки звезд.
Наконец-то. Единственное занятие, которое хоть как то-то успокаивало, дарило надежду… Подавляя комок, теперь вечно находящийся в горле, она поднялась на ноги, подходя к прозрачному транспаристилу.
Что-то внутри оборвалось, высвобождая Лею из оцепенения.
За окном был Хот. Белоснежная планета была так близко… а на ней находилась новая база повстанцев.
На минуту Лея перестала дышать, хватая ртом внезапно испарившийся из комнаты воздух.
Нет. Этого не могло быть. Они только отстроили станцию. Ее не могли обнаружить! Не могли! Последняя надежда, державшая ее в руках, разбилась на миллиарды острых, стеклянных осколков. Сейчас там все те, кто представлял ценность для Империи. Органа. Мотма. Адмирал…
Даже Соло был там.
Один гиперпрыжок твердо и уверенно обозначил победу врага. Захват руководителей Альянса неминуемо приведет к поражению.
Лея отвела взгляд от ледяной поверхности Хота в сторону.
Последняя надежда на то, что Альянс успеет провести экстренную эвакуацию растаяла словно дым. В темноте космоса ясно вырисовывались контуры истребителей, флагманов.
Здесь была как минимум половина всего флота Империи.
Альянс не сможет сопротивляться. Они падут в этой битве. Слишком хорошо Лея знала состав войск. Даже если Восстание задействует все резервы, совершит невозможное, уничтожив «Исполнитель», им все равно не уйти живыми.
На стороне Империи был численный перевес.
Будто в ответ на ее мысли, со стороны Хота вылетели маленькие зеленые огоньки истребителей. Лея до боли сжала пальцы. Эта битва станет концом…
Проклятая война закончится, но не в пользу Альянса. Всех руководителей показательно казнят, непременно с трансляцией по холонету, чтобы устрашить оставшиеся в живых осколки Восстания. Все ее друзья непременно сложат головы в битве, которая должна разразиться прямо на ее глазах.
Вейдер собирался устроить ей голосеанс с билетом в первой ряд. Он знает, что она не сможет не смотреть. Он знает, что это окончательно убьет ее.
Кто сможет смотреть на гибель всего, что дорого, зная, что не в силах ничего изменить? Как потом жить с этим?
Хотелось отойти отсюда, не видеть этого, но тело не слушалось. Не в силах отвести взгляд, Лея видела начало закипающего боя.
Первые лазерные выстрелы окрасили космос в два цвета. Раздались первые взрывы… За стеклом беспрерывно гибли люди, и каждый негромкий хлопок, окрашивающий тьму в огненные цвета, оповещал еще об одном погибшем.
Воюют руководители. Воюют, не заботясь о судьбах рядовых. Они погибают за чье-то очередное хочу. Мало кто сражается действительно за идею…
Слезы безвольно текли по щекам. Лея даже не стирала их. Внутри росло какое-то странное, выжигающее чувства ощущение. Может быть сейчас, за плотным слоем транспаристила, на очередном x-wing, рассекая бескрайнему простору скользит Хан.
Может быть, именно его истребитель взорвался сейчас, рассыпая искры по черному бархату.
Лея закрыла глаза, делая глубокий вдох, пытаясь успокоить бушующее внутри пламя. Можно ли было хоть немного помочь тем, кто отдавал сейчас там свои жизни?
Сделка с Вейдером. Могла ли она спасти шаттл, несущий сквозь поле боя Мотму, Адмирала, Люка?
Ответ пришел мгновенно.
Да, она могла спасти их. Ее жизнь, ее свобода в обмен на жизни тех, кто был дорог. В обмен на свободу тех, кого она любила, кому была предана.
Цена была достойной… Но если она согласится, существование станет адом.
Закрыв глаза, Лея одним грубым движением стерла слезы. Решение было принято.
Несколько тяжелых, решительных шагов к двери. Стук изо всех сил, буквально разрывающий тело пополам. Никто не отвечал.
- Позовите его! Позовите Вейдера! – прокричала она в тонкую щель.
Ответом была лишь пустота. Где находилась эта комната? Находилась ли за дверью хоть одна живая душа?
Обдирая руки в кровь, Лея заколотила еще сильнее, заставляя дверь задрожать. Короткие, безумные удары.
Сколько прошло времени, пока она стояла здесь? Сколько новых истребителей пало в бою? Признавая неизбежное, Лея медленно отошла от двери. За ней никого не было. Никому и дела не было до ее решений.
Захлебываясь слезами, она сползла по стене. Смотреть в иллюминатор, на жестокую картину не было сил.
«Я согласна», - кричала она. – «Я согласна…»
Реакции не было. Лишь новые, приглушенные хлопки взрывали тишину, гулко отдаваясь в душе. Не в силах прекратить это, она изо всех сил, до ломоты в пальцах, сжала голову руками, пытаясь отгородиться от всего.
- Хватит, прошу, хватит, - прошептала она, до крови прикусывая губы.
Если он хотел сломать ее, у него получилось. Сейчас Лея была готова отдать все, что у нее оставалось.
«Пожалуйста! Я согласна!» - прокричала она, неосознанно вкладывая в безумный крик всю боль, смешанную с малой толикой Силы.
Секунды текли смешиваясь друг с другом, превращаясь в минуты. Сколько это продолжалось? Хлопки раздавались все чаще. Закрыв глаза, Лея сидела на полу, не в силах заставить себя взглянуть. Не в силах вообще сделать что-либо.
Гулкий звук шагов, отдающийся за дверью, заставил ее вздрогнуть. Раньше она замкнулась бы в себе, услышав хоть намек на приход человека, которого ненавидела. А сейчас…
Лея вскочила на ноги, кидая на дверь взгляд, полный дикой, безумной надежды, чувствуя проникающий в пространство лед.
Дверь открылась, пропуская внутрь темную фигуру.
- Я хочу заключить сделку, - быстро произнесла Лея.
Сердце забилось, стуча о грудную клетку. Не обращая внимания на внутреннюю дрожь, она сделала шаг ближе.
- Я согласна, - вновь повторила она рвущиеся наружу слова, будто боясь, что Вейдер сейчас повернется и уйдет.
Как он и предполагал, Лея сдалась, наблюдая как повстанцы терпят поражение. Сейчас она согласилась бы на любое предложение, лишь бы отсрочить их гибель, которая была так близка. Его новая тактика оправдала себя.
В ее красных, заплаканных глазах, будто угли, сверкали огоньки безумия.
- Я сделаю все, что ты захочешь, - повторила она. - Пожалуйста, позволь главному шаттлу эвакуироваться.
Вставала дилемма… С одной стороны, возможность уничтожить Альянс. С другой – девчонка, полная Силы.
«Если знаешь, что можешь получить в дальнейшем больше, чем сейчас, не раздумывая вкладывай в будущее», - учил Сидиус.
- Пожалуйста, отец, - даже не осознавая смысл произносимых слов, произнесла она.
В глазах Леи сквозила надежда. Убьешь ее сейчас – никогда не зажжешь вновь. Единственный шанс переломить ее отношение, единственный шанс поменять расстановку сил, заслужить доверие. А доверие было необходимо…
- Я сделаю это, - то ли опираясь на слова Палпатина, то ли давая слабину прошлому, плескавшемуся в таких знакомых глазах, проговорил Вейдер, оборачиваясь к двери.
Еще несколько секунд Лея стояла у двери, издали вглядываясь в темноту иллюминатора, разрезаемую яркими вспышками, чувствуя, как внутри что-то исчезает.
Медленными, будто механическими шагами она подошла к окну, пытаясь найти флагманский шаттл, стараясь не обращать внимания на лазерные выстрелы. Тот полз по самому краю неба, стараясь обойти Имперские эскадры.
Вот два ближайших истребителя рванулись вперед, и тут же взорвались, осыпая небо золотыми искрами.
Флагманский шаттл ушел незамеченным, теряясь в глубинах космоса. Вейдер видел его, знал где он, но не стал акцентировать внимание, исполняя свою часть сделки.
Теперь дело было за ней…
Горячие угли, оставшиеся от мостов в прошлое, превратились в маленькие, серые хлопья пепла.
Прошлую жизнь не вернуть… Точка невозврата была пройдена.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348269 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 23 Октябрь 2015, 15:08





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Как всегда, музыка. На этот раз очень спокойная и грустная.

1. Evanescense - My immortal.
2. Skylar Grey - I know you.
_______________


Цифры, написанные на плотной бумаге, приятно поражали.
- Свободен, - приказал Лорд, обращаясь к мнущемуся Робертсу.
Как он приказал, врач принес результат лично в руки. С ним было и вправду легче работать, чем с мисс Стафф. Робертс подчинялся во всем, опасаясь за свою жизнь.
Изобразив что-то отдаленно напоминающее поклон, врач спешно покинул кабинет, переводя дыхание за его дверью.
Адъютант Вейдера кинул на него сочувственный взгляд. Он тоже был не понаслышке знаком с чувствами, которые каждый раз приходилось испытывать всякому, кто переступал этот порог...
20000 медихлориан на клетку.
Прекрасно… Девчонка обладала той Силой, которая была у него до произошедшего на Мустафаре. То, что сделал Оби-Ван, сильно подпортило ему связь с Силой, однако, Вейдер по-прежнему оставался одним из лучших, уступая в мастерстве лишь Императору.
Если Лея выберет не ту сторону, она станет крайне опасной. Нельзя допустить ее возвращения в Альянс ни под каким предлогом. Необходимо сделать из нее союзника. Но как?
Девчонка уже продемонстрировала огромный характер, силой который было не сломать. Даже запертая в золотой клетке, она по-прежнему оставалась верной своим идеалам. Да, депрессия давила ее, но Лея все равно где-то глубоко внутри оставалась несломленной даже после громкого заявления, которое должно было разрушить ее жизнь.
Нужно было использовать другую тактику… Но какую?
- Лорд, сэр…
Вейдер поднял взгляд, осматривая вошедшего перепуганного адъютанта.
«Однозначно, он принес плохие новости».
- Говори.
Адъютант подошел ближе, вопреки всем вопящим инстинктам.
- Сэр, она ничего не ест уже вторые сутки, - дрогнувшим голосом заявил он.
Повышение, которое ему предоставил Лорд, совсем не радовало молодого адъютанта. Раньше он просто носил главкому новости, а теперь был вынужден следить за его таинственной пленницей, о которой никто ничего не знал.
- Свободен. Я сам с этим разберусь.
В очередной раз благодаря Силу, адъютант спешно кинулся на выход, радуясь, что так легко отделался.

