Смутное время Рейтинг Опции

[Annanaz]

Я все-таки решила взяться за продолжение "Тени нестабильности") Повествование будет разбросано по разным годам ДДГ - от 3 ДБЯ до... а это уже зависит от того, на сколько у меня хватит энтузиазма) Лица - практически те же, что и в первой части + новые ОС; вероятно появление Вейдера, Императора и первых лиц Альянса на уровне "мимо проходили". Скорее сборник рассказов и зарисовок, чем целостное произведение.

Надеюсь, все получится)

Ну, часть первой главы на пробу)

"Бешеный ворнскр"

3 ДБЯ. Сектор Кэтол, орбита Рутана.

Видавший виды транспортник никоим образом не напоминал грозные пиратские корабли из голофильмов. Покрытый ржавчиной, испещренный царапинами и вмятинами, пестрящий косо приваренными заплатами, он производил жалкое впечатление. Положение не спасала даже крупнокалиберная лазерная турель, не предусмотренная изначальной конструкцией: грозное оружие смотрелось на этой груде космического мусора инородным телом. Собственно, им оно и являлось, принося больше вреда, чем пользы: на каждый залп требовалось такое количество энергии, что сбоил надрывающийся двигатель. Последствия таких сбоев варьировались от мигающего освещения до частичного отказа систем жизнеобеспечения.

Фактически, благодаря этому "наиценнейшему" и безумно дорогому приобретению "Бешеный ворнскр" стал безобиднее котенка. А его экипаж вот уже почти месяц как сидел на мели, лишенный возможности заниматься привычными и приносящими неплохой доход грабежами.

Сейчас "Ворнскр" на досветовой скорости тащился мимо Рутана, благоразумно сторонясь известных маршрутов патрулирования. Дело это оказалось более трудным, чем обычно бывает в подобной глуши: из-за недавнего мятежа имперцы проявляли здесь прямо-таки нездоровую активность и бдительность.

Ронар, старший помощник капитана, фривольно развалился в кресле второго пилота, потягивая из бутылки поддельный гизерский эль. В перерывах между глотками он рассуждал о высоком. То есть о бабах, проклятой турели (ставшей для экипажа постоянной темой обсуждений) и ценах на рабов. Так как он имел привычку перескакивать с одной темы на другую, уследить за нитью его рассуждений было не так-то просто.

Синекожий тви'лекк-пилот и не пытался - лишь изредка поддакивал невпопад. Треп старпома слился для него в монотонный и почти убаюкивающий гул.

- Ну, значит, хватаю я эту стерву за...

Негромкий писк, новой ноткой вклинившийся в "фоновый шум", чуть не заставил пилота подскочить.

- Ага. Ногу с радара убери, - резким тоном потребовал тви'лекк.

- Чего это вдруг? - возмутился Ронар и закинул на несчастную панель и вторую ногу.

Пилот скрипнул зубами:

- Мы засекли что-то. Или ты успел залиться выпивкой по самые уши и теперь сигнала не слышишь?

Ронар с недовольным бурчанием опустил ноги на пол. Расслабленно-благодушное выражение не сошло с его лица, однако взгляд разительно изменился: стал цепким и живым, мигом сбросив поволоку. Пират был не настолько пьян, как ему самому хотелось бы - в космосе он не позволял себе подобной роскоши.

- Чего там, Зэлл? Вроде что-то мелкое, да?

Тви'лекк вгляделся в экран радара. Бегло просмотрел показания приборов. Довольно осклабился, обнажив острые зубы:

- Спасательная капсула. Сигнала бедствия не подает, но вся электроника в норме - она и фонит. Возможно, там даже кто-то живой есть...

- Ну, тогда это джек-пот! За молодого и здорового раба-гуманоида на Нар-Шаддаа порядка сотни тысяч дают. А уж за бабу, да если еще и красивую... - мечтательно протянул Ронар, только что не облизнувшись от предвкушения. - Короче, наводи луч захвата. Я доложу командиру, пусть отмашку даст.

И пират размашистым шагом направился к кают-компании. Перед его глазами уже стоял кейс с маняще поблескивающими под крышкой кредитными чипами.

