Конкурсные рассказы на оценку, Литературный конкурс «Голокрон SWGalaxy» Опции

[Шон Вернер]

Волны

Море набегало на берег ровно, ласково и как-то нежно. Эльна шла по берегу босиком – было тепло. Девочка думала о том, что завтра приедет отец и привезет ей много красивых игрушек. Поэтому она не торопилась домой. Ведь там только старая брюзжащая бабушка и вечно уставшая мать. Она любила только отца.
Девочка неторопливо поднялась по склону горы. Уже был виден их маленький аккуратный домик. А за ними – еще много домиков. Больших и маленьких. У калитки кто-то стоял. Эльна ускорила шаг – может быть это пораньше вернулся ее отец?
Нет. Это какой-то незнакомый дядя, но оет в форму, похожую на отцовскую. Рядом стояла мать. Эльна подошла поближе. У матери было очень грустное лицо. Она повернулась к дочери. Мужчина посмотрел на Эльну и сказал: «Это его дочь?»
Девочку почему-то очень напугал этот вопрос. Она поняла, что что-то случилось. Она прижалась к матери, хотя делала так очень редко. Только давно – в самом детстве, когда еще были живы братья и мать была счастливая. Мужчина поднял руку, чтобы погладить Эльну по голове, но она уклонилась, глядя на него большими испуганными глазами.
«Простите», - тихо сказал мужчина. И мать заплакала. Она прижимала к себе большой сверток. Мужчина повернулся и побрел к стоящему недалеко спидеру.
Мать пошла к дом. Эльна за ней. Там сидела бабушка и смотрела в окно. Она ничего не сказала, когда мать, развернув сверток, достала оттуда фуражку отца и протянула ее бабушке. Бабушка взяла фуражку и прижала ее к груди.
Шли годы. Эльна росла. Бабушка все также сидела в доме – она уже даже не выходила погреться на солнышке. Девушка все также скучала по отцу. А мать все больше отдавалась от нее. Хотя все должно было быть наоборот – ведь Эльна осталась ей единственным близким человеком (бабушка была матерью отца и они с матерью Эльны никогда особо не ладили).
Эльна все также ходила на берег моря и смотрела на волны. Ей нравилось смотреть на волны. А еще ей нравился соседский парень – шумный забияка Кет. Да и он все чаще засматривался на Эльну.
Через год справили свадьбу. Гуляли все соседи. Так было принято. Но Эльне было все равно – ведь ей нужен был только Кет. Бабушка сидела в углу и что-то ковыряла в тарелке. Мать не пришла, сказалась больной. Эльна поняла – она грустит по отцу. Ведь они точно так же играли в этом доме свадьбу – бабушка рассказывала.
А потом началась семейная жизнь. Кет работал с утра до зари, он не был ленивым и хотел, чтобы у Эльны были красивые платья. Эльна сердилась и говорила, что ей не нужны платья, а только Кет. Кет делал большие глаза и спрашивал, разве Эльна будет ходить голой? Они смеялись…
Через год появился первенец. Его назвали Розном. Он был очень похож на Кета – его синие глаза, светлые волосы, его добрая улыбка. Потом появились Мари и Карт – неугомонные близнецы.
Эльна приходила к морю и волны ласково бросалась ей прямо в руки.
Кет стал меняться. Стал менее жизнерадостным и более грубым. Приходил домой, ложился, заворачивался с головой в одеяло и спал спиной к Эльне. И все чаще поглядывал на молоденькую Амину – их соседку. Розовощекую хохотушку и кокетку. Эльна сердилась и старалась выглядеть получше. Красилась и одевала красивые платья. Пока как-то раз Кет не сказал ей, что она мажется как дворовая девка.
Эльна обиделась и перестала разговаривать с мужем. А тот не обратил на это внимание. Однажды он пришел и сказал ей, что собирается стать военным и пойдет служить.
Кет уехал.
А море все также набегало на берег. Его не волновали слезы Эльны, которые растворялись в такой же соленой воде. И тогда Эльна подумала, что море соленое от слез. И тут же улыбнулась своей глупой мысли.