***

- Голодовка ничего не даст, Лея, – холодно разрезал тишину голос Вейдера. – Я просто подожду пока ты окончательно не истощишь себя, а потом уложу в медицинский отсек, где ты будешь питаться внутривенно до тех пор, пока этот бессмысленный бунт тебе не надоест.
Лея, не поднимая глаз, молча продолжала катать по блестящему белоснежному столу персик. Она никогда не пробовала персиков.
Было что-то завораживающее в этой тонкой, бархатной кожице. Скайуокер уже долго размышляла, что скрывалось под ней. Какой вкус. Какая текстура.
Лея безумно хотела есть. Желудок от голода скручивало в узел уже несколько часов, но она не могла заставить себя прикоснуться хоть к чему-нибудь.
На этом корабле ей абсолютно все внушало ненависть, смешанную с отвращением. Она знала, что будет чувствовать себя потом грязной, испорченной, если попробует хоть кусочек.
Она не могла принимать пищу из рук врага. Даже если он был ее отцом…
«Нет, твой отец умер», - сказала она сама себе, обрывая невольное упоминание. – «Он умер в тот момент, когда на свет появился Вейдер, убивший в нем человека.»
Она не верила, что он беспокоится за нее, за ее здоровье. Она не верила, что внутри этой бездушной железной машины, заковавшей внутри жалкое подобие человека, может таиться что-то, кроме жажды смерти всех не покорившихся монстру существ.
- Как будто тебя это и вправду волнует… - прошептала она едва слышно, горько усмехаясь. – Я для тебя лишь игрушка. Ты играешь в заботливого отца, но на самом деле я для тебя лишь полезная вещь, обладающая Силой, вещь, у которой есть потенциал. А я никогда не потерплю к себе такого отношения! Никогда… - Лея невольно взглянула в темные визоры маски, будто пытаясь загипнотизировать то, что скрывалось внутри. – Прекрати этот спектакль. Лучше сразу просто убей меня, потому что я никогда не буду твоей ручной собачкой. Никогда.
Вейдер выдохнул. Девчонка была упряма, но не видела сути. Она не была для него игрушкой или вещью – иначе бы он просто сдал ее Палпатину для дальнейшего перевоспитания без малейших угрызений совести. Но Учитель даже не знал о ее существовании – Вейдер отлично постарался, чтобы скрыть все улики.
Как он относился к ней по-настоящему? Лорд пока и сам еще не мог этого решить. Он не хотел думать об этом, откладывая решение на потом. Она была слишком похожа на столь же упрямую женщину из далекого прошлого. Он не хотел воскрешать эти воспоминания, несмотря на то, что ее миниатюрная копия сидела сейчас перед ним.
- Что-ж, если ты так хочешь, можешь усугублять все дальше, – Вейдер развернулся одним резким движением, заставляя всколыхнуться неподвижный воздух от движения плаща.
- Ты слишком похожа на свою мать, - небрежно обронил он напоследок, не в силах сдержаться.
Лея вздрогнула.
Последняя струна, удерживающая внутри маленькие, крошечные крупицы ее спокойствия, натянутая до предела лопнула, открывая путь эмоциям, закопанным глубоко внутри.
Глаза, до этого безразличные ко всему, вдруг озарились пламенем гнева. Лея вскочила на ноги, не помня себя от ярости, не отдавая себе отчет о последствиях. Она закричала во все горло, заставляя звенеть тонкое стекло коллекционной посуды, расставленной на кухонных полках будто экспонаты.
- Да как ты смеешь?! – ее высокий голос заставил Вейдера обернуться.
Лея почувствовала ледяную тяжесть его Силы, обрушивающуюся на ее плечи, однако не вняла столь ясному ментальному предупреждению.
Неимоверным усилием она заставила себя обуздать волну гнева, продолжая говорить уже сквозь зубы, выплевывая слова словно горький яд.
- Всегда, когда мне было плохо, я звала отца. Я верила, что он найдет и заберет меня с той проклятой планеты-сковородки. Я верила, что он изменит мою жизнь. Я стремилась быть похожей на него, на моего отца-джедая. Я… – она сжала челюсти, стремясь подавить рыдания, рвущиеся наружу. – Но он умер в тот момент, когда родился Дарт Вейдер. Оби-Ван не солгал мне, он сказал правду. Ты убил его.
Выплюнув слова ему в лицо, Лея почувствовала себя опустошенной. Только в этот момент она осознала, что все это время жила глупой эфемерной мечтой, утопией. Перед глазами встали старые, потускневшие воспоминания.
«Клянусь, я отомщу за тебя, отец», - говорила она тогда.
Но сейчас это было невозможно… Тело отца было вместилищем его убийцы. Лея не могла убить одного, оставив в живых другого.
Она не сможет убить Вейдера. Где-то там внутри закопано тело ее отца, джедая Скайуокера, а не ситха. И она не сможет уничтожить эти жалкие останки своей мечты об отце.
- Ты никогда не думала, почему Темная сторона оказалась для меня привлекательнее Света? – разрезал давящую тишину механический голос.
Лея усмехнулась кривой, грустной ухмылкой. Она прекрасно знала, что служило толчком для таких, как Вейдер.
- Власть, – едва слышно прошептала Лея, констатируя очевидное. – Ты хотел власти и силы. Нетрудно догадаться.
Вейдер лишь усмехнулся, до боли натянув израненные губы под маской, радуясь, что она не может видеть его лицо.
Он знал, что она ответит именно так. Отчасти девчонка была права.
- Да, я хотел власти. Но не той, что ты думаешь. Каждую ночь я видел кошмары, как твоя мать умирает, производя тебя на свет. Каждый раз, когда я видел ее лицо днем, перед моими глазами вновь вставали все ночные кошмары. Они преследовали меня…
Несмотря на ожидания, прошлое больно резануло по сердцу.
Вейдер уже тысячу раз думал, что забыл его, что оно было тысячу раз погребено под лавиной настоящего, но это было не так. Стоило лишь раз призвать воспоминания, как они вернулись, ложась на плечи нестерпимым грузом.
- Я искал ответа как предотвратить это, я обращался к мастерам-джедаям, но они ответили мне, что я должен смириться. Что я должен позволить ей умереть. И только Палпатин предложил мне помощь, власть над смертью, объяснив, что только темная сторона может дать ее, эту власть…
Внезапно рассказ оборвался. Что он мог сказать? Что он сам едва не убил ее мать, получив долгожданную власть над жизнью и смертью?
До сих пор он думал, что прикончил ее тогда, но, когда спустя двадцать лет стало известно, что она успела родить ребенка, он понял, что Палпатин обманул его наравне с Оби-Ваном. Неизвестно еще, чей обман был страшнее.
Падме была жива, рожая Лею. Будь он рядом… Темный Лорд оборвал себя на этой мысли, не желая вспоминать ее лицо, однако оно все равно с готовностью всплыло в памяти, обнажая старую незажившую рану.
Вейдер спешно продолжил рассказ. Чтобы не оттолкнуть ее, дальше ему придется лгать, но это необходимо.
- Ты ставишь мне в вину, что я убил Оби-Вана. Но ты не знаешь всей правды, - усмехнулся он вновь под маской. На этот раз это была горькая, как татуинское лекарство, усмешка.
Лея замерла, чувствуя, что все подходит к развязке. Всем своим существом она желала, чтобы он убрался с ее порога, но какая-то чертовски маленькая частичка ее души… она хотела знать, хотя подозревала, что эта правда может поставить ее в куда более трудное положение, чем она находилась сейчас.
Сейчас она четко знала, где белое и черное, но этот рассказ мог изменить гораздо больше, чем ее мнение о Вейдере. Он мог изменить ее веру, изменить ее мировоззрение, а это легко могло привести к потере себя.
Тем не менее, вопреки голосу разума, та маленькая часть, которая хотела знать правду, победила. Одними губами Лея прошептала что-то, давая понять, что хочет услышать продолжение.
– Ты думаешь, я по своей воле хожу в этих доспехах? Для устрашения твоего любимого Альянса? Это не так. Когда Оби-Ван узнал, что я перешел на Темную сторону, он оставил меня умирать, отрубив все конечности. Я горел в лаве заживо, а он лишь развернулся и ушел…
Лея отвела взгляд.
Вот оно, вот ради чего Вейдер вдруг начал изливать ей душу. Он хотел, чтобы она перестала верить тому, что говорил ей Оби-Ван.
Вновь грязная ложь?
Не давая ей времени опомниться, уложить всю информацию на полочки, он заговорил вновь.
Лея хотела заткнуть уши, лишь бы не пускать этот яд себе в голову, но знала, что это будет абсолютно бесполезным сопротивлением. Вейдер легко сможет повторить все это в Силе, а от Силы уши не заткнешь.
Оцепенев, она стояла, не в силах прекратить эту пытку.
- Палпатин спас меня. Он нашел своего ученика на пороге смерти, и сумел сохранить ему жизнь, заточив в железный костюм. Но пока он спасал меня, умерла Падме. Она умерла при родах, как я и предвидел… - внезапно Лея почувствовала в Силе страшный гнев, однако голос Вейдера внешне оставался спокойным. – Но Оби-Ван не остановился на том, что сделал со мной. По сравнению с тем, что он сделал, Мустафар оказался лишь жалкой пародией. Он отнял у меня моего ребенка, он отнял у меня последнюю частичку Падме… По сравнению со всем, что он причинил мне, то, что я отнял у него жизнь, лишь жалкая расплата.
Когда Вейдер наконец замолчал, Лея не знала, что сказать, что думать о той жуткой истории, что открылась ей.
Невидящим взглядом она вновь уставилась в белоснежный мрамор стола, размышляя о словах Вейдера.
Какая-то маленькая часть ее души хотела верить, что она не игрушка для него, не инструмент манипуляции. Но правда, как всегда, была зарыта слишком глубоко.
Она была неопытна, чтобы читать в Силе - Вейдер был гораздо сильнее, а значит, мог легко поставить вокруг своего разума щиты, взломать которые она не могла.
Неужели Оби-Ван и вправду поступил так с Энакином? Или это уже был Вейдер? На нее накатила волна ледяного ужаса: как и предполагалось раньше, она потеряла ту черту, с помощью которой различала свет и тьму.
Безумно хотелось закричать, что это все бред, но Лея уже поняла, что это бесполезно. Когда она узнала, что Вейдер ее отец, она кричала, что это ложь, она кричала, что это невозможно, наполняя апартаменты звуком своего голоса от края и до края, заставляя барабанные перепонки дрожать от напряжения.
Лея кричала это в лицо Вейдеру, она кричала это ночью, во сне, но жестокая правда от этого никак не менялась. Скупая медицинская экспертиза подтвердила то, чему она никак не хотела верить.
В этот раз кричать Лея уже не могла.
«Я осмыслю это позже», - велела она себе, заставляя оцепеневшее тело сесть на стул.
- Ты никогда не думала, что твой Альянс может поступить с тобой также, как и Оби-Ван в свое время поступил со мной? Рано или поздно они узнают, кто твой отец. Тогда они начнут следить за каждым твоим шагом, и когда ты дашь им хоть малейший повод сомневаться в твоей верности, ты будешь казнена как предатель. Даже если ты не дашь им повода, рано или поздно тебя все равно постигнет эта участь. Они найдут повод. В лучшем случае они вышвырнут тебя, словно падаль, за порог, заклеймив как врага народа.
«Это не так».
Лея безумно хотела пошевелиться, сказать ему это, выплюнуть в лицо, но не могла. Какое-то странное оцепенение забрало ее мысли, вырывая душу.
Вейдер чувствовал ее состояние, ее смятение через Силу.
Повинуясь мысли, возникшей внутри будто озарение, он принял решение идти ва-банк. Предложение, которое изменит все…
Если Лея не согласится на него, придется предпринимать другие, более изощренные методы, а он этого не хотел. Она слишком напоминала ему Падме своей верой в то, что считала правильным. Он просто не мог заставить себя сломать ее.
Неспешными шагами Вейдер подошел к столу, за которым, сидела Лея, уставившись в пустоту. Он понимал, что она по-прежнему верна своим идеалам.
Но Вейдер сделал главное – ее идеалы пошатнулись. Теперь не было окончательной границы между светом и тьмой.
Скорее всего, этой ночью она не будет спать, обдумывая все, что он рассказал ей. Она будет осознавать и раскладывать все по полочкам, стремясь восстановить внутри себя те четкие границы, которыми обладала.
Однако, этой ночью она не будет обдумывать то предложение, которое он сейчас хотел вынести на обсуждение. Это совершенно устраивало Темного Лорда. Достаточно лишь того, что она будет знать, что такой вариант существует.
В момент, когда Лея будет готова, она сможет его принять.
- Рано или поздно ты все равно перейдешь на сторону Империи, но я все равно хочу сделать тебе довольно щедрое предложение. Ты продолжишь свое обучение азам Силы под моим руководством, перейдешь на сторону Империи. Взамен я клянусь, что не стану использовать те сведения о Восстании, которые у тебя есть. Более того, я не буду заставлять тебя предать эту информацию огласке.
«А рассказать ей есть что», - понимал Вейдер. Девчонка была коммандером, а значит, знала очень многое. Именно поэтому тогда на Татуине она приставила себе к виску бластер. Он чувствовал, что ей руководит не ужас, не малодушие.
Лея боялась лишь за Восстание, которому могла навредить информация, которой она обладала. Она всегда боялась стать игрушкой с промытыми мозгами, но уже являлась ею по иронии судьбы.
Руководители ее драгоценного Восстания неплохо промыли ей извилину за извилиной, оставляя там лишь глупую преданность идеалам. Оби-Ван тоже постарался, внушив слепую ненависть по отношению к нему.
Вейдера это не задевало – он знал, что рано или поздно она все равно станет тем, кем ей предназначено быть.
Рано или поздно она все равно поймет, как к ней относятся повстанцы. Тогда она сама принесет ему эту информацию, моля о отмщении.
- Подумай хорошо. Я не буду делать такое предложение во второй раз.
Лея подняла голову, будто пытаясь что-то сказать, однако ее глаза говорили за нее. Девчонка все еще ненавидела его, но уже не так сильно, как раньше. Больше всего сейчас она ненавидит его предложение, боясь, что может принять его.
Говорили ли это ее упрямые глаза или Сила? Ответа на этот вопрос не было.
Вновь всколыхнув воздух плащом, Вейдер повернулся и направился к выходу, понимая, что уже сделал все, что мог.
Теперь Лее останется лишь хорошенько подумать, а затем принять решение. И она сделает это, как только узнает, куда направляется разрушитель.

***

Едва Вейдер покинул комнату, странная, пугающая пустота вдруг образовалась в груди, высасывая из нее все оставшиеся крупицы надежды. Пока он находился здесь, она просто не имела права показать свою слабость, но стоило ему выйти…
Каждое слово, произнесенное Вейдером с таким нарочитым спокойствием, било ее, словно плетью, заставляя пустоту в груди разрастаться, захватывать все больше пространства.
Внутри себя она срывалась на крик, убеждая себя, что это все ложь. Она требовала ответа от погибшего Оби-Вана, требовала ответа от самого Бытия, однако проклятая дыра лишь разрасталась, захватывая все больше и больше жизни.
Не в силах убрать эту пустоту, Лея изо всех сил обняла себя руками. Пальцы протестующе заныли, но эта боль была благом - она отгораживала ее от того страшного, высасывающего чувства внутри.
Одним резким, смазанным движением Лея поднялась на ноги, так же резко шагая к иллюминатору, своему личному окну в космос.
За толстым слоем транспаристила медленно проплывали маленькие, тусклые огоньки звезд. Разрушитель не был в гиперпространстве, иначе за окном была бы лишь черная, зияющая пустота.
Лея была благодарна этому. Звезды успокаивали, они дарили надежду. Внезапно она почувствовала себя маленькой, невесомой песчинкой в этой огромной вселенной.
Столько планет… Каждая вторая из них обитаема, и на ней живут миллионы, миллиарды живых существ. У каждого из них свои проблемы, свои чувства. Один мечтает о любви, второму не хватает денег, третий только растет, и самой большой его бедой является обожжённый палец…
Рано или поздно все эти звезды рассыплются в пыль, порождая новые. Пройдут миллионы лет, и ни об Империи, ни об Альянсе никто не вспомнит.
Но сейчас… Сейчас все эти планеты находятся под властной, грозной рукой Империи, и лишь Альянс сдерживает ее размах власти.
Альянс… Как много скрыто для нее в этом слове. Именно там она осознала свое место в жизни, именно там она нашла своих друзей. Интересно, как они там?
Чем сейчас занимается Хан, что делает Люк?
Внутри невольно подняли голову застаревшие, болезненные воспоминания. Первая встреча с врагом лицом к лицу. Гибель Оби-Вана… Тогда они с Ханом спасли принца Органу из тюремных застенков Звезды Смерти, поплатившись за это возможно последним джедаем в Галактике.
Тогда она впервые увидела Вейдера и возненавидела его еще больше. Он убил Оби-Вана одним взмахом алого сейбера. Была ли это месть или долг?
Неужели Оби-Ван и вправду покалечил ее отца? Или он уже не был Скайуокером на тот момент?
Одни вопросы, и никаких ответов.
Лея чувствовала себя парализованной. Она не могла разжать пальцы, которые до синяков стискивали руки, она не могла заставить себя произнести хоть одно слово.
Идеалы рассыпались, крошась в лунный песок, и вместе с ними уходила ее жизнь, ее индивидуальность.
Неужели все это правда?..
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348268 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 23 Октябрь 2015, 15:06





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Как всегда, музыка:

1. Starset - Telescope
2. Within Temptation - Lost (по смыслу вообще один в один к концу главы. По атмосфере - именно припев очень подходит).