* * *

Спасательная капсула на деле оказалась кабиной пилота, отделившейся от основной части корабля - видимо, из-за аварии или полученных во время боя критических повреждений. Зэлл успел припомнить весь свой богатый запас хаттского ненормативного, пока втаскивал на борт эту штуку: трюм у транспортника был достаточно вместителен, чтобы перевезти парочку СИД-истребителей, а вот луч захвата подкачал - отключался, терял фокусировку и всячески демонстрировал свою неспособность управиться с чем-то тяжелее дроида-лазутчика.

Результат тяжких трудов тви'лекка собрал вокруг себя всю немногочисленную команду. Двое пиратов с интересом рассматривали добычу, оживленно перешептываясь. Невысокий коренастый механик вовсю колдовал над кабиной, примериваясь "как бы получше вскрыть эту консервную банку". Капитан - здоровенный забрак, возвышавшийся над остальными как минимум на голову, - с сумрачным видом наблюдал за процессом.

- Если там дохляк, Ронар, я урежу твою долю от следующего дела вполовину. Мы сожгли хаттову прорву топлива, пока доставали этот мусор.

Ронар лишь фыркнул в ответ:

- Переживу как-нибудь... когда увижу бабки, от которых ты собрался отнимать половину.

Прошипел он это желчно, но тихо, склонившись к уху командира. Гверр, вспыльчивый и тяжелый на руку, наедине еще мог спустить издевку, но вздумай кто оспорить его авторитет при всей команде - и выбитых зубов и пары-тройки переломов наглецу не избежать. А один такой и вовсе отправился в открытый космос с проломленным черепом. Отсутствие выдающихся лидерских качеств капитан с лихвой компенсировал увесистыми кулаками и умением ими орудовать.

Глаза Гверра гневно блеснули, однако вступать в перепалку с первым помощником он не стал. Не по такому поводу и не при стольких свидетелях.

Гул плазменного резака неожиданно стих, и герметичные створки кабины распахнулись с душераздирающим лязгом. Механик шагнул в сторону и приглашающе взмахнул сжатым в руке инструментом:

- Готово, кэп.

Ронар подался было вперед, но Гверр грубо оттолкнул его с дороги. Смерив старпома недобрым взглядом, он первым пролез в кабину - пригнув голову, чтобы не стесать корону мелких рожек о низкий проем.

Не прошло и минуты, как капитан вновь показался в трюме: довольный, как хатт, скормивший ранкорам злейшего врага:

- Так сколько, говоришь, за рабов на Нар-Шаддаа дают? А, Ронар?

- Что-то около сотни - это смотря какой раб, и как торговаться. Значит, там все-таки не мертвяк?

Настроение Гверра, резко поднявшееся до заоблачных высот, не испортила даже откровенная насмешка в голосе помощника:

- Он в анабиозе, но вроде жив. Зэлл, Кайяр - вытаскивайте это мясо из банки! За такого громилу мы и все триста сторгуем.

Он торжествующе осклабился в ответ на одобрительные возгласы команды. Похоже, авторитет капитана, изрядно пошатнувшийся в последнее время, здорово поднялся всего за несколько минут.

Пусть даже заслуги Гверра в том не было никакой.

"Как обычно", - желчно отметил про себя Ронар и с досадой отбросил не в первый раз уже мелькнувшие мыслишки о мятеже.

Конечно, он смекалистее Гверра. Но это не значит, что он сможет убить капитана - не говоря уже о том, чтобы удержать команду в подчинении.

Иногда крепкие кулаки куда важнее ума.

* * *

Пробуждение было резким и внезапным, словно кто-то включил свет в непроглядной темноте. Только что он не осознавал себя - и вот ощущения нахлынули на него мощным потоком, грозящим свести на нет слабые попытки разума осмыслить происходящее.

Воздух резал легкие, будто был наполнен раскаленной пылью. Раздражающе-яркий свет бил в глаза даже сквозь плотно смеженные веки. Затекшее тело ныло; невыносимо хотелось пошевелиться, чтобы избавиться от тупой боли и восстановить кровообращение - он почти чувствовал, как натужно ползет кровь по разбухшим венам.

Но он оставался неподвижен. Рядом кто-то был: голоса раздавались прямо над его головой - всего два, но он кожей чувствовал, что в помещении находятся как минимум четверо. Он ощущал на себе их взгляды, улавливал смутные движения воздуха... и рефлекторно затаил дыхание. Расслабил напрягшиеся было мышцы.

