Дарт Вейдер, подъем, продолжение мести ситхов Опции

[Вурт Скиддер]

Обсдуждаем приквел к третьему эпизоду Возвышение Дарта Вейдера. Лично мне книга понравилась. Очень жалко джедаев, особенно Шрайна. Мне этот персонаж очень понравился, он сразу сообразил что джедаям нужно рассеяться по галактике, но все таки ему пришлось погибнуть как джедаю спасая других. Только непонятно почему Вейдер не почувствовал Лею на Алдераане??

[V-Z]

Прочитал, книга хорошая. Автор вроде бы за джедаев... но все равно у него Вейдер проступает как основная личность. И фиг что с этим сделаешь.
Возьму и приведу несколько цитат.

Там где джедаи черпают могущество из познания, ситы обретают познание посредством могущества.

Подняв взгляд, Вейдер указал на своё лицо и укутанное в чёрный плащ тело, затем похожим жестом указал на Сидиуса.
— Посмотрите на нас. Разве это лица победителей?

Органа был примерно одного роста с Энакином, имел аристократические черты лица, тёмные волосы, привлекательную внешность и являлся явным педантом в деталях одежды, предпочитая претенциозным веяниям Корусканта классический старо республиканский стиль, который скорее был принят на Набу. Но тогда как Падме заслужила столь высокое общественное положение, выиграв выборы на королевскую должность, Органа родился в семье, которая УЖЕ была знатной и богатой.
И не важно, занимался сенатор Органа благотворительностью или нет: Вейдер сильно сомневался, что уроженец живописного Алдераана имел хоть малейшее представление о том, что такое жить в одном из внешних миров наподобие песчаного Татуина, где разбойничают тускены, а правят хатты.

Реализация проекта заметно отстаёт от графика.

(это Таркин о Звезде Смерти. Да-а... "отстает" - это очень слабо сказано.

Какие бы события — случайные или преднамеренные — не повлекли за собой столь разительные перемены в его образе жизни, Вейдер по прежнему оставался больше человеком, чем киборгом, иначе не смог бы испытывать такую ярость и черпать из Силы такую мощь.

(Роан Шрайн о Вейдере)

- Кто то должен был хотя бы попытаться остановить Вейдера.
— Сомневаюсь, что этого Вейдера вообще можно остановить, — простонала Оли.

(контрабандисты и джедаи; согласен с суждением).

Вейдер возвышался над ним скалой, его правая рука покоилась на рукоятке светового меча, пусть и не было больше необходимости использовать это оружие. Чтобы навсегда оборвать жизнь джедая, хватило бы и порыва ветра.
«Довольно и того, что я позволил ему умереть с мыслью, что Орден предал один из братьев по оружию».
Что важнее, Вейдер утолил наконец свою жажду крови; она сменилась неким подобием самообладания, какое ему ещё никогда не доводилось испытывать. Он будто бы перешёл наконец какой то невидимый порог на пути в новый мир. Он чувствовал, как мощь тёмной стороны струится в нём, словно ледяной поток. Он ощущал себя так, будто стал неуязвимым, — и это не имело ни малейшего отношения к дюрастиловым протезам, доспехам и прочим примочкам костюма, который казался ему теперь не более чем экипировкой. И чтобы перейти этот порог, ему хватило убийства джедая — ещё одного джедая.
Вейдер смотрел сверху вниз на Шрайна, на символ поверженного Ордена джедаев — на символ, каким должен был стать Оби Ван. Он припомнил, как Дуку точно так же смотрел на него на Джеонозисе — и как он сам похожим образом смотрел на Дуку в генеральских покоях на борту «Незримой длани» — перед тем, как убить его.
Однажды он похожим образом будет смотреть на Сидиуса. Впрочем, сперва он, вероятно, возьмёт себе ученика — кого нибудь с таким же, как у Шрайна, бунтарским духом.

ДВОЕ ИХ ДОЛЖНО БЫТЬ; НЕ БОЛЬШЕ И НЕ МЕНЬШЕ.
ОДИН ДЕРЖИТ ВЛАСТЬ В СВОИХ РУКАХ; ВТОРОЙ К НЕЙ ОТЧАЯННО СТРЕМИТСЯ.
— ДАРТ БЭЙН