___________


Охота подходила к концу. Зверь был загнан в клетку без единого шанса спастись. Некуда бежать. Бесполезно сопротивляться.
Послушные велению, щупальца, сотканные из тьмы, поползли в пещеру, распространяя ужас и страх, пытаясь найти и уничтожить слабую цель.
Внутри, вопреки ожиданиям, не было ничего, кроме боли. Ни малейшего поветрия страха или ужаса, только боль, которая старательно загонялась в самый дальний угол сознания.
- Подготовьте меддроида, - приказал он, окатывая окружающих новой порцией холода.
Девчонка была нужна живой, иначе бы он просто взорвал ее истребитель при подлете на орбиту. Нет, у него были другие планы… Уничтожить физически – слишком просто. Еще один урок от Палпатина.
«Пора закончить охоту», - решил он, начиная подъем по песчаному склону.
Осматривая пещеру, Вейдер ожидал увидеть все что угодно – даже скрюченную в самом темном углу фигуру. Однако, вопреки всем его ожиданиям, Лея, подавляя боль и страх, стояла прямо напротив, вытянув в руке бластер.
Зеленый свет молниеносно вырвался наружу, освещая все темные уголки. Не давая ни малейшей форы, Вейдер выбросил вперед руку, отражая смертоносный луч будто детскую игрушку.
Одним резким движением девчонка подняла бластер, прижимая его к виску.
Покончить с собой? Сильный поступок. Мало кто на это способен… Было видно, что она рассчитывала на этот исход, если все повернется не в лучшую сторону.
Краем сознания Вейдер направил Силу к бластеру, заставляя тот дать осечку. Громкий, механический щелчок разорвал тишину пещеры. На короткое мгновение в глазах Леи отразилась паника.
«Затея провалилась», - усмехнулся Вейдер. – «Ну и что же ты будешь делать дальше, маленькая повстанка?»
Буквально через секунду бластер полетел на пол. В упрямых глазах родом из далекого прошлого промелькнула безумная искра.
Ярко-голубой свет осветил камень, открывая взгляду такой знакомый меч из полузабытого былого. Девчонка знала, что не выйдет живой из такого поединка. Она знала, что сопротивление бесполезно, но все равно сопротивлялась, прилагая к этому все свои силы.
Может быть, она рассчитывала, что Темный Лорд убьет ее? Нет. Слишком просто…
Без всякого крика, она молча бросилась вперед, руководимая страшной, дикой ненавистью.
«Ненависть – кратчайший путь на Темную Сторону. Неужели этого тебе не говорил Оби-Ван?» - холодно отметил Вейдер, автоматически парируя удар алым лезвием.
Лея покачнулась, но напала снова, не усвоив урока. Лорд оттолкнул ее, одним коротким, сильным взмахом парируя удар.
«Слаба физически», - отметил он, наблюдая, как Лея отлетела к противоположной стене, ударяясь об нее с глухим стуком.
По грязной, перепачканной тунике медленно расплывалось багровое пятно. Очевидно, удар был слишком сильным… Девчонка упрямо поднялась на ноги, кидая безумный взгляд на своего противника.
Пошатываясь, она сделала несколько шагов вперед, пытаясь изобразить что-то, отдаленно похожее на боевую стойку. Смешно…
Вдруг ее тело сотряс сильный приступ кашля. Пошатываясь, Лея аккуратно прикрыла рот, все-же не собираясь опускать меч. Краем взгляда Лорд отметил, что ее ладонь покраснела от крови.
Пальцы разжались, выпуская последнее оружие защиты. Уже без сознания, она начала заваливаться вперед, прямо на алое лезвие.
Одним быстрым движением Вейдер отвел клинок, убирая его на пояс, параллельно подхватывая бессознательное тело левой рукой, не допуская окончательного падения.
Охота была окончена. Зверь был затравлен.
Аккуратно, чтобы не допустить очередных повреждений, Лорд подхватил маленькое тело, направляясь к выходу из пещеры.
Струйка крови изо рта стекала по бледной щеке, пачкая черную перчатку.
«Нужно сделать анализ на медихлорианы», - отметил Вейдер.
На выходе уже стояли носилки, сопровождаемые меддроидом.
- R9, ампулу, - приказал Лорд, переложив бесчувственное тело на плотную ткань, постепенно окрашивающуюся в багровый цвет.
Дроид послушно протянул ему стеклянную емкость. Капли крови, скатившейся в колбу с черной перчатки, было достаточно для дальнейшего анализа.

***

Медицинский отсек «Исполнителя» буквально кишел дроидами. Нечасто им удавалось поработать – хозяин не любил брать пленников, а если брал, то предпочитал смерть лечению.
Маленькая девушка-врач бегала по белоснежному кабинету, оборудованному по последнему слову техники.
Пациентка, которую ей привезли с Татуина, была на грани смерти. Сломанное ребро пробило легкое, заставляя захлебываться в собственной крови. Отдавая резкие команды дроидам, женщина следила за ходом операции. Ребро следовало вернуть на место, собрав по кусочку, а затем зафиксировать его специальными спицами.
Оточенными механическими движениями дроиды аккуратно ставили на место каждый новый кусочек, извлеченный из пробитого легкого на место, склеивая единую картинку.
Наконец сложная операция оказалась позади. Воткнув капельницу, мисс Стафф позволила себе сесть, отрешаясь от проблемы.
Ей было жаль маленькую девушку, которую она сейчас собрала по кусочку. Начальник был жестоким. Особо ценных пленников он лечил, а потом вновь они попадали сюда, покалеченные еще сильнее, чем раньше… Снова и снова, они проходили этот круг, пока не давали ему то, ради чего оказались здесь.
Не хотелось думать о том, что этой девушке была уготована такая-же судьба.
- Доложите, - раздался ледяной голос сзади.
Мисс Стафф подскочила от неожиданности. Она не слышала, как раздвигались двери, не слышала звука тяжелых шагов. Голос Вейдера прозвучал неожиданно близко, окатывая порцией ужаса.
Борясь с нервной дрожью, доктор резко встала, поворачиваясь к главкому.
- У нее было пробито легкое, что осложнило реанимационные действия, - осторожно произнесла она. – Также мы подлатали мелкие раны. Сейчас жизнь пациента вне опасности.
Механическое дыхание размеренно звучало снова и снова, заполняя помещение потусторонним холодом. Прошло несколько секунд, прежде чем она решилась задать свой извечный вопрос.
- Я… должна сделать запись в журнале? – голос невольно дрогнул в ожидании вердикта.
Тех, кому не планировалась предоставлять долгую жизнь, в журнал не записывали. А вот ценных пленников…
Стафф даже не знала, какова участь была уготована той девушке, распростертой на операционном столе, который уже был переоборудован в мягкую кровать. Вопреки всем законам, она прониклась к ней какой-то странной, дикой для бездушного врача симпатией.
- Если вас интересует ее судьба, не могу сказать ничего утешительного, - холодно объявил Вейдер, делая шаг по направлению к телу, сливавшемуся с белыми простынями. – Все зависит от нее. Впрочем, в любом случае, это будет довольно долгий срок.
Лорд не рассчитывал, что девчонка сдастся слишком быстро. Она была упряма, а значит, работать придется дольше.
- Можете сделать запись, если хотите, - наконец вынес вердикт он.
Мисс Стафф облегченно вздохнула, наконец находя повод отойти подальше от черной фигуры. Командующий вселял в нее ощущение дикого ужаса, как и во всех остальных своих помощников. Но в отличии от них женщина хотя бы пыталась как-то бороться с этим ощущением, а не сидела, свесив лапки. Каждый раз вынужденная наблюдая плоды его зверств, она постепенно начинала ненавидеть этого человека. Если конечно он был человеком, а не монстром, посланным прямиком из пекла.
- Под каким именем мне сделать запись? – задала она дежурный вопрос внезапно окрепшим голосом.
- Лея… - главком на мгновение замялся.
Скайуокер? Нет. Она больше не была Скайуокером – эта фамилия должна быть похоронена в знак того, что путь назад обрезан. Он оставил ее меч, ее бластер, ее робота на Татуине. Фамилия тоже должна была остаться там навсегда.
- Лея Вейдер, - растягивая губы в болезненной улыбке, пророкотал он.
Девчонка ненавидела его, он знал это. Теперь каждый раз, когда ее хоть кто-нибудь назовет по имени, она будет испытывать боль, осознавая свое родство. Не пройдет и дня, чтобы ей не напомнили об этом.
Мисс Стафф замерла, будто громом пораженная.
Нет, это определенно был не человек. Внутри грубой телесной оболочки сидел монстр, демон из самых страшных кошмаров.
Сердце пропустило удар.
- Вы… сделали это со своей дочерью? – сипло произнесла она, не отдавая себе отчета в происходящем.
Холод, окружающий ее, обжег, заставляя замолчать. До этого женщина успешно боролась с ним, но теперь он приобрел огромный масштаб, снося все вокруг.
- Да, мисс Стафф, я сделал это, - прозвучали стальные нотки. – И сделаю еще раз, если сочту нужным.
Тьма сгущалась, запуская свои щупальца внутрь, выворачивая ее наизнанку.
- На этом корабле есть еще один врач?
Животный ужас накрыл ее с головой, обнажая дикую, обжигающую холодом энергетическую удавку, непонятно откуда возникшую на шее.
- Есть... – просипела мисс Стафф, понимая, что лишь правильный ответ может спасти ее от незавидной участи.
Руки сами потянулись к горлу, силясь убрать ледяной узел с шеи. В глазах темнело. Казалось, ради одного вдоха можно было продать душу. И все-же холод не исчезал, поглощая ее целиком… Тьма настигла ее, накрывая с головой.
«Ответ неправильный».
Даже не глядя на тело, распростершееся на полу, Вейдер перешагнул через него, забирая со стола бывшего доктора планшет с записями.
Пара щелчков, и в кабинет влетел аккуратный, черноволосый парень.
- Отныне пациентов лечите вы, - безапелляционно заявил Лорд, с удовлетворением отмечая ужас, гнездившийся внутри нового врача.
Страх наилучший помощник в работе с персоналом. Слишком многое он позволял Стафф.
Не раз Вейдер чувствовал гнездившуюся в ней неприязнь по отношению к нему. Плюс ко всему, женщина симпатизировала раненым, покалеченным повстанцам, частенько оказывавшимся на ее операционном столе.
Лорд слишком многое спускал ей с рук, и теперь эта мерзкая собачонка оскалила свои зубы, не боясь надвигающейся расплаты.
- Надеюсь, вы не повторите ошибок своего предшественника, - проговорил он, обращая внимание на то, как парень широко открытыми глазами смотрит в сторону трупа мисс Стафф. – Ваше имя?
Титаническим усилием врач наконец оторвал взгляд, переводя его в сторону главкома.
- Доктор Робертс, - вытягиваясь по струнке, проговорил он.
У молодого доктора явно был потенциал. В Силе он не излучал жалости по отношению к бывшему врачу. Он боялся повторить ее судьбу, но вопреки голосу рассудка, желал выслужиться. С ним работать однозначно будет проще…
- Сделайте запись в журнале. Лея Вейдер.
Лорд подошел ближе, заставляя Робертса отступить назад.
- Я хочу, чтобы она находилась под действием любого наркотика до окончания реабилитационного периода.
Учитывая ее склонность к саморазрушению, Вейдер никак не мог исключить попытку побега. Убежать с «Исполнителя» она конечно не сумела бы, а вот новых травм получила предостаточно.
Чем скорее она поправится, тем лучше. Бесчувственное тело не внушало особого энтузиазма.
- Так же я хочу, чтобы вы сделали анализ на медихлорианы, - Лорд осторожно протянул стеклянную ампулу. – И сравните это с моим ДНК. Распечатку лично мне в руки.
Анализ на ДНК был бесполезен; Вейдер знал это. Сила буквально кричала, что лежащая на столе девушка не была просто его однофамильцем.
Однако, когда ей станет известно, что человек, которого она страстно желает убить, ее отец, девчонка наверняка станет отрицать это. В этот момент он любезно выдаст ей бумажку с результатами медицинской экспертизы, отметая все сомнения.
Единственным, что и правда интересовало Темного Лорда, являлся анализ на медихлорианы.