А потом умерла бабушка. Эльна не плакала – море забрало ее слезы. Проводили только с близкими соседями.
Кет приезжал домой сначала каждый месяц, потом раз в три месяца, потом стал ездить один раз в год. Дети радовались ему – ведь он привозил много игрушек.
Мать смотрела на это из-за дверей. И как-то в один такой приезд мужа, глаза Эльны и матери встретились. И мать впервые за многие годы улыбнулась. Очень печально и понимающе. И тогда Эльна все поняла.
Дети подрастали. Кет высылал деньги и приезжал раз в году. Эльна никогда не спрашивала его о том, как он проводит свое свободное от службы время. Не хотела спрашивать. Да и Кет бы не ответил. Что ему теперь простушка жена? Он привозил детям подарки и рассказывал о далеких планетах – Корусканте и Бисе. Эльне очень хотелось там побывать. Но корабли редко опускались на их забытой планетке…
Женщина помнила как мечтала об этом еще в детстве когда приезжал отец и рассказывал почти тоже самое. Но у нее дети… Да и мать, которая все чаще стала болеть.
А потом Кет не приехал. И Эльна стала ждать высокого человека в военной форме, который принесет сверток с вещами Кета и скажет: «Простите».
Но время шло, никто не приезжал. И Эльна поняла, что Кет просто не приехал. От этого стало горько. Женщина пошла на берег моря к своим волнам. Они не поймут и не услышат. Ну и не надо.
Вырос Розн. Его невеста – пушногрудая веселая Ишана, косилась на вечно молчащую Эльну. Молодоженам выделили старую комнату бабушки, а мать переехала в комнату к Эльне.
В доме закипела жизнь. Карт задирал Ишану, а та отмахивалась от него полотенцем. Когда появились внуки, Эльна подумала, что скоро и Розн станет такой же как Кет. Но она ошиблась. Розн уехал не один, а забрал с собой жену и двоих детей. Эльна вздохнула. Ей было грустно расставаться с сыном и внуками, но она понимала, что им там будет лучше. А где там? Эльна помнила рассказы отца и подслушанные рассказы Кета. Кет… Где он сейчас? На Корусканте? Эльне хотелось, чтобы он был именно там.
Вышла замуж Мари, переехала к мужу. На соседнюю улицу. Эльна ходила к ним в гости. Но все чаще замечала, что ей не рады.
И снова бродила немолодая уже женщина по берегу моря. И снова море было глухо к ней.
А потом умерла мать. Она все чаще болела и Эльна по ночам слышала, как она надрывно кашляет.
Розн и его жена не приехали на похороны – только прислали деньги и еду. А Эльне так бы хотелось увидеть внуков… У Мари пока еще не было детей, хотя они прожили в браке уже пять лет.
Карт не женился. Про него говорили, что ему нужна королева. А где королеву он найдет тут? И Эльна стала понимать, что карт тоже скоро уедет. Но Карт не уезжал. Он стал тихий и серьезный.
И потом погиб муж Мари. И дочь вернулась домой. Эльна с радостью приняла ее. Хотя ей было жаль Мари и ее бедного мужа. А однажды, придя к морю, Эльна увидела, что Мари бродит по берегу моря и кидает в него камушки. Она ничего не сказала дочери.
Наконец-то Карт женился. Он выбрал себе девушку умную, но очень величавую. Она снисходительно смотрела на Эльну и Мари свысока. И Эльна снова почувствовала себя одинокой.
Но море все также не могло понять ее.
Родились внуки. Два мальчика. Старший был похож на отца, а младший – на мать.
Эльна все чаще чувствовала себя плохо. И тогда она шла к морю. Хотя это было бессмысленно. Несколько раз она там видела Мари. И однажды она встретилась глазами с дочерью и понимающе улыбнулась. И Мари улыбнулась в ответ. Они поняла друг друга.
Вставать было все тяжелее. А склон, по которому Эльна всегда спускалась к морю, становился все круче и круче.
Старуха шла по берегу моря и понимала, что завтра она, возможно, уже не сможет прийти сюда. Она тяжело опустилась на песок и смотрела на волны, набегавшие на берег ровно, ласково и как-то нежно…