Не выдавать своего присутствия врагу. Напасть внезапно и убить быстро.

"Какого врага? Напасть на кого?"

Малейшее умственное усилие потянуло за собой целую лавину воспоминаний эмоций. Путаных, стихийных, вспышками проносящимися в голове. Заставляющих сдерживать вопль отчаяния за крепко стиснутыми зубами.

Война против Империи. Одно поражение сокрушительнее другого. Все, чем он дорожил, пеплом рассыпается в руках. Смерть за смертью. Потеря за потерей. Мертвое тело отца на руках - такое легкое и такое неподъемное одновременно. Его возлюбленная, оказавшаяся врагом. Любимая и искренне любящая женщина, одной рукой оберегающая, а второй - вонзающая нож в спину. В ту же ночь - отдан его последний приказ. Слова горчат на губах, а злой смех сотрясает плечи. Родная планета сдана врагу, народ - обращен в рабство волей своего же вождя и освободителя. А он сам - сжимает в напряженных ладонях штурвал корабля, держа курс на имперскую орбитальную станцию в своей последней, самоубийственной атаке. Мольбы любимой отдаются в груди глухой болью, но он лишь увеличивает скорость.

Скоро все закончится для них обоих.

Очевидно, не закончилось. Неужели он попал в руки Империи? Выжил лишь затем, чтобы быть казненным в назидание всем, кто посмеет и впредь поднять голову?

- ...рудники на Нал-Хатте? Командир, да ты глянь на него! Это ж готовый кадр для бойцовских ям Нар-Шаддаа! Там каждый раб за три сотни минимум идет! А если он еще и обученный...

Предыдущая реплика прошла мимо его внимания, но этих слов с лихвой хватило, чтобы понять, с кем он имеет дело. Обыкновенное отребье, отрывшее спасательную капсулу в космическом мусоре. Что ж, это все упрощало.

Он приоткрыл глаза - совсем немного, стараясь не выдать своего пробуждения. Оценил ситуацию. Прямо над ним возвышались двое: здоровенный широкоплечий забрак и непримечательный, среднего телосложения человек. Оба вооружены бластерными пистолетами. Поблизости кто-то переминался с ноги на ногу; с другой стороны, на самой грани слышимости, угадывалось чье-то дыхание.

Расклад не в его пользу. Со всеми ему не справиться. Но просто так сдаться на милость какой-то швали... против этого вопиял и глас рассудка, и собственная гордость.

Значит, придется действовать изобретательнее.

Мозг работал быстро и четко. План сформировался почти мгновенно - рискованный, на грани фола, но все же осуществимый.

В бытность свою лидером сопротивления Сельвин Вельн не раз решался на подобные безумства - и в итоге выходил победителем. Оставалось только надеяться, что анабиоз не лишил его тело силы и скорости.

Сообщение отредактировал Annanaz -

[Annanaz]

О Дромунд-Каасе Сельвин знал очень и очень немногое. Республиканских историков не слишком волновали быт и нравы Империи ситхов, а значит, не было нужды и детально описывать принадлежавшие ей территории. Конечно, отрывочные сведения проскальзывали - почерпнутые то из мемуаров послов времен Холодной войны, то из каких-то неизвестных источников, на которые авторы исторических трудов и не думали ссылаться. Сельвину даже попадалась пара-тройка древних голографий, запечатлевших Каас-сити, и один снимок с орбиты, демонстрировавший последствия бомбардировки планеты республиканским флотом.

Из первых следовало, что в небе над Дромунд-Каасом бушевали нескончаемые грозы. Из второго - что жизни на этой планете остаться не могло.

Об этой неопровержимой исторической правде, похоже, не догадывались ни палящие в окна солнечные лучи, ни Табит Рессевен, расположившийся за обеденным столом из резного темного дерева.

- А вот и вы, юноша, - радушно улыбнулся он Сельвину, застывшему в легком полупоклоне. - Присаживайтесь, полно вам спину гнуть.