***

Едва Вейдер вышел из отсека, Робертс осел по стене. Происшествие с мисс Стафф напугало его. Напугало – мягко сказано. Парень задрожал, кидая взгляд в сторону трупа.
- Кто-нибудь, - едва слышно выдохнул он. – Кто-нибудь, уберите это, пожалуйста.
Из двери, чеканя шаг, появились два штурмовика. Молча кивнув, они аккуратно взяли мисс Стафф за руки.
Парень прикрыл глаза, не желая наблюдать жуткой картины. Когда через минуту он пришел в себя, вокруг все было чисто. Ничего не напоминало о произошедшем, однако доктора все равно немного тошнило.
Глубоко вздохнув, не в силах справиться с эмоциями, он вышел из комнаты.

***

Вопреки всем ожиданиям, боли было куда меньше, чем в пещере Татуина, а вот тьмы...
Тьма в Силе вокруг была будто осязаемой. Казалось, стоит только протянуть руку, и ты сможешь ощутить ее. В этом месте не было ни единой искорки света - даже ее собственная Сила была подавлена под действием этой ледяной темноты. Казалось, будто на грудь положили огромный, весом в несколько тонн камень.
Лея чувствовала себя похороненной заживо.
Голова была будто ватной от обезболивающих. Лея была не в силах сопротивляться ужасу. Сейчас он поглощал ее целиком, прогрызая в районе груди кровоточащую дыру. Не в силах избавиться от этого ощущения, она распахнула глаза, стремясь вырваться из-под неподъемного гнета.
Все вокруг было белоснежным, никак не укладываясь с внутренним состоянием. Казалось, будто она попала в самое логово ада.
Одним резким движением Лея села, осматривая окружающее пространство.
Белые стены. Начищенный до блеска белый пол. Белые потолки. Белая простыня. Хотелось кричать. Кого они рассчитывали обмануть этим маскарадом?! Все это казалось каким-то неправильным.
У сгиба локтя легонько кольнуло.
Капельница.
Брезгливым движениям Лея выдернула иголку из руки, осматривая совершенно пустую комнату. По-видимому, за ней даже не наблюдали. Бессознательное тело, что ж за ней наблюдать…
Аккуратным, тихим движением коммандер откинула простыню в сторону, спуская ноги на пол.
Кафель был теплым, приятно согревая кожу стоп.
Да, золотая клетка была прекрасно оборудована, однако, не становилась от этого милее. Внутри все визжало, уговаривая, моля бежать отсюда, бежать, куда глаза глядят, однако, планам видимо было не суждено случиться.
Едва Лея окончательно перенесла вес на ноги, выпрямляясь в полный рост, те предательски подогнулись на скользком полу.
Новая вспышка боли в сломанном ребре окутала ее с ног до головы, накрывая темнотой.

***

«Еще чуть-чуть, и точно иду», - вновь проговорил себе Робертс, изо всех сил сжимая наполовину пустую рюмку с виски. Чем еще успокоить растрепавшиеся нервы, он не знал. Виски в малых дозах было идеальным вариантом – резко прожигая желудок, оно возвращало голове способность мыслить, убирая нервную дрожь.
Залпом допивая огненный напиток, Робертс с шумом поставил рюмку обратно на полку.
- Приступим, - пробормотал он, открывая двери кабинета.
В следующий момент он почувствовал дикий, животный ужас. Первый же приказ Лорда Вейдера был нарушен: девушка валялась на полу после неудачной попытки побега.
Шумно выругавшись, Робертс активировал несколько меддроидов, укладывая бесчувственную Лею обратно в кровать.
Пытаясь подавить нервную дрожь, парень бросил осторожный взгляд в сторону спицы, и едва не взвыл - та была серьезно смещена. Теперь придется снова оперировать…
«Если Лорд узнает, мне конец», - пронеслось в голове, пока Робертс вкалывал в вену Леи наркотик, щедро смешанный с обезболивающим.

***

Через три дня Лея была полностью здорова. Робертс, которому тонко намекнули, что еще один прокол может поставить крест на его карьере и не только, приложил все силы к тому, чтобы опасная пациентка выздоровела как можно быстрее.
Все время, пока она лежала в мед отсеке, врач щедро вкалывал Лее огромные дозы наркотика, послушный приказу Вейдера.
Когда через три дня девушка покинула мед отсек на грави-носилках, Робертс, приговаривая очередную бутылку виски, наконец смог вдохнуть полной грудью. Молитва Силе о том, чтобы Лея никогда больше не возвращалась сюда, под его присмотр, была произнесена уже после первого стакана.

***

Последним, что Лея помнила, был скользкий, предательский пол медицинского отсека.
Раскрывая глаза, она сжалась в комочек, ожидая новой обжигающей вспышки боли, разрезающей сознание. Вопреки всем ожиданиям, ее не было, как не было вокруг и осточертевших белых больничных стен.
Коммандер села, удивленно озираясь.
«Сколько же прошло времени?» - задала она себе невольный вопрос, оглядывая окружающее пространство.
Полностью вылеченная, она оказалась в худшем из своих кошмаров. Больше всего в жизни Лея боялась оказаться связанной по рукам и ногам, остаться беспомощной, но то, что ей приготовила Империя, было куда хуже.
Золотая клетка окружала ее со всех сторон, вызывая мерзкое ощущение тошноты.
Она находилась в огромной, как вся ее квартира на «Доме-1», комнате. В этот раз ее уже не пытались обмануть белоснежными тонами – большая часть пространства была выполнена в темном. Первым, что бросалось в глаза, оказалась огромная, черная двух-спальная кровать, на которой она лежала. Шелковое белье приятно льнуло к коже, однако Лея отбросила его в сторону пренебрежительным движением.
Все здесь внушало чувство отвращения, вся комната была мерзким воплощением фальши.
Коммандер встала с кровати, равнодушно отмечая, что даже последнюю одежду, у нее тоже отняли, заменив на аккуратный иссиня-черный костюм.
Не в силах справиться с бушующими эмоциями, она подошла к единственному предмету интерьера, который не внушал отвращения.
Огромное, во всю стену, транспаристиловое окно завораживало, заставляя забыть обо всем. Никогда еще Лея не видела такой красоты. Миллиарды, нет, мириады звезд нежно мерцали разными оттенками серебристого.
«И ведь на большинстве из них есть жизнь», - подумала она, осознавая себя маленькой песчинкой в бесконечном океане.
У каждого существа, населяющего эти звезды, есть свои эмоции, свои воспоминания, своя история. Каждый по-своему уникален.
Вселенная была огромна. И вся подчинена ненавистной Империи.
«И твоя жизнь теперь тоже принадлежит ей».
Мысль возникла будто ниоткуда, заставляя сердце болезненно сжаться. Лея прижала руки к лицу, силясь подавить подступающую панику. Никогда еще тьма не была так близко. Никогда еще она не находилась так близко к своему концу.
Нет, не к тому концу, что обычно заканчивает жизнь - на этом лезвии она балансировала с тех пор, как перешла на сторону Альянса. Тот конец, к которому она приближалась сейчас, был куда хуже биологической смерти. Она знала, что ее будут ломать, отнимая все, что дорого, по кусочку. А потом, когда она сдастся, расскажет все, что интересует Вейдера… Тогда возможно все закончится.
Хотя, кто знает… Может быть, она будет слишком интересной игрушкой, и ее оставят даже после.
Все черты ее характера, все личные качества подверглись испытанию.
Любовь к свободе обернулась неволей, гордость грозила обернуться страшным пленом. Всегда она боялась стать игрушкой, которой будут вертеть, как захотят. Безвольной игрушкой, не понимающей планы хозяина…
В горле невольно сжался комок. Одного они не смогут отнять никогда. Ее души. Что бы не случилось, она всегда останется при ней.
Что бы ей не приготовило будущее, она постарается сохранить самое главное - себя.
Открывая глаза, Лея вновь увидела равнодушные огоньки звезд, сияющие холодным светом. Маленькая слезинка скатилась по щеке, но она сразу же стерла ее, не желая показывать слабости. За ней наблюдают, она чувствовала это спиной.
Каждое движение анализируется, каждый вдох…
Тонкий, почти бесшумный звук открывающейся двери заставил ее выпрямиться. Тьма вновь сгустилась вокруг, прощупывая, заставляя испугаться...
Механический звук дыхания самого ненавистного существа в галактике наполнил комнату. Стремясь показать свое презрение, свое равнодушие, Лея не стала поворачиваться к Вейдеру лицом. Она осталась на месте, по-прежнему изучая рисунок звезд.
- Любое сопротивление бесполезно, - раздался ледяной голос.
Борясь с подступающим страхом и ненавистью, Лея прикрыла глаза, делая глубокий, успокаивающий вдох.
- Почему я здесь? – тихо спросила она, удивляясь, как спокойно прозвучал ее голос.
- Потому что я решил оставить тебе жизнь.
Лея сжала челюсть. Нет, ее не интересовали те причины, по которым она еще была жива. Куда более остро стоял другой вопрос.
- Почему я здесь? Почему не в тюремном отсеке?
Лорд сделал пару шагов вперед. Необходимо было сломать все ниточки, которыми девчонка цеплялась за прошлое. Обезглавить его. Аккуратно, по кусочкам…
- Оби-Ван лгал тебе, - медленно, растягивая слова, произнес он.
В Силе полыхнул гнев. Упрямо сверкая глазами, Лея резко обернулась.
- Не смей говорить мне об Оби-Ване, - чеканя слова, презрительно проговорила она. – Не смей играть со мной.
Вейдер ухмыльнулся, делая еще один шаг вперед. Какое знакомое упрямство. Какое знакомое сопротивление… Миниатюрная копия давно позабытого призрака из прошлого.
- И все-же Оби-Ван…
- Не. Смей. Говорить. Об. Оби-Ване, - вновь повторила она, делая акцент на каждом слоге. Казалось, каждый звук был пропитан плохо скрываемой злостью и презрением.
Лея из последних сил сдерживала себя от эмоционального взрыва. Казалось, еще секунда, и она начнет кричать, крушить все вокруг.
- Ты убил его, ты убил моего отца! И после всего этого ты смеешь… - предложение оборвалось на полуслове.
Не было таких слов, чтобы выразить чувства, терзающие ее изнутри. До боли сжимая руки в кулаки, она отвернулась к иллюминатору, стиснув зубы.
- Твой отец жив, - одной короткой фразой перевернул ход разговора Вейдер.
На миг Лея допустила глупую надежду, но сразу же оборвала себя. Этого не могло быть. Гнусная, ужасная ложь.
- Мой отец был великим джедаем, - горько произнесла она. – Если бы он был жив, все было бы по-другому…
В горле невольно появился комок. Внутри возникла картинка жизни с отцом, жизни, о которой она так мечтала. Лея подняла руки, скрещивая их на груди. Ради того, чтобы претворить в жизнь эту радужную картинку, она отдала бы все на свете… Тяжелая, убийственная тоска затопила ее сердце, заставляя хватать ртом воздух.
Вейдер замер в предчувствии грозящей разразиться бури. Он обнажил ее самую страшную рану, и теперь занес топор, чтобы еще больше углубить ее.
Мечта, которой девчонка жила, совсем скоро развалится на маленькие, угловатые осколки, не подлежащие восстановлению.
- О да, Энакин Скайуокер когда-то давно был джедаем, - смакуя слова, произнес Лорд, растворяясь в предвкушении. – Он перешел на Темную Сторону Силы, принимая новое имя Дарта Вейдера.
На секунду сердце пропустило удар. Дикая, ужасающая боль прокатилась внутри. Этого не могло быть…
Ногти впились в ладонь, разрезая тонкую кожу до крови, но Лея не почувствовала физической боли. Время замедлилось, удлиняясь до вечности, а затем резко сжалось обратно, будто пружина.
- Это невозможно, - внезапно осипшим голосом произнесла она, оборачиваясь назад.
Рука в черной перчатке услужливо протянула аккуратно сложенные бумаги.
- Я предвидел такую реакцию.
Лея резко шагнула вперед, выбивая листки из рук.
- Нет, - вновь упрямо проговорила она. – Убирайся! Уходи!
Коммандер прижала ладони к лицу, не в силах воспринимать мир через зрение. Все внутри рвалось на кусочки, отрицая страшную правду.
Одной фразой он искорежил ее мечту, которая создавалась долгие годы. Да, ее отец был жив. Но это совершенно не приносило никакого облегчения.
Механическое дыхание постепенно удалялось.
Сдерживать внутри кипящий взрыв больше было невозможно. Эмоции грозили разорвать ее изнутри, кроша на мелкие, кровавые тряпочки.
- НЕТ! – жуткий, будто предсмертный крик пролетел по апартаментам, разрезая воздух, заставляя дрожать барабанные перепонки.
В ушах стучало. Резким движением она схватила какую-то вазочку, швыряя ее в дверь. Стекло послушно рассыпалось миллионами сияющих осколков, как и вся ее жизнь. Медленно, с тихим дребезжанием, кусочки осыпались на пол.
Как ей с этим жить? Как жить, зная, что твой отец монстр?
Не в силах справиться с эмоциями, Лея сползла вниз, падая на пол. Подавлять рвущиеся наружу злые слезы было глупостью. Все равно что давить ненависть... Рано или поздно она все равно вырвется наружу.
Горькие, рваные всхлипы заполнили комнату, но Лея не слышала их. Взгляд невольно упал на валяющиеся под рукой бумаги, которые должны были уничтожить, забрать ее последнюю надежду.
Одним резким движением Лея развернула их, пытаясь разобрать пляшущие столбцы и цифры.
«Вероятность отцовства – 99.9999%».
Последняя надежда была разбита вдребезги. Все что она могла сделать – откинуть бумаги подальше, с глаз долой.
Мечта, с которой она жила долгое время, уходила, постепенно исчезая в темноте. Все, во что она верила, теперь предстало под другим углом.
Мосты в прошлое сгорали. Она не в силах их остановить – они все равно истлеют, оставляя за собой лишь горячие, смертельно опасные угли.
Бороться с течением бесполезно. Ее только что похоронили заживо, и вряд ли теперь хоть кто-то сможет помочь…
Лишь звезды по-прежнему заглядывали в огромный иллюминатор. Такие холодные… Такие далекие.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348267 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 23 Октябрь 2015, 15:05