[Шон Вернер]

Иввла

Она бежала так, как давно уже не бегала. Стометровка за три секунды – шутка ли? Ветер бросал в лицо запахи: кухня дешёвой кантины, помойка, кухня дорогого ресторана, дешёвое вино, снова дешёвое вино, уже переработанное организмом… побережье всё ближе. Топот за спиной всё на том же расстоянии.
Да, давно уже её не гоняли по тёмным улицам едва знакомого города четверо решительно настроенных мужчин!
Поворот. Ещё один. Цокот шпилек сливается в сплошной перезвон. Быстрее! Нет… быстрее уже не надо – тупик. Она, почти не замедляя хода, впечатала себя в глухую стену, тут же быстро перевернулась, прижалась к ней спиной, расставляя покрепче ноги.
Все четверо преследователей, запыхавшиеся, но всё ещё преисполненные решимости, растянулись в цепь, перекрывая выход из тупика. Приближались медленно, уверенные в том, что жертва никуда не денется.
Жертва дышала часто и глубоко – ходуном ходила крепкая грудь под тонкой рубашкой, чёрные волосы спутанными прядями свисали на бледное, не раскрасневшееся в беге лицо. Чувственные яркие губы, желтовато-серые глаза на овальном лице, тонкая талия, длинные ноги – такие красивые, ухоженные девочки редко забредали в "Пьяного вуки", от которого взяла начало эта гонка с препятствиями.
– Что, дрожишь, детка?
– Сейчас согреем!
Она шарила взглядом по их лицам, по их фигурам, жадно вдыхала запахи пота – неплохо потрудились, догоняя её, – запахи разогретых жаром их тел одежд – синтетика, всё синтетика, и только от одного тянет натуральной кожей, – разных сортов, дешёвых сортов вина, рилла – они же решили неплохо порезвиться в этот вечер…
Голова кружилась, а сердце сладко замирало от того, как разрозненные запахи сливались в единый, цельный аромат мужской уверенности в себе, уверенности в собственной безнаказанности – чьей безнаказанности?..
Мужчины переглядывались, устанавливали очерёдность пользования пойманной "деткой". Они начали смеяться и не сразу поняли, что здесь что-то не так: жертва вместо того, чтобы пытаться сбежать или уговорить, чтоб отпустили, смеялась вместе с ними.
Лицо её было спокойным и умиротворённым.
Девушка переплела пальцы рук перед грудью, и улыбка сделалась вдруг томной, зовущей:
– Ну что, мальчики… определились, кто первый? Скажу вам честно, мне абсолютно всё равно!..
...уже через пять, не более, минут, она вышла из переулка и спокойной походкой направилась к космопорту. Сначала подошвы её туфель оставляли чёрные в сумеречном свете следы на мостовой. Потом кровь с них стёрлась.

Иввла медитировала. Прямая спина под идеально ровными складками балахона, безмятежно-отсутствующее, как всегда, бледное лицо в обрамлении прямых тёмных волос, сложенные на коленях руки приводили Вессу в бешенство. Весса кипела. Неужели это и правда так важно – часами сидеть и вслушиваться в скрипы и шорохи, производимые окружающими предметами? Нет, конечно, Вессе тоже частенько удавалось достичь единения с Силой, но чтобы так, чтобы по двенадцать часов кряду! Нет уж, увольте. Если учитель не велит медитировать, она постарается и не вспоминать об этой части обучения.
Нет уж. Нет. Лучше покрутить меч в спортзале. Чтобы, когда Иввла усмехнётся краем рта, прищурит колдовские, не то серые, не то жёлтые глаза и укажет концом тренировочного меча на центр зала, Весса продержалась против неё ещё на пару секунд дольше.
Иввла была старше Вессы всего на пару лет, но порой Вессе казалось, что разница между ними огромна – десятки лет, если не сотни! Это было, конечно, полной ерундой, как и то, что порой казалось – Иввла знает больше, чем учитель Хорст. Весса смотрела на прямую спину старшей ученицы и пыталась вложить в свой взгляд всю свою ненависть к ней.