Сельвин молча пересек небольшую, но богато обставленную обеденную залу и, подчиняясь небрежному кивку хозяина, занял место на противоположном конце стола. Как раз напротив прозрачной арочной двери, выходящей на балкон. Вычурная роспись на транспаристиле нисколько не мешала солнечным лучам бить прямо в лицо, заставляя Сельвина добрым словом помянуть те самые бесконечные шторма с грозами.

- Надеюсь, вам хорошо спалось? - с видом заботливого дедушки осведомился Рессевен, пододвигая к себе чашку ароматного травяного настоя.

- Более чем, Ваше Величество, - Сельвин склонил голову и будто невзначай потер шею, все еще обхваченную шоковым ошейником. Та болела так, словно вот-вот отвалится, но не в его положении жаловаться на подобные мелочи. - Благодарю вас за гостеприимство. И за то, что решили сохранить мне жизнь.

- Вы так уверены? Кто знает, не отправитесь ли вы на казнь сразу после завтрака? Да вы угощайтесь, юноша, угощайтесь! Обслуга не появится здесь до перемены блюд: я не люблю лишней суеты.

- В таком случае, благодарю вас за завтрак. По крайней мере, не придется умирать на голодный желудок, - светски улыбнулся Сельвин и, поколебавшись, пододвинул к себе тарелку с супом. Вернее, с чем-то, что, скорее всего, им являлось. И выглядело, и пахло это аппетитно - разве что щупальца, торчащие из густого бульона, вызывали некоторое недоверие.

- Не бойтесь, оно тщательно и очень искусно приготовлено, - заверил старик. - Это детеныш ортароса. Можете себе представить, взрослая особь этой твари заняла бы весь зал, а щупальца еще и волочились бы по коридору! Хорошо, что растут они столетиями.

- Редкий вид, должно быть.

- Напротив, их многовато расплодилось в последнее время... и поверьте мне, в супе они намного приятнее, чем в океане.

Представив себе взрослого ортароса, Сельвин содрогнулся и поспешил признать правоту короля. К тому же детеныш и впрямь оказался весьма неплох на вкус.

В разговоре наступила пауза. Сельвин с нескрываемым аппетитом поглощал еду, старательно гоня прочь тревожные мысли: он твердо решил ничему не удивляться и ничего не планировать наперед. Что бы ни говорил правитель Дромунд-Кааса, Сельвин понимал: главная опасность миновала этой ночью. Реши Рессевен избавиться от незваного гостя, поутру тот отправился бы на эшафот, а не на завтрак. Или вовсе бы не проснулся.

Король будто его мысли прочел: отложил столовые приборы и впился в Сельвина этим своим добрым взглядом прожженного интригана.

- Вы поразительно беспечны, юноша. Вас совершенно не заботит собственная судьба?

Сельвин пожал плечами:

- А что толку от лишних треволнений, Ваше Величество? Если я сейчас начну трястись от страха, то добьюсь лишь того, что мне кусок в горло не полезет. А я этого не хочу: работа вашего повара просто изумительна.

- О да, бездарей не держу, - старик улыбнулся уголком губ. - Что ж, наслаждайтесь: молодому организму нужны силы.

- Благодарю, Ваше Величество.

Остаток завтрака прошел в молчании. Утолив первый голод, Сельвин вдруг почувствовал, что деликатесы лезть в горло все-таки перестали: пристальный, пронизывающий насквозь взгляд Рессевена начисто отбивал аппетит. На ум назойливо лезла ассоциация: инсектолог с интересом изучает редкое насекомое, держа наготове булавку.

Когда слуги унесли остатки десерта, король поднялся из-за стола. Сделал приглашающий жест в сторону балкона:

- Составите компанию старику? Хочу подышать свежим воздухом.

Расписные двери распахнулись перед ними, и в зал ворвался порыв прохладного ветра, принося с собой дурманящие запахи местной флоры и шум прибоя. Сельвин шагнул на балкон следом за Рессевеном, едва сдерживая мальчишеский порыв бегом кинуться к перилам, с жадным интересом осматриваясь вокруг.

Королевская резиденция располагалась на скале, нависавшей над каменистой бухтой и делившей ее на две части: на одной половине дуги раскинулась полоса тропического леса, на другой же сверкал серо-стальными и темно-синими небоскребами город, укутанный туманной дымкой и призрачным голубоватым свечением электрических огней. Впереди же простирались темные воды океана, вздыбливающиеся мощными, увенчанными белыми гребнями, волнами.