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Цитата(Энния @ 22 Октябрь 2015, 09:15) *
Очень интересная история, Alexsoliya! Мне так понравилась ваша Лея, что просто словами не описать. должно быть, детство на татуине сделало ее более сильной да и к тому же выносливой. и еще мне понравилось, как вы описывали раненую Лею, которая пыталась добраться до укрытия, ее чувства, тревоги, боль. у вас здорово получается!)). в общем, за героиню я переживала всей душой!
Ну и конечно очень здорово, что Ларсы живы! вот уж кто в каноне пострадал ни за что, а тут Лея смогла их спасти) замечательно) только вот она так и не приехала с тех пор, как звонила им с фермы, они должны уже чертовски волноваться за нее.
Я с нетерпением буду ждать продолжения фанфика! Надеюсь, что оно появится уже скоро))


Очень рада, что вам понравилось smile.gif Приятно слышать такие похвалы от сведущих людей! Да, насчет Ларсов вы совершенно правы... Правда, не думаю, что мы теперь в ближайшее время к ним вернемся. Там и без них будет полно проблем)
По поводу продолжения. Я пишу примерно по главе в день, плюс минус, так что новые части будут часто) Сейчас скину сразу несколько глав, а то замоталась, и забыла совсем.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348266 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 20 Октябрь 2015, 12:33





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Примерно так выглядит Татуинская пустыня ночью по моему представлению: http://cs5.pikabu.ru/post_img/2014/03/31/8..._1514153446.jpg

Саундтреки, неплохо подходящие по смыслу и вписывающиеся под атмосферу:

1. Within Temptation ft Xzibit - And we Run (Да, снова WT. Ничего не могу поделать с собой, именно эта музыка у меня ассоциируется с внутренним состоянием текста.)
2. Within Temptation - Let Us Burn
_________________

Прохлада ночи окутывала, будто накидывая тонкий, полупрозрачный плащ на мчащуюся сквозь пустыню темную фигуру.
Борясь со сковывающей болью в раненой ноге, Лея ехала в пустоту. Она чувствовала себя птицей, которой внезапно подрезали крылья – коммандер была привязана к земле, будучи не в силах исчезнуть с этой планеты. Космопорт точно был под колпаком Империи, а все женщины, похожие на нее по описанию, проверялись на вылете.
Лея даже не могла связаться с Альянсом, сказать им, что ей конец, попрощаться, на худой конец. Через камеру имперцы наверняка видели номер ее комма, а значит, легко могли отследить его, поэтому Лея ни секунды не размышляя, выбросила его прямо у входа на ферму. Там же, у входа, она оторвала один рукав от легкой, но прочной туники, перевязав им страшную, глубокую рану на ноге.
Можно ли было ездить с такой травмой на спидере? Скорее всего нет. От потери крови кружилась голова, но Лея не останавливалась.
«Лучше я разобьюсь, чем сдамся», - твердо решила она.
Адреналин хлестал в кровь сплошным потоком, и Лея уже толком ничего не соображала. Если бы в этот момент ей предложили выйти на поединок с самим Императором, она, не раздумывая, согласилась бы на это безумие. Не потому, что она чувствовала себя всесильной, вовсе нет. Просто в этот момент она не боялась смерти. Она была готова принять ее как благо…
Слишком много Лея знала об Альянсе. Будучи коммандером, она имела доступ к такой информации, которая и не снилась рядовым клеркам. Если ее поймают, все это знание будет использовано против ее друзей. Против Люка, против Хана. Лучше смерть.
Однако, где-то в глубине души пылал тусклый огонек надежды.
Если ей удастся добраться до резервной базы, то она спасена. Впрочем, надежда растаяла, словно дым, стоило ей взглянуть на карту. База находилась слишком далеко отсюда…
Жесткий ветер грубо хлестал по незащищенной руке, едва не сдирая кожу, но Лея не обращала на это внимания.
Титаническим усилием воли она заставила себя забыть о том, что с планеты ей не выбраться, о том, что она может попасть в плен.
Первостепенной проблемой было выживание. Как пережить эту ночь? Татуин смертельно опасен для одиноких путников, а уж для раненых, как она – тем более.
Она чувствовала, что слабеет. Рана была глубокой, и кровь, не переставая, текла на подножку спидера, делая ее скользкой. Одно неосторожное движение и… Ситх, как же не хотелось думать об этом.
Необходимо было срочно найти укрытие. Отняв руку от руля, Лея быстрым нажатием вывела на дисплей рельефную карту местности.
Ничего хорошего та не обещала. Только одно место, которое могло пообещать ей укрытие, было в более-менее относительной близости. Это значит, что Империя сможет легко выследить ее.
Впрочем, выбирать не приходилось.
Смазанным от слабости движением, Лея направила спидер по направлению к скалам полумесяца. Страшное, разбойное место. Говорят, именно там находится логово тускенов…
- Пусть встреча с тускенами будет самой страшной проблемой в моей жизни, - усмехнулась она сквозь зубы.
Сейчас они не были ей страшны. Чтобы коммандер Альянса боялась каких-то пещерных людей? Никогда. Она была раненым зверем в худшем смысле этого слова, зверем, готовым растерзать за крошечную искру надежды.
Послушный заданному курсу, спидер покорно несся по серебрящейся под лунным светом пустыне. Казалось, что она мчится по драгоценному, мерцающему покрывалу… Никогда еще Лея не видела свою родную планету столь красивой.
Песчаное полотно казалось ей океаном.
«Наверное, тот поэт все-же был прав», - подумала она. – «Татуин - не только пустыня…»
Сколько же всего она не знала о своем доме…
На горизонте вырисовывались тонкие, размытые линии гор. Укрытие было близко… Совсем близко. Оставалось дотянуть совсем чуть-чуть…
Когда гора начала расти, превращаясь в твердые утесы, но по-прежнему оставаясь будто смазанной, Лея поняла, что совсем скоро она может потерять сознание. Зрение уже давало сбой.
Стиснув зубы, коммандер кинула взгляд вниз.
- Ситх...
Нога была в ужасном состоянии. Вся штанина пропиталась красной жидкостью, которая стекала вниз, на подножку, а уже с нее тяжелыми каплями падала вниз, на песок.
«Будет смешно, если меня найдут по кровавому следу».
Стоило взглянуть один раз, обратить внимание на рану, как боль запульсировала еще сильнее, поглощая последние остатки сознания. Из последних сил борясь с надвигающей темнотой, Лея попыталась обратиться к Силе.
Оби-Ван говорил ей, что Великая Сила может лечить своего носителя. Он обещал, что когда-нибудь она научится использовать ее…
Цветные точки перед глазами надвигались, захватывая все больше пространства. В ушах послышался странный, потусторонний звон, отгораживающий ее от звуков ночи.
Если Сила не поможет ей, она разобьется.
Внезапно смерть перестала казаться ей столь привлекательной, как раньше. Никакое разумное существо не захочет приветствовать ее, когда костлявая ступит на порог.
Собирая последние осколки сознания в единое целое, Лея попыталась соединиться с Силой, как соединялась во время боя.
Тонкий, тягучий поток лечебной силы плескался на краю сознания, такой близкий, такой недоступный.
Как принять его в себя? Как открыть ему дорогу к ранам?
Лея сосредоточилась, изгоняя все мысли, оставляя внутри лишь Силу. Ее ощущение было совсем другим…
Во время боя Сила жгла ее изнутри каленым железом, подсказывая, куда наносить удар. Она не имела ничего общего с тем, что Лея испытывала сейчас. Теплое, такое родное ощущение заполняло ее изнутри, наполняя лечащей энергией.
Невесомый золотистый ручеек скользнул к ноге, убирая боль, заставляя прекратиться кровотечение.
Мушки перед глазами исчезли, открывая сознанию первозданную картинку.
«СИТХ!» - прокричала Лея, осознавая, что несется прямо на камни.
Было уже поздно. Свернуть невозможно… Точка невозврата пройдена.
Лея до боли стиснула пальцами рычаги тормоза. Мышцы предательски заныли, но она не отпускала спасительный круг.
Больное запястье, которому не досталось целебной энергии, внезапно дернуло вспышкой жуткой, всепоглощающей боли. Штурвал невольно вылетел из рук, и неуправляемый спидер помчался прямо на смертельные камни.
Перед глазами невольно встал образ Адмирала.
Помнится, тогда она тренировалась на борту «Дома-1», осваивая новенький Х-Wing, выделывая на нем дикие кульбиты.
- Скорость когда-нибудь погубит тебя, Скайуокер, - заявил он ей после учений. – Но до тех пор ты будешь одной из лучших.
Знал ли Адмирал, что его слова стали пророчеством? Знал ли он, что именно так и случится? Наверное, нет.
Внутри все замерло от предчувствия неминуемой катастрофы. Смерть… Нет, это не мог быть конец. Не мог! Слишком многое она прошла, чтобы сейчас просто так погибнуть из-за глупого спидера.
Однако, правда была жестокой. Несмотря на то, что Лея мгновенно перехватила руль, было слишком поздно.
Мир закрутился в дикой, неестественной круговерти. Время замедлилось, чтобы затем оборваться после странной, жгучей вспышки в груди.

<center>***</center>

Вокруг была лишь темнота. Вечная, всепоглощающая тьма. Она была живой. Она скручивала, давила, заставляя тело болеть, разрываться на тысячи молекул и собираться обратно.
Непроницаемая, глубокая, не оставляющая ни капли надежды.
- Беги.
Тягучий, глубокий как вселенная голос разрезал слух. Бежать? Но куда? В этой тьме не было ни луча света…
Она погибла на этом спидере, совершенно точно. Эта тьма была ее личным адом… Именно в такой по ее представлениям, сгинул ее отец, павший от рук Вейдера. И сейчас она сама попала в это жуткое место.
Внезапно тьма изменилась. Лея почувствовала свое тело. Безумная, дикая боль слева.
Короткая, ни на что не рассчитывающая попытка пошевелить пальцем. На удивление, тело откликнулось на ее зов, вышвыривая всю боль наружу.
Болела каждая клеточка – боль, которую она испытала от ножа Охотника, вонзившегося в тело, теперь казалась невесомой. Всего лишь пушинка по сравнению с этим…
Вопреки всем ее ожиданиям, в толстой пелене появился крошечный осколок света. Лея потянулась на него, и он откликнулся.
Странно. Источник света был совершенно круглым, будто лампу в лицо направили…
Резкий выдох, за котором вновь последовала еще одна вспышка боли в боку. Огненная вспышка будто соскоблила тьму, очистила сознание, избавляя от болезненных иллюзий.
Она лежала на шершавом песке. Луна светила прямо в глаза, заставляя те ныть от яркого света. Казалось, совсем недалеко над пустыней нависали утесы скал полумесяца.
Лея приподняла голову, оглядывая пространство вокруг. Спидер валялся чуть поодаль, испуская в Силе странное, пугающее ощущение.
Сжимая руки в кулаки, коммандер попыталась подняться, упираясь в разъезжающийся под ладонями шершавый песок. Первая попытка не увенчалась успехом – локоть подломился, и Лея вновь вернулась в исходное положение.
Еще раз, по новой. Почти удалось встать, но жгучая боль в ребрах вновь кинула ее на песок, будто куклу. Коммандер аккуратно, стараясь не потревожить больное место, приподняла тунику, осматривая больное место.
- Ситх, - пробормотала она, заметив выпуклость сломанного ребра. – Этого только не хватало…
Лечить сломанное ребро в пустыне было нечем. Оставалось надеяться лишь на то, что имперцы не станут искать ее в этих скалах. Бегать теперь она была не в состоянии, а если учесть погубленный транспорт, становилась беспомощной, будто ребенок.
Кстати, о транспорте. Ее наверняка ищут, а разбитый спидер был слишком приметен.
Пугающее ощущение, исходящее от обломков, было предупреждением. Нужно было бежать. Ну или идти, в ее случае. Других вариантов не было.
Нечеловеческим усилием, аккуратными короткими движениями Лея сумела подняться на ноги, превозмогая боль, многократно усиливающуюся при каждом движении.
Скалы были совсем недалеко. С таким же успехом, на спидере можно было написать что-то вроде «ищите меня там».
Рука скользнула на пояс, к бластеру, переводя его на самый высокий режим…
Ни секунды не сомневаясь, девушка направила дуло на останки разбитого спидера. Один короткий зеленый луч, и спидер вспыхнул будто факел.
«Сейчас взорвется», - поняла Лея, делая пару осторожных шагов назад.
Затея оправдала себя: транспорт взорвался, взметая огромные огненные клубы в воздух. Да, теперь все знали, что она здесь. Только вот никто не сможет утверждать, что она не погибла вместе со спидером…
Огонь отлично уничтожает следы.