Иввла пылала ненавистью. Она ненавидела себя. Ненавидела своё тело. Ненавидела боль, сковывающую позвоночник, боль, вынуждающую ходить медленно и плавно, боль, заставляющую ежеминутно задумываться о том, хватит ли сил сделать следующий шаг.
Она чувствовала кожей взгляд Вессы и пила её ненависть, как пьют холодную воду в жаркий день. Собственная ненависть Иввлы многократно возрастала, отражаясь и усиливаясь вессиной, и Весса заражалась отражённой усиленной ненавистью, и жгучее чувство ходило по кругу, нет, по спирали, закручиваясь в тугую пружину, и вот уже казалось, что вместо крови по венам бежит – ненависть. Ненависть!
Сила…

Динас прилетел на Корулаг, чтобы купить новый катер – такова была официальная версия его появления на этой планете. Что плохого в желании состоятельного молодого человека обзавестись хорошей техникой? Да и подозрительного тоже ровным счётом ничего. А то, что молодой человек своим трудом заработал статус Мастера Сита, и что везде его сопровождают две ученицы – так кому какое дело до этого?
Новый катер, и правда, вовсе не помешал бы Динасу, и весь его гостиничный номер, вернее, ту половину этажа, которую он выкупил вместе с тренажёрным залом и двумя поварами с кухни на время пребывания на Корулаге, был завален рекламной продукцией фирм, выпускающих корабли для индивидуально-частного пользования.
По вечерам Иввла и Весса присоединялись к нему, рассматривая изображения и голограммы потенциально возможной покупки. Весса гналась за внешними параметрами, Иввла углублялась в технические характеристики. Она, впрочем, проводила за выбором меньше всего времени, чаще уходила в выбранную для медитаций комнату и…
…и очень скоро Динас ощущал, как начинает вибрировать насыщенный Силой воздух. Каждый раз ему больших усилий стоило подавить ощущение вины, охватывавшее при мыслях о том, зачем Иввле – медитации.

Звонок в дверь не вызвал ничего, кроме раздражения. Никакого намёка на опасность Динас не уловил, подходя к дверям, хоть и был несколько удивлён, сначала учуяв, а потом и увидев за дверью целый взвод охранников.
- Динас Хорст? – осведомился один из них, протягивая корочку.
Динас молча кивнул, мельком скользнул взглядом по бумагам.
- Мы прибыли, дабы взять под стражу вашу сестру, Иввлу Хорст.
Ситх удивился, но не счёл нужным показывать удивление охране:
- В чём дело?
- Сегодня вечером, согласно свидетельствам очевидцев, она заманила в ловушку и зверски расправилась с четырьмя жителями Раохда.
Молча проглотив чуть не вырвавшийся наружу возглас "что?!", Динас закрыл дверь, не без удовлетворения отметив, что охрана не умеет сдерживать эмоций и в немом изумлении наблюдает съезжающиеся створки.
Он стремительно прошагал в комнату Иввлы.
Сестра уже не медитировала. Она встретила его чистым, честным взглядом светлых глаз:
- Я слышала, Дин. Я никого не убивала. На меня… на меня напали четверо подонков, они загнали меня в тупик. Ты же… ты же знаешь! Ну кто, кто, как не ты, может знать, что для меня значат – бои! Кто, если не ты, может понять…
- Успокойся, сестрёнка… - Динас привычно обнял её, перенимая на свою руку большую часть веса девушки. Она так же привычно обвила его шею руками, такая тонкая, такая нежная. И только обжигающая алая ярость пополам с клокочущей чёрной ненавистью штормовыми волнами бились вокруг её обманчиво хрупкого тела.
- Ивв, успокойся.
- Но ты же и сам волнуешься, - выдохнула девушка в плечо брату.
- У меня на то есть причина.
- Раздели её со мной.
Он усмехнулся:
- Всенепременно. Среди убитых – Данит Алброст, сын Дреганта Алброста.
Иввла тихонько рассмеялась:
- А я знала, я знала, что какая-то сволочь следила за нами, я знала, что нам не дадут спокойно… купить катер!
Динас криво улыбнулся:
- Боюсь, что теперь ни о каком катере не может быть и речи.
- Что ты! Мы же ради этого и прибыли…
Сонная Весса нарисовалась на пороге комнаты:
- Э… кто-то приходил, нет?
Иввла, смеясь, зарылась лицом в плечо брата:
- Что ты, Весса! Никто не приходил! Это я сейчас ухожу...