- Люблю эту резиденцию, - произнес Рессевен, довольно, будто сытый кот, щурясь на солнце. - Морской воздух, вид из окна... чудесный вид, не правда ли?

- Впечатляющий, Ваше Величество, - Сельвин оперся о перила и с наслаждением вдохнул полной грудью. После пребывания на космических кораблях - на "Ворнскре" ли с его затхлым зловонием, или имперском катере - стерильном, пахнущем новехонькими системами воздухоочистки, - здешние ароматы пьянили не хуже крепленого вина. - Правда, республиканские историки описывали климат Дромунд-Кааса несколько иначе.

Король понимающе хмыкнул.

- Непрерывные дожди и грозы? Небо, вечно затянутое тучами? У вас устаревшие сведения, юноша. На несколько тысяч лет устаревшие. Впрочем... - он внезапно помрачнел. Нахмурившись, посмотрел вдаль - куда-то за острые скалы, возвышавшиеся над волнами острыми темными зубцами. - Кое-где до сих пор так. Вы ведь не думаете, что попали в Каас-сити, нашу древнюю столицу?

- Историки утверждают, что она уничтожена. Разрушена до основания.

Небо оставалось все таким же безоблачным, но на лицо Рессевена будто набежала тень. Если пару секунд назад с него просто сошло непривычное благодушие, то сейчас повелитель Дромунд-Кааса выглядел по-настоящему мрачным.

- И они правы. Не просто уничтожена - весь город ушел под воду. Вместе с большей частью континента. Теперь вы понимаете, почему мы не очень-то привечаем чужаков?

Он улыбнулся, и от этой улыбки Сельвина прошиб холодный пот. Ошейник вдруг начал давить гораздо сильнее, будто резко потяжелев и ужавшись.

- Не дергайтесь, молодой человек. Ваше общество мне еще не наскучило. Так что можете задавать вопросы, если желаете послушать брюзжание старика.

И снова этот пытливый взгляд ученого на подопытную зверушку. Рессевен присматривается к нему, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять это. Но зачем? И что он сейчас-то надеется увидеть?

Сельвин помолчал, обдумывая вопрос. Природная любознательность давала о себе знать - услышать хотелось очень о многом.

- Здесь будто не было войны, - проговорил он, тщательно подбирая слова. - Я видел снимки с орбиты Дромунд-Кааса. Древние и нечеткие, но масштабы катастрофы они оценить позволяли. Получается, пострадал только один материк?

- Верно. Если не считать потерянных колоний и уничтоженного флота, конечно. Республика стерла в пыль политический, культурный и промышленный центр - а то, что осталось, не представляло угрозы. Ну а остатки народа никого не волновали. И что, как вы думаете, этот народ сделал?

Если раньше в его голосе звучала какая-то отстраненная тоска, то теперь - настоящая горечь. Злая и едкая.

Сельвин собирался сказать что-нибудь вежливо-нейтральное, но ответ пришел прежде, чем он сумел его обдумать:

- Полагаю, не то, что следовало.

- Правильно полагаете.

С губ старика, изогнувшихся в горькой усмешке, сорвался хриплый смешок.

- Знаете, у народа есть такая милейшая особенность: когда ему приходится тяжело, он принимается искать виновных в своих бедах. Тех, кого можно разорвать в клочья - видимо, ради того, чтобы жизнь наладилась. Вот на Дромунд-Каасе с энтузиазмом, достойным лучшего применения, взялись за уничтожение ситхов - тех, кто развязал войну и не сумел в ней победить.

Злоба и отвращение. На лице, в голосе, во взгляде. Разговор о далеком прошлом задевал старика так, словно тот был живым свидетелем событий. Своими глазами видел крушение своего государства и гибель миллионов соотечественников.

От этой мысли по телу пробежал холодок. Сельвин резко одернул разгулявшееся воображение. Рессевен говорил, что правит Дромунд-Каасом пятьдесят лет - так что он никак не мог прожить четыре тысячелетия, даже если бы это было возможно.