***

- Лорд Вейдер, мы обнаружили ее след, - адъютант, неуклюже шлепая начищенными до блеска сапогами, подходил ближе.
Вейдер был разочарован.
Недолго же она продержалась. Да, Татуинская ночь была опасна, но имея бластер и световой меч, сдаваться так быстро? Девчонка не оправдывала его ожиданий.
- Координаты, - приказал он, не оборачиваясь.
Адъютант замялся, вновь чувствуя тот ледяной холод, каждый раз заставляющий его дрожать. Волна животного страха вновь подкатывалась к горлу…
- Сэр, ее спидер только что взорвался у скал полумесяца, - быстро проговорил он, изо всех сил моля Силу, чтобы его голос не сорвался. – У нас есть основания полагать, что коммандер Скайуокер мертва.
Закончив предложение, парень замер, вытягиваясь по струнке.
Вейдер усмехнулся, натягивая кожу под маской до предела. Нет, девчонка не погибла. Он явно чувствовал ее присутствие в Силе – слабое, размытое. Оно манило его, будто зверя, почувствовавшего раненую жертву.
Скалы полумесяца были вполне четким ориентиром…
Совсем скоро охота подойдет к концу.

***

Ночной воздух холодил плечи, заставляя дрожать ее от холода. Самый ужасный недостаток пустыни. Днем огонь, ночью – адский лед.
Превозмогая боль, Лея доковыляла до входа в ущелье. Ребро дико болело при каждом неосторожном шаге, но призвать Силу вновь ей удавалось.
Услышав странный, приглушенный шорох впереди, коммандер остановилась, замерев по струнке.
Тускены… Не зря это место называлось их логовом.
Рука автоматически легла на рукоять меча, доставая его из-за пояса.
«Вперед, не бойся», - велела она себе. Тускены всегда действовали хитро, заманивая жертву, а затем оглушая ее. Они любили слабых женщин, детей, но Лея таковой не являлась.
Превозмогая боль, она распрямила плечи, смело шагая вперед. Две размытые тени показались впереди…
Копошась, они подбирались ближе. Лея замерла, пытаясь успокоить безумное сердцебиение.
Пальцы сами собой нажали кнопку активации светового меча. Заставляя воздух вокруг завибрировать, лезвие осветило воздух голубоватым светом.
В Силе явно ощутился ужас. Дико завывая, тускены бросились наутек, исчезая в темноте ночи. Судя по тому, как они улепетывали, пещерные люди явно отведали вкус светового меча.
«Неужели уже знакомы с джедаями?», - предположила Лея, медленно убирая меч на пояс.
Дрожа от холода, она сделала пару шагов вперед, оглядывая песчаные стены.
- Пожалуйста, Сила, хоть какое-то место, где можно укрыться…
Стены были шершавыми, кое-где проглядывали углубления, но места, где можно скрутившись клубочком уснуть хоть ненадолго, не было.
Еще несколько мучительных шагов вперед. Боль пульсировала, обжигая попеременно то огнем, то холодом. Казалось, еще одно движение, и она упадет, прямо сюда, на песок…
Внутри все было выжжено, будто каленым железом. Это скитание, эта боль уже осточертела. Хотелось, чтобы это все оказалось ужасным сном. Казалось, закроешь глаза, а откроешь их уже на борту «Дома-1».
Хан, с которым столкнешься в доках, улыбнется, скажет свое фирменное приветствие… Потом будет собрание. Новые миссии, новые лица… Кто знает, увидит ли она теперь это когда-нибудь?
Сон упрямо не желал кончаться, олицетворяя собой ужас. Само существование стало воплощением самых страшных кошмаров. В каждом из них она чувствовала себя связанной, не в силах что-либо противопоставить приближающемуся врагу.
Подавив тяжелый вздох, Лея заставила ватные ноги шагать дальше.
Темный сгусток справа. Будто проход…
Коммандер прищурилась, силясь разобрать в темноте размытые очертания. Еще пара шагов… Густая эйфория затопила сердце, заставляя его биться чаще.
Совсем близко, только шагни, только поднимись, зиял проход в пещеру. Невысокая песчаная насыпь, ведущая в нее, не представляла собой большого препятствия.
Обнимая себя руками, Лея сделала еще один мучительный шаг, обещая организму отдых.
Песок разъезжался под ее ногами, но упрямство брало верх над хрупкой природой. Уже через минуту коммандер вошла внутрь, освещая сияющим мечом темное пространство.
Пещера была большой, а нагретый камень еще хранил тепло пустынного дня. Облегченно выдыхая, Лея села на песок, упираясь спиной в теплую стену.
Рука невольно потянулась к резинке, стягивавшей волосы в хвост: Лея часто использовала свои длинные волосы в качестве удерживающего тепло средства.
Приятное тело убаюкивало, заставляя расслабиться. Сила, плескавшаяся на краю сознания, не одобряла ее поступка, советуя идти дальше, но Лея лишь крепче прижалась к стене, прикрывая глаза.

***

Низкие, техничные голоса будто окутали ее. Лед, прозвучавший совсем близко, заставил Лею резко открыть слипавшиеся веки.
Часы подсказывали, что она спала два часа, но на деле она чувствовала себя так, будто вовсе не отдыхала.
Сила вокруг тревожно трепетала, вздрагивая от каждого нового звука. Механические голоса не были плодом ее воображения, не были частью сна.
- Обыщите… чувствую… здесь… - доносились обрывки фраз, произнесенные ледяным, будто татуинская ночь, голосом из тихой ночи.
Сердце выскакивало из груди, отдаваясь каждым новым ударом в сломанном ребре. Нет, это не был поисковой отряд Альянса. Ледяное ощущение, распространяющееся в воздухе, будто заморозка, достаточно ясно говорило об этом.
За песчаными стенами не скрывался очередной Охотник… Тот ощущался совсем по-другому, когда она сражалась с ним на ферме Ларсов. Сейчас же казалось, будто вся тьма мира клубилась вокруг, сгущая краски вокруг.
Лея невольно затаила дыхание, прислушиваясь к происходящему снаружи. Она больше не слышала слов – лишь тяжелые шаги, близнецы тех, что были у фермы.
Штурмовики… На этот раз куда больше.
Это был конец. История подходила к финалу, приближаясь с каждым новым, отдающимся в груди будто гонг, шагом. Лишь одна хрупкая надежда удерживала коммандера от безумного шага. Лея надеялась, что ее не заметят в темноте.
Если нет – бластер всегда к ее услугам. Она успеет.
Передвигаться, отползать к дальнему краю пещеры не было сил – и Лея осталась на месте, подготавливаясь к своему первому и последнему провалу.
Тусклый свет показался у входа в пещеру, убивая ее последнюю надежду остаться незамеченной. Ближе, еще ближе… Пальцы нащупали бластер, переводя его в боевой режим.
«Здесь никого нет», - будто мантру повторяла она, готовясь ко встрече со смертью.
Качаясь, свет осветил пещеру, ослепляя ее. Даже почувствовав боль в глазах от яркого света, Лея не стала закрывать их, а лишь уставилась на вошедшего штурмовика.
- Здесь никого нет, - шептала она.
Сила заколебалась на краю сознания.
Штурмовик молчал. Он видел ее, она знала. Но молчал…
«Здесь никого нет!» - мысленно прокричала Лея, неосознанно вкладывая толику Силы в свои слова.
Рука, будто в замедленной съемке, поднимала бластер.
- Пятый, что там у тебя? – раздался механический голос другого штурмовика снаружи.
«Здесь никого нет», - из последних сил прошептала Лея свою мантру.
- Здесь никого нет, - будто загипнотизированный, повторил штурмовик, разворачиваясь в сторону выхода.
Бластер упал из дрожащих рук на пол. Глубоко вдыхая, не обращая внимания на пульсирующую боль, Лея прижала ладони к лицу, сдавливая его изо всех сил.
Перед глазами поплыли цветные пятна. Лея не могла поверить в свое странное спасение. Сбой в программе? Или… веление Силы?
Неужели это она дала эту команду штурмовику? Сердце на миг пропустило удар. Прикрыв глаза, Лея вновь откинула голову на едва теплую стену сзади, прислушиваясь к происходящему снаружи.
Вновь лишь обрывки фраз. Ничего понятного…
Внезапно лед, сгустившийся в пространстве в симбиозе с тьмой, пронзил ее, заставляя хватать воздух ртом.
- Вы ошиблись, номер пять. Она здесь… Я чувствую, - странный, будто неживой голос, сквозящий адским холодом, заставил ее сильнее вжаться в стену.
Тьма, окутавшая каньон, вдруг приняла определенные формы… Лорд Вейдер был здесь. Он лично пришел сюда, желая отомстить за погибель своего детища - смертоносной Звезды Смерти.
Размеренные шаги приближались, заставляя внутренности скрутиться в комок. Ощущение опасности зашкаливало – желудок будто выкручивало изнутри. Лея почувствовала тошноту.
Стиснув зубы, она мужественно противостояла сгустившейся вокруг ледяной тьме, которая пыталась сломать ее, заставить испуганно нажаться в угол…
Нет, она не позволит играть с собой, будто с загнанным зверем. Никогда!
Отодвигая визжащие инстинкты на задний план, Лея поднялась на ноги, заставляя сломанное ребро протестующе вскрикнуть.
Вейдер знает, что она здесь. Но и она знает, что это именно он идет сюда, мстить за тот страшный взрыв…
Ей тоже есть что сказать этому чудовищу. Он отнял у нее отца, отнял учителя. Именно из-за него она стала коммандером, именно желание отомстить всегда подталкивало ее вперед. В самые тяжелые моменты цель вела ее, словно сияющий светоч в царстве тьмы.
Она встала прямо напротив прохода, скрываясь во тьме. Рука изо всех сил сжимала бластер, выставленный на самый мощный режим.
Размеренные шаги уже не пугали ее. Она ждала, когда подсвеченный фонарями, в пещеру войдет темный силуэт, порождение зла прямиком из ее кошмаров. Вейдер не торопился. Он надеялся заставить ее бояться в преддверии смерти… Но этого не произойдет.
Стиснув зубы, Лея смотрела упрямым взглядом вперед, вытянув руку, сжимающую бластер. Тень вырастала, поднимаясь по насыпи.
Чуть ближе.
Тяжелый звук механического дыхания наполнил пространство. Едва Вейдер ступил на порог пещеры, Лея мгновенно нажала на курок.
Зеленый луч осветил пространство, отражаясь в визорах маски. Время замедлилось… Темная фигура вскинула руку, отражая выстрел, уничтожая последнюю надежду Леи.
Хватит ли у нее сил, чтобы сделать то, что планировалось? Лея опустила бластер, направляя его себе в висок.
Она всегда знала, что успеет прикончить себя, если Империя все-же найдет ее. Именно поэтому она не сдавалась тогда в пустыне – смерть никуда не убежит. Лишь один ключевой момент заставлял ее сомневаться.
Сможет ли она сделать это? Убить себя?
Ответ пришел мгновенно. Ярость, которую она испытывала по отношению к Вейдеру, подстегнула ее. Он планировал отомстить? Не выйдет. Ему не достанется ни крупицы информации. Он не сможет мучить ее.
Глубоко вдыхая, она с радостью ощутила возможно последнее, что чувствовала в своей жизни. Ледяной холод бластера прислонился к виску.
Нажать курок… Лея невольно закрыла глаза.
«Прости, отец. Я не смогла отомстить за тебя…»
Палец послушно нажал на курок, и Лея сжалась в предвкушении боли, которая закончит все. Но единственным, что она испытывала, были осточертевшие вспышки в груди.
Еще одно нажатие… Осечка.
Проклиная все на свете, коммандер отбросила бесполезный бластер в сторону, доставая световой меч.
Это безумие… Сражаться на мечах с самим Вейдером. Он убил Оби-Вана за несколько секунд, а уж ее прикончит за одну.
«Да, я безумна», - усмехнулась она внутри, болезненно натягивая разбитую от падения на спидере губу.
Боль ушла, как будто ее и не было. Лея бросилась вперед, ничуть не стараясь прикрыть себя. Один безумный бросок на, казалось бы, безоружного Лорда.
Алое лезвие возникло будто ниоткуда, преграждая ей путь. Вейдер играючи отразил ее удар, заставив ослабленную Лею пошатнуться. До боли стискивая челюсть, коммандер вновь бросилась в атаку.
Меч преградил ей путь, откидывая назад со страшной силой. Вейдер даже не ранил ее – он просто отразил удар, а она уже отлетела к противоположной стене.
Это безумие.
Дикая боль от удара обожгла грудь, в ушах зазвенело. Туника почему-то стала влажной, и Лея сползла по стене, мучительно пытаясь подняться.
Из рассеченной губы потекла струйка крови, но коммандер лишь сильнее стиснула зубы, вновь активируя меч.
Два безумных шага вперед. Стойка. Дыхание вырывалось наружу со странными сипами.
Внезапно окружающий пейзаж закрутился в страшной круговерти. Лея закашлялась, закрывая рот левой рукой. Меч выпал из рук, и коммандер потеряла равновесие, отмечая, что ее ладонь покраснела от крови.
Последним, что она видела, были стремительно приближающиеся визоры маски Вейдера.
  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348220 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843

Alexsoliya
Отправлено: 20 Октябрь 2015, 12:31





Группа: Заглянувший
Сообщений: 15
Регистрация: 19 Октябрь 2015
Пользователь №: 9662


Очередной фанфик, в котором Люка и Лею разменяли местами. Идея пришла еще давно, но реализовать решила только сейчас.
Знаю, что и в подметки не гожусь местным матерым волкам в данной сфере, однако... за спрос не бьют в нос )
Выставляю на ваш справедливый суд smile.gif

1.