Весса всё никак не могла проснуться, без конца зевала в кулак и делала, как ей казалось, свирепые глаза, когда спидер снижал скорость на поворотах. На самом деле, глаза у неё получались просто широко распахнутые и пустые, кукольные.
Управлял спидером Динас. Он лаконично, буквально в двух фразах, объяснил ученице, что Иввлу забрала охрана, потому что она якобы убила Данита Алброста. Весса обрадовалась, ух, как она обрадовалась! Она даже проснулась на полминуты! Поделом этой зазнайке! Забрали – куда там её забрали – пусть посидит там, ей же всё равно, где медитировать!
Второй фразой было то, что им теперь предстоит визит к его отцу, Дреганту, чтобы доказать непричастность Иввлы Хорст. Весса согласно кивала учителю, угукала, собиралась, и только в спидере, когда дома шустро побежали назад, в очередной раз протёрла глаза кулаком, зевнула, широко, от души, со сладким стоном, и спросила:
- А он кто, этот Дергант?
- Дрегант, - поправил учитель.
Он и сестра уже думали о том, что Вессе можно рассказать и об истинной цели посещения Корулага. Но Иввла хотела сделать это сама, и теперь Динас мысленно крутил этот момент и так, и этак. С чего вдруг у его сестры такое доверие, или это, наоборот, недоверие к Вессе? Может, у неё был какой-то план постепенной подачи информации о предстоящих событиях…
- Дрегант, - повторил он. – Дрегант Алброст. Согласно полученной нами информации, он знает, где хранится голокрон…
Динас умолк. Он наконец-то понял, почему Иввла хотела сама поговорить с Вессой.
За все шесть лет, которые учитель Хорст занимался воспитанием не слишком одарённой и очень взбалмошной, но при этом очень преданной девицы Вессы, брат и сестра Хорсты скрывали от неё не только собственное родство, но и увечье Иввлы.
Иввлу было легко понять. Очень гордая девушка менее всего хотела, чтобы кто-то её жалел. Последнего, попытавшегося пожалеть, не спасла бы, наверное, и цистерна бакты. И Весса-то появилась в их жизни лишь затем, чтобы Иввла могла тренироваться даже в моменты обострений, не слишком сильно расходуя энергию.
Динас словно вновь увидел, как летит со скалы тоненькое, хрупкое тельце четырнадцатилетней девочки – Иввлы…
Отогнал воспоминания. Хватит того, что эта картина и так каждый раз встаёт перед глазами, стоит только его сестре приступить к медитации. Ведь иначе, без огромной концентрации Силы, она порой не в состоянии даже просто подняться утром с постели.
Весса насуплено молчала.
Да, она подозревала, что вовсе не покупка нового катера привела их на Корулаг, но чтоб целью оказался голокрон… голокрон! И как они могли скрыть от неё такое!

Особняк Албростов был виден издалека. Высокое строение, украшенное мощными колоннами, притягивало к себе взгляд. Весса даже окончательно проснулась, задирая голову, чтоб разглядеть лепнину над входом.
А учитель Хорст закаменел лицом ещё на подъезде, и зачем-то велел проверить меч и сделать дыхательную гимнастику для подготовки к бою. Весса понятия не имела, с кем бы это вдруг намеревался сражаться её учитель, но, конечно же, подчинилась, разогнала кровь и прогрела мышцы. День, так хорошо начавшийся – неприятностями для ненавистной Иввлы – просто не мог продолжаться плохо.
Учтивый дворецкий, вышколенные слуги, шикарные ковры – Весса мечтала о подобном доме для себя и тайком вздыхала, завидуя богатству этого невыговариваемого Дреганта и сожалея, что дура Иввла убила его сына. Нет бы охмурить, женить на себе, прибрать это богатство к рукам, а потом уже убивать! Ну дура, дура она и есть.