- Не успел враг убраться восвояси, а народ, переживший величайшую в своей истории катастрофу, уже вцепился друг другу в глотки. Ситхов к тому моменту осталось немного: большую часть ордена выкосила война и бомбардировка столицы. На несколько десятилетий Дромунд-Каас оказался охвачен гражданской войной, плавно перешедшей в геноцид.

Рессевен отвернулся от собеседника и вновь устремил взгляд на море. И снова - куда-то за скалы.

- Вечно так продолжаться не могло, разумеется. Мир все-таки наступил. Сначала потянулись тридцать с чем-то лет военной диктатуры, а после ее падения Дромунд-Каас вернулся к монархии. Вернулся, если верить нашим историкам, с большой охотой.

- Если верить, Ваше Величество?

- Разумеется, не задавайте глупых вопросов! Эти же люди утверждают, что первым представителем моей династии был дальний родственник императора Вишиэйта. Колдуна, у которого к третьему тысячелетию жизни уже и собственного тела не было, что уж тут о родне говорить! Так что мой вам совет на будущее: поменьше верьте служителям этой продажной науки... я еще не утомил вас, Сельвин?

- Нет, Ваше Величество, - поспешил заверить рутанец, и впрямь прислушивавшийся к словам короля с искренним интересом. - Позволите задать вопрос?

- Я только что говорил вам, что позволю.

- Он может прозвучать беспардонно.

- Я так похож на невинную девицу? Спрашивайте, после будете оправдываться.

Что ж, никто за язык не тянул. Раз уж начал говорить...

- Я правильно понимаю, Ваше Величество, что Дромунд-Каас пережил гражданскую войну и при вашем правлении? Или даже охвачен ею сейчас?

На несколько мгновений повисла тишина - только шумели волны, разбиваясь о берег.

- А вы догадливы, юноша. Браво.

Рессевен улыбнулся - с одобрительным снисхождением, как отец мог бы улыбаться малолетнему сыну, впервые сложившему два и два.

- Но пока не стоит об этом. Я не желаю портить это замечательное утро разговорами о предателях.

- "Пока", Ваше Величество? Значит, вы намерены вернуться к этому вопросу позже?

- Кто знает? Возможно, если в том будет смысл... а что это вы так оживились, юноша? Вам не хватает собственных проблем, раз чужие интересуют?

"Как бы эти "чужие" проблемы в "свои" не превратились. Иначе зачем вам возиться со мной, Ваше Величество? Неужто из праздного интереса?"

- А что толку думать о своих проблемах, раз сейчас я все равно не могу их решить?

- Так вы что, взамен мои вознамерились решать? - старик откровенно развлекался. - Похвальный порыв, Сельвин, очень похвальный.

Он разразился хриплым каркающим смехом - и тут же оборвал его, резко посерьезнев.

- Возможно, я подумаю, как этим распорядиться, - сказал король уже безо всякого намека на насмешку. - Пока же я должен вернуться к более насущным делам. А чтобы вы не заскучали в одиночестве, я могу предоставить вам возможность получше ознакомиться с историей Дромунд-Кааса. Как вы на это смотрите?

- С радостью ознакомлюсь, Ваше Величество, - Сельвин поклонился, про себя отметив, что охотно согласился бы даже на учебник по астрофизике - лишь бы было, чем занять мысли, все норовящие обратиться то к недавнему прошлому, то к сомнительному будущему.

- Очень хорошо. Я распоряжусь, чтобы книги и другие носители информации были доставлены в вашу комнату. Возможно, мы сможем сегодня же вечером обсудить ваши впечатления. А сейчас... - он недвусмысленно указал на дверь взмахом руки, - идите. Командор Велхаар проводит вас.

* * *

Король свое обещание выполнил с лихвой: когда Сельвин вернулся в гостевые покои, на столе его уже дожидался инфопланшет, а на полу высилась стопка печатных книг, перетянутых эластичной лентой. Похоже, чтением гостя вознамерились обеспечить как минимум на год.

Движимый не столько жаждой знаний, сколько праздным интересом и скукой, Сельвин поддел пальцем узел, распуская его. Взял в руки первый попавшийся фолиант - неимоверной толщины труд под названием "История Дромунд-Кааса, том первый. От первой колонизации до императора Вишиэйта".