Если кому-то интересно, вот саундтреки под атмосферу:
1. Within Temptation - Utopia
2. Bring me the Horizon - Hospital for Souls
___________

- Мой Лорд, - разрезал темноту дрожащий голос.
Даже ничего не отвечая и не поворачиваясь к вошедшему, Вейдер уже заставлял того дрожать от животного страха.
Лорд осмотрел его в Силе. Кроме страха, пропитавшего все его существо, этот молодой служака где-то в глубине души был заинтригован. Информационный отдел явно докопался до чего-то важного. С его точки зрения, разумеется…
Внутренний взгляд невольно зацепился за бумаги, которые держал посыльный.
- Документы на стол, - механически приказал Вейдер.
Посыльный задрожал, еще больше пасуя перед главнокомандущим. Тот знал о бумагах, хотя сидел к нему спиной…
Бумаги мягко легли на стол, и человек выпрямился по струнке, ожидая дальнейшего приказа.
- Вы свободны.
Слегка поклонившись, он вылетел из кабинета.
- Великая Сила… - сдавленно прошептал молодой адъютант, чувствуя, как ледяной холод, который он ощущал всеми фибрами души в проклятом кабинете, постепенно отступает.
Вейдер молча подошел к столу, наконец оторвавшись от огромного транспаристилового иллюминатора. Огромное пространство космоса всегда завораживало его, однако, если его ожидания оправдались, документ, лежащий на столе был куда интереснее бесконечной дали.
Наконец-то они достали ему имя пилота, разрушившего Звезду Смерти. Заинтригованный, Вейдер четкими выверенными движениями пролистал бумаги, избирательно выбирая информацию.
Имя, значившее на листке, на мгновение повергло коммандора в ступор.
- Свяжитесь с Охотниками за головами, - наконец приказал ледяной голос в миниатюрное устройство связи, лежащее на столе. – Пора устроить небольшую охоту.

***

- Борт 49-83, разрешаю взлет. Удачи, Лея.
- И вам, ребята.
Толстый заслон доков «Дома-1», отгораживающий миниатюрный кораблик коммандера Скайоукер, медленно открывался, приоткрывая взгляду бесконечную даль, усыпанную бисером звезд.
Следовало торопиться, чтобы успеть на Хот до начала ледяных бурь - путь до Татуина неблизкий. Ей едва удалось выпросить у Адмирала и Мотмы пару дней, чтобы навестить Ларсов на Татуине.
Тетя Беру заболела - Оуэн ухаживал за ней, и их бывшую ферму, затерянную посреди пустыни, проверить было некому. Ларсы изредка приходили туда, забирая воду из установки.
В остальном, дом был нежилой: Лея буквально силой заставила уехать их оттуда, после того как ей приснился странный кошмар, в котором она увидела их дом разрушенным, а дядю и тетю убитыми…
Где-то глубоко внутри себя она была уверена, что это не просто страшный сон, и на следующее же утро закатила страшную истерику, упросив их переехать хотя бы на пару дней к Бену Кеноби, который часто приглашал их в гости.
Как ни странно, родные послушались перепуганной насмерть Леи, и переехали к старику, которого считали сумасшедшим.
Буквально через сутки на пороге дома Бена появились странные, запыленные дроиды, которые изменили ее убогую жизнь навсегда.
Лее пришлось улететь в неизвестную даль уже не с Беном, а Оби-Ваном. Бен оказался джедаем, а не сумасшедшим стариком, каковым его все считали. Он даже стал ее учителем, но… потом его убила на ее глазах черная тень, монстр, закованный в доспехи.
Оби-Ван пожертвовал своей жизнью ради них.
Лея горевала по нему, но сейчас, после недавнего успеха при Явине, ее боль почти ушла, оставив лишь ненависть к темному злу.
Дарт Вейдер убил ее учителя, убил ее отца. Еще давно, когда она узнала, кто убил ее отца, Лея дала себе клятву отмщения. Рано или поздно она либо убьет Темного Лорда, либо отнимет у него то, что ему дорого.
Однако, когда девушка прижилась в Альянсе, клятва отступила на второй план, и впервые за все время она почувствовала себя по-настоящему живой и свободной. Лея нашла верных друзей, быстро стала коммандером, и обрела уважение среди коллег.
Она была счастлива, или по крайней мере, близка к этому.
«Хоть бы с тетей не было ничего серьезного», - обеспокоенно думала Лея, включая расчет координат для гиперпрыжка.
Беру уже была близка к черте пожилого возраста, и коммандер искренне переживала за здоровье женщины, которая заменила ей мать.
- Давай же, - нетерпеливо пробурчала она, постукивая ногтем по приборной панели.
Лишь когда кораблик наконец перешел на световую скорость, Лея смогла вздохнуть спокойно. Уже через несколько часов она будет на Татуине. Маленькая проверка фермы, и она наконец может лететь к родственникам…

***

- Арту, активируй ручной режим, - безапеляционным тоном заявила коммандер. – Ненавижу садиться на автопилоте.
Робот недовольно запиликал. Несмотря на то, что Лея была первоклассным пилотом, он больше доверял автопосадке: слишком уж молодая хозяйка любила похулиганить в воздухе.
- Арту. Я же сказала, включи ручной режим, - грозно проговорила она, и невольно улыбнулась, когда робот, недовольно пища, все же исполнил ее приказ.
- Так-то лучше.
Татуин ничуть не изменился с тех пор, как она видела его последний раз, он был все той же бескрайней пустыней, припекаемой солнцами.
Помнится, какой-то поэт, побывавший здесь, назвал планету «золотой», отталкиваясь от цвета песка. Лея не разделяла его мнения - Татуин был больше похож на сковородку, а не на ту прекрасную иллюзорную картинку, которую он описал.
Несколькими нажатиями коммандер вывела на главный дисплей прогноз погоды – садиться в бушующую песчаную бурю было крайне опасно, как и взлетать. Удостоверившись, что все в порядке, Лея взялась за штурвал.
- Ну держись, Арту, - коварно прошептала она, краем глаза отмечая, что робот начал истерически мигать.
Едва кораблик вошел в жаркую атмосферу, Лея посильнее обхватила штурвал, пристегнулась ремнями, и перешла на самую высокую скорость.
Протестующий писк Арту был заглушен стуком песка по корпусу – но Лея не обращала внимания ни на песок, ни на предупреждения системы, ни на робота. Она любила скорость, любила опасность, а это ощущение адреналина в крови… пожалуй, именно благодаря этому качеству коммандер так быстро прижилась в Альянсе.
Единственным недостатком, часто губящим все ее замыслы, являлось бесстрашие, смешанное с толикой безумия. Часто она могла просто броситься в гущу событий только потому, что так подсказала Сила – именно на нее коммандер сваливала все свои безумные поступки. Однако, Сила не раз спасала ее, и помогала ей. Как итог, Лея всегда доверялась ей, что бы та не говорила.
Вот и сейчас коммандер не обращала внимания на предостерегающие сигналы, которые рекомендовали ей немедленно сбавить скорость. Она летела над пустыней, разрезая воздух на страшной скорости, будто испытывая истребитель на предел скорости.
Небо и земля замелькали, меняясь местами, когда Лея крутанула штурвал в сторону, заставляя маленький истребитель вертеться по невидимой оси, устремляясь в бескрайнюю даль. Другого бы на ее месте это напугало – но не Лею. Ей хотелось, чтобы это длилось бесконечно. Однако, время ее пребывания здесь было ограничено. Мотма дала ей всего лишь пару дней, а Империя все сильнее запускала свои когти в иссохшие пустыни, поэтому делать все следовало быстро, четко и осторожно.
Подавив тяжелый вздох, Лея направилась в сторону космпорота.
Арту, едва прервалась сумасшедшая гонка наперегонки с самой природой, вновь запищал, пытаясь донести до хозяйки как это все опасно.
- Эй, ты всего лишь маленький робот, - шутливо нахмурилась она. – В конце концов, я могу позволить себе повеселиться после напряженной работы?
Арту замолчал. Обиделся. Чего-чего, а чувства юмора у него недоставало.
«Ничего, потом разберемся», - решила девушка.
Космпорот Татуина ничуть не изменился с тех пор, как она была здесь последний раз. С высоты он выглядел как миниатюрное подобие муравейника. Маленькие точки кораблей, купола лайнеров, бесконечная линия доков…
Лея нахмурилась, пытаясь вспомнить, когда в последний раз она была здесь. Казалось, прошла уже целая вечность, но на деле – пара месяцев.
Она покидала эту планету будучи маленькой девчонкой, знающей лишь жар пустыни Татуина, а возвращалась уже вкусившим крови воином. По крайней мере, она хотела так думать…
- Борт 49-83 запрашивает посадку.
- Док 906 к вашим услугам, - раздался ответ спустя несколько секунд.
На этот раз Лея уже не собиралась безумствовать, и аккуратно, будто пушинку, посадила корабль в док.
Отстегивая ремни, она кинула взгляд на Арту.
- Я быстро. Посиди тут, дружок, нечего тебе делать в пустыне.
Робот промолчал, видимо, все еще обижаясь на нее.
Лея закатила глаза - «Глупый комок проводов». Пусть обижается дальше, если ему так хочется.
Молча она скинула плотную серую куртку, вспомнив о том, какая температура держится здесь днем. Да и честно говоря, светить формой Альянса не хотелось – это было слишком это глупо и самоубийственно.
Жара Татуина пахнула на нее душным облаком сразу, как только Лея откинула стекло кабины. Коммандер чертыхнулась с непривычки, едва не задохнувшись от пыли, витающей в доке.
Аккуратно подвесив на пояс рукоять светового меча так, чтобы она не вызывала подозрений, Лея спрыгнула на пол, не дожидаясь, пока к истребителю подгонят лестницу.
- Могла бы и подождать, - улыбнулся ей маленький тви’лек, раскрывая дверь, ведущую прочь из маленького дока.
Лея улыбнулась. Адмирал заранее предупредил, что один из диспетчеров космопорта, сторонник Альянса встретит ее.
- У меня мало времени.
- Меня оповестили об этом, - тви’лек подошел к ней, протягивая электронный ключ. - Это от твоего спидера. Не забудь вернуть, - улыбнулся он.
Лея усмехнулась, и подвесила ключ на пояс. Лучше бы он попросил, чтобы она не угробила его, гоняя на предельной скорости.

***

- Так можно и солнечный удар получить, - недовольно пробормотала Лея, понимая, что чем скорее она доберется к Ларсам, тем лучше.
Она была на Татуине всего полчаса, но уже успела основательно прожариться до самых костей: даже ветер здесь лишь обжигал, что было особенно неприятным во время поездки на спидере – будто плывешь в горячем супе.
Коммандер кинула беглый взгляд на карту, прикидывая, через какое время она доберется до Ларсов. Она не планировала задерживаться на ферме – короткая проверка, и скорее к родственникам. Лея не сомневалась, что успеет прибыть к ним до ночи, но рисковать все равно не хотелось, слишком свежи были в ее памяти воспоминания о тускенах.
Когда на горизонте появилась ферма, и коммандер аккуратно замедлила ход спидера, готовясь к остановке.
Издали казалось, будто ее дом совершенно не изменился, но подъехав чуть ближе, она поняла, что пустыня не пощадила и его – камень потихоньку начал трескаться. Оуэн всегда замазывал трещины, пока жил здесь, но теперь…
Резко притормозив, Лея на ходу вытащила ключ и спрыгнула на песок, мысленно благодаря тви’лека за предоставленную одежду и повязку, закрывающую нос. Если бы не она, коммандер уже давно задохнулась здесь. Казалось, что пустыня за время ее отсутствия стала только жестче: песчинки едва не срывали кожу с незащищенных частей тела.
Внутри фермы все было в полнейшем порядке – она даже производила полное впечатление обжитого домика.
«Может быть, зря я попросила их тогда переехать отсюда?» - задала она себе немой вопрос, но сразу же оборвала себя. Сила никогда не врет, и если она показала ей тот сон, он не был просто глупым наваждением.
Коротко выдохнув от жары, Лея достала из кармана брюк миниатюрное устройство голосвязи, вызывая Оуэна.
- Привет. Тебе надо что-то забрать с фермы, кроме воды? – заговорила она, едва голубоватая фигура дяди, появившаяся на ее ладони, стала достаточно четкой.
Ларс выглядел несколько печальным, и в голове вновь возникла непрошенная мысль о здоровье тетушки.
- Нет, ничего не надо, Лея, - Ларс немного помедлил, кидая взгляд куда-то в сторону.
«Проверяет тетю», - решила коммандер.
- Приезжай сама, пожалуйста, поскорее. Мы соскучились, - наконец улыбнулся он, и даже по голосвязи Лея увидела натянувшиеся добрые морщинки вокруг глаз.
Не в силах сдержать ответной улыбки, Лея нажала на кнопку отбоя.
- Скоро буду, - пообещала она напоследок, убирая устройство в карман брюк.
Вместо положительных эмоций разговор с дядей принес только какое-то странное чувство, стремительно разъедающее душу.
- Неужели с тетей все настолько плохо?.. - пробормотала Лея.
Какая-то странная, тянущая вниз усталость вдруг навалилась на ее плечи, и коммандер почувствовала себя так, будто не спала несколько суток.
Странное чувство внутри лишь усиливалось, постепенно приобретая размытые формы. Мысли шли будто сквозь ватную подушку, и прошло несколько секунд, прежде чем Лея поняла, что странное ощущение, грызущее ее изнутри, вызвано Силой.
«Опасность».
Потирая глаза, Лея попыталась сосредоточиться на нем. Странное, размытое ощущение не разрасталось дальше, но и не пропадало, заставляя чувствовать себя глубоко больной. Она не отступалась, пытаясь проникнуть дальше в истинную причину беспокойства.
«За тобой наблюдают», произнес внутренний голос.
Лея потрясла головой, и, стряхивая непонятно откуда взявшуюся сонливость, пошла вперед, ориентируясь на внутренние ощущения. Она поняла, что приближается к цели – жуткое ощущение взгляда в спину усиливалось.
Лея подошла к абсолютно ровной стене, полностью уверенная, что именно она являлась источником этого странного ощущения.
«Я схожу с ума?»
Мучительным до боли усилием, Лея подняла руку, ощупывая идеально ровную поверхность. Странно. Но это не бред больной фантазии, она была уверена.
Рука потянулась к сканеру. Включить… Сканер разразился громким писком, матерясь на своем электронном языке.
В стене была спрятана камера, нет сомнений. Но кто захотел следить за этим домом? Ларсы никогда не причиняли никому вреда, да и мелкие фермеры не интересовали ни Республику, ни Империю, ни какие-либо другие организации.
Лея потерла виски. Кому могли насолить Ларсы?
- Проклятый организм, почему ты решил подвести меня именно сейчас…
Догадка пришла будто молния, озаряя морок внутри.
Ларсы и не нужны были тем, кто установил эту камеру – они ходили сюда по нескольку раз в неделю, и с ними ничего не происходило. Кто бы не установил ее, им нужна была она, Лея.
А у нее был лишь один враг – Империя.
- Черт…
Голос прозвучал глухо, будто из-под воды.
«Не спать, не смей спать, Лея», - повторяла она внутри себя, будто от этого зависела ее жизнь.
Впрочем, она и зависела.
Коммандер заставила непослушные пальцы взяться за бластер, и направила его прямо в камеру, таящуюся за слоем камня, выставляя самый мощный режим.
Стена разрушилась, будто картонная, наполняя комнату пылью и осколками, выпуская огромную дозу ядовитого газа, из-за которого Лею и клонило в сон.
«Не дышать», - велела себе коммандер, но ослабленная маленькими дозами сонного газа связь между мозгом и командами тела дала о себе знать: прежде чем задержать дыхание, Лея все-же успела вдохнуть ядовитую смесь.
Ноги подломились, и она упала прямо на камни, в пыль, проваливаясь в темноту, наступающую со всех сторон.