Динас почувствовал его ещё в тот миг, когда только увидел особняк Албростов. Теперь он не просто догадывался – теперь он точно знал, кто добил тех четверых недоумков, которые погнались за Иввлой. Он знал, кто организовал "свидетелей" и "очевидцев" и кто сдал охране не просто внешность, но точное имя его сестры.
Ет Одок. Забрак, считавший, что выходцам с Датомира на Датомире самое и место, и делать им на Коррибане совершенно нечего. Динас никогда не мог понять, почему его сестра и тайно, и явно благоволит этому выродку рода забраков, не смотря на все те мелкие и крупные пакости, которые он ей подстраивает.
Одок, чья болезненно-белёсая кожа была сплошь испещрена сложными татуировками, обнажил в ухмылке вычерненные зубы:
- Здравствуй, Дин! Быстро ж ты присмолил, когда тебя прижали! Как сестрёнка поживает? Всё такая же сладенькая?
- Сестрёнка?! – изумлённо прошептала Весса.
Дин процедил сквозь зубы, не понятно, кому отвечая:
- Тебя это не касается!
- Ух ты! Всё такой же ершистый… скажи, а если б не твоя маленькая сестрёнка и её помощь, ты бы справился с выпускными экзаменами?
Одок стоял наверху лестницы. Динас прикрыл глаза, впуская в сознание Тьму. Он долго терпел этого зазнайку, потому что за него просила сестра. Ей казалось, что это здорово, когда у тебя есть Личный Враг – тот, кто постоянно держит тебя в тонусе, не даёт расслабиться и принуждает стремиться к новым вершинам совершенства. Но разве не стоит иногда менять Личных Врагов?
Хорст тихо засмеялся собственным мыслям: Иввла далеко, Иввла не вступится за Одока, а Весса наконец-то поможет, ведь сражается она вовсе не так плохо, как могло бы показаться.
Взглядом указав ей направление, Хорст активировал меч.
Одок всё скалился:
- Ах-ах-ах, какой же ты грозный! И даже тут не действуешь в одиночку! Ну что ж… да будет так!
Динас не стал отвечать. Он сосредоточился на течении Силы. Ведь этот бой должен был выиграть не кто-нибудь, а он, Динас Хорст.
Ещё со времён Академии Дин помнил, что Одок старается не нападать первым, и начало боя может оттягиваться бесконечно долго, но в этот раз Ет изменил своей любимой тактике. Стремительный скользящий выпад должен был пробить живот Динаса, но он уже в достаточной мере слился с Силой, чтобы предугадать это движение, отскочить в сторону и широким замахом, якобы для удержания равновесия, а на самом деле направленном под колени забраку, ответить на выпад. Одок продолжал что-то говорить, но Хорст уже не слушал. Что важного может сказать покойник?
Сначала Весса делала жалкие попытки привлечь к себе внимание забрака, чтобы дать учителю место и время для смертельного удара, но Ет был слишком опытен, чтобы купиться на все эти мелкие детские фокусы. И вдруг…
Весса дико завизжала. Ни на Иввлу, ни на Динаса "боевая песнь" уже не действовала, но вот Одок впервые слышал эти сложные трели с переливами и перекатами, летящие чуть ли не от ультразвука к инфразвуку, да с такими сложными узорами, да в сопровождении таких сложных мельниц… он отвлёкся даже не на секунду, на некую долю секунды, но её хватило, чтобы меч Динаса нашёл прореху в его обороне.
Голова забрака покатилась по ступенькам, забавно подпрыгивая, цепляясь рожками.
Хорст усмехнулся:
- Вот и всё. Спасибо, Весса. Ты была молодцом.
- Правда? – девушка заглянула ему в глаза, подходя ближе.
- Правда.
- А то, что Иввла твоя сестра, тоже правда?
- Тоже правда.
Весса тихо-тихо засмеялась, отступая на шаг.
- Сестра?
- Да.
- Просто сестра?
Дин помотал головой:
- Тебя заклинило, девочка?
- Нет! У меня сегодня самый счастливый день в жизни, учитель!
Она смеялась всё громче. Хорст не понимал причин этого смеха. Он принялся подниматься по ступенькам, потому что апартаменты Дреганта располагались наверху.
Он не успел удивиться короткой обжигающей боли, зато увидел, как завертелся мир, задёргался рывками в этом вращении… понять, что это просто его голова катится по ступенькам вниз он уже не успел.