Оценив размеры первого тома и содрогнувшись при мысли, насколько же велика эта монументальная работа целиком, Сельвин бережно отложил книгу на край стола и потянулся к планшету. От прикосновения сенсорный экран приветливо засветился, демонстрируя стартовую страницу интерактивного школьного учебника.

- Да, вот это мне больше подходит, - насмешливо пробормотал Сельвин, усаживаясь в кресло. Но за учебник так и не взялся.

Небольшую пирамидку, легко уместившуюся бы на ладони, он сначала принял за обычную безделушку - хоть и очень искусно выполненную. Кроваво-красный, покрытый причудливыми письменами корпус был сделан не то из прочного стекла, не то из какого-то затейливо обработанного кристалла, а его грани - окантованы серебристым металлом. Вещица будто светилась собственным светом - приглушенным и пульсирующим.

Даже странно, что Сельвин не заметил ее раньше. Или же "сувенир" принесли вместе с книгами?

Нахмурившись, мужчина взял пирамидку со стола. Повертел в руках. И правда, внутри будто огонь горел: яркий, заполняющий все предоставленное ему пространство. Вблизи иллюзия казалась еще более реальной... если вообще была иллюзией: гладкая поверхность вещицы оказалась теплой, почти горячей.

Занятная безделица, но не более того. И все же Сельвин не мог заставить себя опустить ее обратно на стол. Что-то притягивало его взгляд. Что-то заставляло фокусировать внимание лишь на одном предмете... было что-то...

Был голос. Тихий, на самой грани восприятия. Мягкий, обволакивающий, и в то же время требовательный. Ни одного слова не разобрать - есть лишь порыв сильнее стиснуть пальцы дрожащей от напряжения руки, придавая направление энергии, бурлящей в жилах...

- Хаттова дрянь!

Сельвин дернулся, будто получив разряд электрошока. Пирамидка, ударившись об пол с негромким стуком, откатилась к кровати. Шепот затих, и вместе с ним ушло это странное, схожее с трансом состояние, сменившись чувством какой-то незавершенности. Как если бы он резко остановился, почти сделав шаг. Потянувшись за чем-то, в последний момент отдернул руку.

- И что это было? - ошарашено прошептал Сельвин в пустоту. Потер ладони - все еще немного подрагивающие.

Вновь его взгляд почти мгновенно оказался прикован к пирамидке. Теперь, когда на нее падала тень от кровати, стало совершенно ясно: проклятая штука действительно светилась. И... ощущалась. Сельвин не мог определить точно, что именно чувствовал: это было сродни чужому взгляду в спину, осознанию чьего-то присутствия в комнате, кажущейся пустой...

А вот угрозы - не было. Это ощущение просто существовало и не казалось чем-то неправильным и неестественным. Непривычным, разве что.

Но, в конце концов, это Дромунд-Каас. Глупо было бы ожидать, что здесь нет ничего странного.

"И все же зачем это принесли сюда?"

Первый шок быстро сходил на нет, стремительно сменяясь любопытством. Справедливо рассудив, что приносить ему смертельно опасные артефакты нет никакой нужды (палач всяко надежнее), Сельвин подобрал пирамидку и, скинув сапоги, разлегся на постели.

Понимание, что нужно делать, пришло само собой. Присмотреться, прислушаться... снова ощутить это "постороннее присутствие". Ощутить - и потянуться следом. Позволить энергии, вновь наполнившей тело, выйти за его пределы и коснуться того, что было скрыто в артефакте.

- Так-так, и кто это у нас тут?

Сельвин и сам не знал, как не отпрыгнул в сторону с нецензурным воплем, со всей силы отшвыривая от себя артефакт. Он лишь крепче стиснул его в кулаке, во все глаза глядя на полупрозрачную фигуру, возникшую прямо над ним.

Призрачный старик, одетый в темные, богато расшитые одеяния, подозрительно сощурился:

- Вы что ли, Ваше Высочество? - титул он произнес так едко, что не оставалось никаких сомнений: ни малейшего уважения к особам королевских кровей призрак не питает. - Что, снова будешь со мной спорить? В прошлый раз недоразъяснил мне суть событий, в которых я непосредственно участвовал?

- С чего бы мне с вами спорить? - брякнул ошарашенный Сельвин первое, что пришло на ум.