***

Сон был ярким, радужным, будто детская игрушка. Лея буквально порхала среди странных, разноцветных цветов, срывая их, и вдыхая нежный запах. Что могло быть прекраснее?
Странная, будто искусственная эйфория затопила все тело, и она рухнула прямо в траву, вглядываясь в голубую даль неба.
- Ты спишь, - внезапно пронеслось внутри. Голос неподкупного разума, здравого смысла? Или глупая иллюзия?
Лея села, вглядываясь в яркие краски цветов. Казалось невозможным, что это все было плодом ее сознания.
- Это не может быть сном, - твердо сказала она. – Слишком реально.
Однако, разум кричал совсем другое. Не в силах сосредоточиться на чем-то одном, Лея прижала руки к лицу, стремясь закрыться от происходящего.
Голос внутри утих.
Коммандер опустила ладони, внезапно почувствовав что-то странное в Силе. Картинка отдавала обжигающим, арктическим холодом.
Внезапно взгляд упал на руки, и повинуясь непонятному инстинкту, Лея перевернула ладони, на которых не было ни одной линии.
- Нет! – прокричала она, вспоминая о том, что отсутствие кожного рисунка - явный признак сна. До боли, до цветных мушек зажмурив глаза, Лея изо всех сил заставляла сон исчезнуть. Внутри мгновенно ожили воспоминания о камере в стене, ядовитом газе…
Картинка размылась, будто неосторожный художник провел по ней влажной кистью, однако лед в силе лишь усиливался, заставляя инстинкты вопить.
Сон лопнул, рассыпаясь на кусочки, будто его и не было. Судорожно вдохнув, Лея очнулась на полу в неудобной позе. Все тело ныло, будто она только что боролась с сотней вуки. Мучительными усилиями девушка попыталась приподняться.
Нужно убираться отсюда, причем как можно скорее.
Рука невольно переместилась на бластер, и успокоенная присутствием оружия Лея наконец смогла встать на ноги, отмечая, что все еще находится на ферме.
Кинув последний взгляд на дыру, в которую была вмурована камера, коммандер бросилась к выходу, подчиняясь вопящим инстинктам.
Сила кричала, умоляла ее исчезнуть, провалиться сквозь землю, заставляя сердце биться чаще. Адреналин хлынул в кровь, потоком смывая воспоминания о гонке над планетой – то были детские игрушки. Сейчас ей грозила реальная опасность.
На ходу доставая электро-ключ от спидера, Лея подошла к двери, сбавляя шаг.
Внезапно все вокруг замерло, будто в замедленной съемке. Повинуясь велению Силы, Лея замерла у двери, сжимая ключ в руке. Снаружи было тихо.
Слишком тихо для Татуина – даже ночь была всегда пропитана нежными звуками стрекота насекомых, которые затихали, стоило кому-то подойти поближе.
Она не успела. Насекомые, наполняющие планету звуками днем и ночью молчали, а значит, перед входом в домик уже кто-то был.
Лея напрягла слух, вслушиваясь в звенящую тишину. Тонкое шуршание песка, прерываемое тихими, будто эфемерными голосами. Рискуя быть замеченной, она выглянула из-за угла, бросая короткий взгляд на мерцающий под лунным светом песок.
Лунный свет? … Так значит, она проспала несколько часов.
Под мягким светом отбрасывали тени несколько белых фигур, которых инструктировал Охотник за головами?
Конечно, она догадывалась, что ей будут мстить за подрыв Звезды Смерти, но один из парней информационного отдела успокоил ее, заверяя, что скрыл информацию с ее именем.
Видимо, он ошибся. Или солгал?
Прикрыв глаза, и отбрасывая ненужные мысли, Лея попыталась сосредоточиться.
Несколько штурмовиков и один Охотник. Шансы чудовищно малы, но у нее преимущество внезапности. Они рассчитывают найти в доме бесчувственное тело, но о вооруженной повстанке речи не идет.
В любом случае, она будет бороться.
Коммандер вернула ключи от спидера на место – хотелось надеяться, что они еще пригодятся. Пальцы обняли бластер, бесшумно вытаскивая его из кобуры. Конечно, идеальным вариантом был бы световой меч, но она слишком давно не упражнялась с ним, да и уровень подготовки оставлял желать лучшего.
Аккуратные, тихие шаги приближались ко входу.
- Да поможет мне Сила, - прошептала Лея одними губами, выводя бластер в боевой режим.
Еще немного… Ближе… Еще ближе…
Сердце билось, как сумасшедшее – еще ни разу она не была в такой ситуации, одна против нескольких штурмовиков и Охотника.
Пальцы напряглись. Нет, она не сдастся так просто, ситх подери. Она утащит с собой в могилу как можно больше Имперцев. Еще не вечер!
Одним стремительным движением Лея выскочила из-за угла отступая в середину комнаты, и на ходу поражая зеленым лучом первого штурмовика. Ей нужно было пространство, ни в коем случае нельзя давать загонять себя в угол.
Однако, ей пришлось отступить: штурмовики спускались вниз по двое, а Лея успевала поражать за это время лишь одного. Срочно за перегородку… Лазерные выстрелы крошили камень, разрушая его все ближе к ней, и коммандер поняла, что бластер здесь не помощник.
Коротко выругавшись, Лея вернула его на место, другой рукой доставая и активируя световой меч. Только он мог спасти ее здесь, только с ним можно было биться против нескольких противников. Меч ее отца…
«Не подведи», - мысленно приказала она, и выскочила из угла, отражая лазерные лучи.
Короткий, смертельный танец… Лея двигалась на грани – выстрелы продвигались в миллиметрах от ее кожи, но она упрямо двигалась вперед, к лестнице.
В комнате находились три штурмовика. Но как победить их? Она не могла этого знать, Оби-Ван успел научить ее лишь азам.
«Великая Сила, помоги», - пронеслось в голове, когда она едва успела отразить очередной выстрел. Смерть никогда не была так близко, но никогда еще Лея не хотела так сильно выжить.
Подбежав к первому штурмовику, она одним резким движением сверху пронзила его от плеча до груди, вложив всю физическую силу в этот удар. В воздухе повеяло запахом паленой кожи – но Лея не обратила на это внимая, наблюдая, как первый поверженный враг валится на пол.
Ее отец был великим джедаем. Она не может подвести его, подвести его память… Лея отпустила все мысли, сосредотачиваясь лишь на бойне.
Сила вела ее, Сила подсказывала, куда поставить ногу, как отразить этот выстрел… До боли стиснув зубы, она заставляла себя не думать, что делать, а лишь подчинялась приказам извне. Коммандер не управляла собой – картинка перед глазами слилась в одно целое, и лишь чувства вели ее вперед.
Еще один штурмовик упал перед ней, пытаясь нащупать руку, которой у него больше не было.
Следующий выстрел едва опалил ее плечо. Лишь крохотный миллиметр отделял ее от… Лея оборвала себя, не желая думать об этом.
Мышцы ныли, но она не могла позволить себе сдаться. Еще один крохотный шаг вперед… Меч послушно скользнул внутрь тела, покрытого белыми доспехами, оставляя за собой опаленную плоть.
Дым ударил в нос, и Лея невольно задержала дыхание, опуская напряженные плечи. Три штурмовика, покалеченные, валялись под ее ногами. Неужели все?
Лея дезактивировала меч, и бегом направилась к лестнице, несмотря на протесты уставшего тела.
Спасена…
Тень, внезапно выросшая будто из-под земли, заставила ее отступить, ругая себя за неосторожность.
Тонкий луч, вырвавшийся из бластера Охотника, заставил Лею вскрикнуть от боли. Заряд слегка опалил кожу левой руки, и повинуясь голосу разума, она отступила вниз, туда, откуда бежала.
Скрывшись за полуразрушенной перегородкой, Лея осмотрела поврежденную руку. Заряд попал в запястье не целиком, а лишь слегка задел, однако боль говорила об обратном.
«Это лишь мелкое недоразумение», - приказала себе коммандер. – «Если бы заряд пришелся на правую, тогда это было бы проблемой».
Не обращая внимания на боль, она вновь взяла в руки меч, активируя его. С громким криком, вкладывая в него всю ярость и боль, Лея побежала вперед, прямо на тень впереди. Отразить выстрел… Удар…
Но она не добежала. Дикая боль пронзила ее, когда тонкий нож впился в ногу, заставляя Лею упасть.
Меч проскользнул мимо Охотника, срезая лишь дуло бластера. Жуткий удар об камень вышиб из девушки весь дух, заставляя ее разжать пальцы и выпустить меч.
Цветные точки на миг заслонили перед ней весь мир, но усилием воли Лея заставила себя взглянуть смерти в глаза. Тень, укутанная в костюм, подходила все ближе, переводя бластер в режим оглушения.
Плена коммандер боялась, как огня, боялась больше смерти.
Был лишь один шанс исправить ситуацию. Она подпустила Охотника ближе, собирая внутри все в один комок, концентрируя все силы в одну точку.
Только один шанс, который может изменить все…
Тень подходила все ближе к беспомощной девчонке, без сознания валяющейся у него в ногах.
«Вейдер переоценил ее», - пронеслось в голове Охотника, а в следующую секунду короткий, подсекающий удар сбил его с ног.
Бластер Охотника выпал прямо у гудящих ног Леи.
Бить в железо было ситхски больно, но результат оправдал себя – даже если убийца и не почувствовал удара, он был сбит с ног.
Одним движением, не обращая внимания на боль, она схватила спасительное оружие, сжимая в руках изо всех сил.
Убивать безоружного было неприемлемо. Но другого выхода она найти никак не могла – оглушение не пробило бы его железный костюм.
Нажимая на курок, Лея знала, что по-другому нельзя.

***

Интересно. Девчонка была подготовлена несколько лучше, чем он предполагал. Она сумела заметить одну из камер, и даже почти ушла от действия наркотика.
Кино с сопротивлением Леи Скайуокер, которое он наблюдал с орбиты, было в какой-то степени интересным и познавательным.
«Своего противника нужно знать в лицо. Вы должны знать его силу и слабость как свою собственную», - всегда говорил Палпатин.
Лорд Вейдер усвоил эту истину, пропустил ее через себя до мозга костей – один раз недооценка противника уже подвела его, и он не собирался больше никогда повторять этот опыт.
Мечом девчонка владела отвратно, сразу было видно, что она сражается исключительно за счет Силы, а не мастерства. Оби-Ван обучил ее сливаться с Силой, но не обучил искусству владения мечом.
Спектакль медленно подходил к своему апогею, когда она наконец сумела одолеть никчемного Охотника, недооценившего врага. Вейдер видел, как девчонка колебалась, прежде чем выстрелить…
Жалость.
Еще одна никчемная слабость. Никогда нельзя жалеть поверженного врага, иначе он выстрелит тебе в спину, когда ты отвернешься.
Будто слыша его слова, Лея все-же спустила курок.
Отлично.
Игра продолжится, только на этот раз в роли Охотника выступит он сам.
Пора загнать ее в угол…

  Форум: По миру Звездных войн · Просмотр сообщения: #348219 · Ответов: 15 · Просмотров: 6843


Новые сообщения  Открытая тема (есть новые ответы)
Нет новых сообщений  Открытая тема (нет новых ответов)
Популярная тема  Горячая тема (есть новые ответы)
Нет новых  Горячая тема (нет новых ответов)
Опрос  Опрос (есть новые голоса)
Нет новых голосов  Опрос (нет новых голосов)
Закрыта  Закрытая тема
Перемещена  Тема перемещена
 

RSS Текстовая версия Сейчас: 14 Июл 2024, 17:05

Рекламные ссылки: Дневники беременности на Babyblog.ru//Бэбиблог - соц сеть для будущих мам //