Иввла аккуратно переступила тело брата.
Улыбнулась Вессе.
Извиняющимся жестом развела руками перед Дрегантом Албростом:
- Простите, пожалуйста, но они оба собирались сначала узнать, где находится голокрон Нага Садоу, а потом убить вас. Теперь же вам ничего не угрожает…
Весса восторженно смотрела на страстно ненавидимую, горячо обожаемую Иввлу. Она-то думала, что Иввла и Динас любовники! А тут… и ведь, если вспомнить, Иввла же оказывала ей внимание! Иввла, любимая, она всегда так смотрела на Вессу, она, наверняка, ждала, чтобы Весса наконец перестала её так ненавидеть, а она, Весса, была дурой, ну дура – и дура, ну как ещё сказать…
…когда Алброст поблагодарил Иввлу за избавление от неминуемой смерти и отдал ей голокрон, девушка просто улыбнулась Вессе и ресницами указала на Дреганта. Весса радостно взвизгнула и, выдав короткую трель и яростную мельницу, порционно порубила Алброста. Он даже не сразу рассыпался, пару секунд постоял в полный рост, только руки отвалились сразу же.
У выхода из особняка жались сгрудившиеся в кучку слуги. Иввла активировала меч, и их сдуло, как ветром.
Теперь спидер вела Весса. Иввла полулежала в разложенном кресле, поглаживала руку девушки и рассказывала, рассказывала, всё то, что так долго, целых шесть лет, скрывали от Вессы. И то, как они с Динасом начали обучение на Датомире – это был их родной мир. И то, как Иввла упала с огромной высоты, да не сама, а с помощью горячо ненавидимого уже тогда братца. Как он перепугался, как обо всём забыл, только чтобы загладить вину перед нею, ведь она выжила, хоть и сломала позвоночник. Иввла ещё в первые месяцы пребывания в Датомирской академии слышала истории о голокронах Наги Садоу, сведущего в алхимии, и крепко поверила, что непременно отыщет тот, что поможет ей срастить позвоночник и вернуться к полноценной жизни. А ведь способность концентрации Силы и направления её в нужное русло никуда не денется, и каких только высот сможет достичь Иввла, когда к ней вернётся здоровье!
Весса слушала, не обращая внимания на лёгкий зуд в коже рук.
Она была уверена, что теперь начнётся совсем другая жизнь, и не поняла, почему не смогла наклониться к Иввле и поцеловать её. Они давно уже добрались до космопорта, Иввла успела, оказывается, купить новый корабль, небольшой, лёгкий, маневренный, и Вессе определённо нравился её выбор… но совсем не нравилось то, что так сильно хотелось спать.
- Спи, - приказала Иввла.
И Весса подчинилась, не задумываясь.
Откуда ей было знать, что она уже не проснётся?

Иввла задала курс на Коррибан.
Оставалось только счистить с рук защитную плёнку, которая не давала тактильному яду, доставшемуся в полном объёме Вессе, попасть на кожу Иввлы.
Она хотела вернуться в Академию и закончить обучение. Вряд ли кто заметит, что она принесла с собой голокрон…
Её ждало великое будущее.
Вот только явившийся из голокрона образ был мало похож на Нагу Садоу. И то, что он раз за разом читал дурацкий стишок, делало эту пирамидальную штуку до обидного мало похожей на голокрон.
Иввла в ярости стукнула кулаком о кулак: похоже, ей достался не желанный голокрон, а всего лишь подсказка, где его искать. И, возможно, всего лишь первая подсказка.

Что ж, великому будущему придётся подождать ещё немного…