- Кому здесь тысячи лет, тебе или мне? - сварливо проскрипел призрак. - Уже забыл, что хотел рассказать мне про атаку на Кореллию? Мне, человеку, лично участвовавшему в выработке мирных соглашений!

Сельвин даже не знал, чему удивляться больше: самому старику или же тому, что этот старик нес.

- Простите, но я не понимаю, о чем речь. Вы меня, кажется с кем-то спутали.

- Да неужели? - призрак подался вперед и впился в Сельвина колючим взглядом. Он то по-птичьи склонял голову на бок, придирчиво рассматривая собеседника с разных сторон, то отходил назад, задирая подбородок и подслеповато щурясь.

- М-да, и вправду, - наконец вынес он вердикт, прицокнув языком. - Не за того принял. То-то я смотрю, в Силе ощущаешься совсем иначе. А все равно ты похож на того паршивца, как брат родной. Может, брат и есть?

- Это вряд ли. У меня нет родни на Дромунд-Каасе.

Старик смерил Сельвина недоверчивым взглядом.

- Ладно-ладно, - протянул он скептически. - Тогда представлюсь, пожалуй: Дарт Новерран, хранитель этого голокрона. Итак, что от меня хочет узнать очередной неумеха?

- Для начала - что означает "хранитель голокрона".

- Что, молодежь уже и этого не знает?! - прогремел хранитель, патетично воздевая руки к небу, будто призывая высшие силы обрушить свой гнев на невежду. - Тебя где подобрали, мальчишка?! На невольничьем рынке?!

- Я же говорил, что не местный, - пожал плечами Сельвин, мысленно напомнив себе поинтересоваться у Рессевена насчет рабства - точнее, наличия такового на современном Дромунд-Каасе. - Так можно поподробнее, что вы собой представляете?

Мученически закатив глаза, ситх проскрипел:

- Ладно. Слушай внимательно, мальчишка, дважды повторять не буду...

* * *

Именно с этого момента Табит Рессевен перестал слушать. Приостановив запись, он увеличил передаваемое голокамерой изображение, выхватывая крупным планом лицо пришельца.

- Значит, не только мне так показалось, - задумчиво протянул повелитель Дромунд-Кааса, вглядываясь в чуть смазанные черты Сельвина Вельна. - Даже старый хрыч перепутал его с Аданом. Ну а ты что скажешь, Нейт? Похож он на моего сына, или к старости у нас с Дартом Новерраном катастрофически испортилось зрение?

Командор Велхаар, неподвижно стоявший по правую руку от повелителя, позволил себе бледное подобие улыбки:

- Я тоже немолод, Ваше Величество, и могу ошибаться, но определенное сходство имеется.

Старик с отстраненным видом кивнул и снова перевел взгляд на голограмму.

- Больше всего отличаются скулы и форма носа, но это не так уж и критично... к тому же он чувствителен к Силе, теперь это совершенно очевидно, - бормотал он себе под нос, начисто игнорируя Велхаара - как, впрочем, часто делал в моменты глубокой задумчивости.

- Это уже не говоря о том, что парнишка неглуп, решителен, имеет внушительный боевой опыт... это очень любопытно, Нейт. Очень, - король пригладил бороду, и его жилистая ладонь прикрыла дрогнувшие в полуулыбке губы.

- Ваше Величество, - произнес Велхаар отчего-то охрипшим голосом, - не думаете же вы...
Взгляд, которым монарх одарил своего начальника гвардии, заставил того осечься на полуслове.

- Как только тебя будет касаться то, что я думаю, ты тут же об этом узнаешь. Не забывайся, друг мой.

- Прошу прощения, повелитель, - гвардеец коротко поклонился.

- Так-то лучше.

Отвернувшись, Рессевен вывел на экран другое изображение - молодого человека, который казался на фоне чужака почти мальчишкой: юное лицо, не прорезанное ни единой морщинкой, живой, открытый взгляд... и все же похожи они были настолько, что действительно могли сойти за братьев.

А при помощи небольшого хирургического вмешательства - и за одного человека, пусть постаревшего и пережившего множество тягот.

- Приведи его ко мне сегодня вечером. Ну а пока что у нас с передвижениями противника?

Сообщение отредактировал Annanaz -